— Неа. Я не рассказывала тебе, что мы здесь знаменитости?
— Нет.
— Они в восторге от нас, потому что мы низкого роста. И волшебники здесь — грандиозное событие. Будет странно вернуться домой и снова хранить все в тайне.
— Сейчас для нас это больной вопрос, — сказал папа.
— Что такое? Как дела у Дайрин?
— Я сегодня ее еще не видел, — ответил он. — Она еще не проснулась, когда я уходил в магазин. Думаю, пара последних дней истощила ее.
— Ого, — посочувствовала Нита. — А как ты, папочка? Гости действительно такие странные?
— Не особенно, — ответил папа. — Один из них просто дерево. Это я могу принять. Другой — гигантская многоножка. С ним тоже все в порядке. У этого малыша здоровенный аппетит и все его интересует. Еще он знаток в технике — он починил вчера мою газонокосилку, когда та сломалась. Третий… — Он внезапно замолчал. — И вам доброе утро.
Да, прямо там. Нет, не туда!
Нита услышала грохот.
— Они не создают тебе проблем, пап?
— Это не обычный вид проблем, — ответил он, — и я не возражаю. — Последовала пауза. — Да, разрешаю, только не говори Дайрин, что я дал это тебе.
На заднем плане раздался громкий хруст.
— Это было что-то нужное? — спросила Нита.
— Нет, милая, все нормально.
— Ты ничего не сказал о третьем госте.
— Намеренно, — ответил папа.
Нита посмотрела на пляж.
— Что с ним не так?
— Я не должен винить его. Но если бы он был моим сыном… — Снова последовало молчание. — О, а вот и она.
Раздался стук и шелест, как будто телефон выхватили у него из руки.
— Это было самой дурацкой идеей в мире, — громко закричала Дайрин. — Просто хочу, чтобы ты знала, что я признаю свой идиотизм.
Нита не была уверена, как на это реагировать. Признания Дайрин иногда могли быть очень искренними, но она легко отрекалась от них, когда обстоятельства менялись.
— Ну, — сказала Нита, — здесь все просто замечательно; поэтому я не знаю, смогу ли я правильно воспринять твою оценку происходящего.
— У вас там хорошо?
— Просто супер.
— Ненавижу тебя, — отрезала Дайрин. Снова раздался стук и шум в трубке, она передала телефон обратно отцу.
— Не знаю, что с этим делать, — признался он через мгновение.
— Когда она успокоится, скажи ей, что мне жаль ее, и я пришлю ей открытку. Вчера мы установили портативные Врата, поэтому я могу появиться прямо в доме, если буду вам нужна. И я могу послать открытку и тебе тоже.
Утром Нита потратила немного времени на то, чтобы создать заклинание, которое "сфотографирует" окрестности и отправит изображение домой через портативные Врата.
— Даже не знаю, скажет ли она тебе спасибо…
— Я рискну. Так что насчет третьего?
— Какого третьего?
— Волшебника, пап. Какие с ним проблемы?
— Я думаю, он… О, доброе утро, Рошаун. Прямо здесь… — Снова пауза. — Не сейчас, солнышко.
Нита решила было посмотреть профиль Рошауна. Возможно я смогу чем-нибудь помочь… Затем она представила реакцию Дайрин на это. Поэтому лучше будет все оставить как есть.
— Ты уже сделала все домашние задания?
— Да, — ответила Нита. — По всем направлениям.
— У волшебников тоже есть домашние задания?
— Не как таковые, папа. Просто немного чтения.
Ранее утром Нита снова пробежалась по разделу "Обязательства и запреты"; он был очень запутанный, но, к счастью, большая часть запретов, особенно Обязывающая Клятва, могла использоваться только однажды.
— Хорошо, что ты сделала домашние задания. Тебе что-нибудь здесь нужно?
— Солнцезащитный крем, — вздохнула она. — Я вчера обгорела.
— Я думал, ты собиралась использовать волшебство для этого.
— Я отвлеклась и забыла…
— Это плохо для твоей кожи, милая. Тебе нужно быть осторожней.
— Хорошо, — ответила Нита. — Просто оставь его в моей комнате. Позже я смогу забрать его.
— Я оставлю его на твоей кровати. Ох… Кармела пришла. Мне нужно идти. Когда она появляется, всё оживляется.
— У нее сейчас много возможности практиковаться в Речи? — усмехнулась Нита.
— Думаю, больше чем достаточно, — ответил папа, — но ты лучше спроси свою сестру…
Она тебе все расскажет.
— Ладно. Поговорим позже, папочка!
— Хорошо проведи время, милая. Люблю тебя.
— И я тебя, папа! Пока!
На странице Учебника, лежащего на коленях Ниты, появилась надпись "Связь прервана, 2452749.06806". Нита закрыла его и оглянулась по сторонам, Кувилин в загоне все еще кормил летающих овец. Нита стряхнула с себя песок и пошла спросить, не нужна ли ему помощь.
Когда она подошла к нему, он стоял оперевшись об изгородь, и наблюдал, как овцы жуют корм. Процесс сопровождался похрюкиванием и хлюпаньем. Губы животных были приспособлены, чтобы аккуратно подбирать гранулы корма и семена железного тростника, избегая песка, но сейчас они жадно сгребали все подряд, после чего какое-то время отплевывались.
Нита облокотилась об изгородь рядом с Кувилином.
— У тебя уходит так много времени, чтобы накормить их, — сказала она.
— Если отдать им всю еду сразу, они заболеют, — ответил он. — Это и был твой "тапи"? Как он?
— У него все хорошо. Но у сестры, кажется, некоторые проблемы. Думаю, она жалеет, что не может быть здесь. И еще этот обмен волшебниками… Похоже, у нее проблемы с одним из них, — Нита откинула волосы назад, но морской бриз снова сдул их на лицо. — Но она справится. Кит снова помогал вам?
— Да, — ответил Кувилин, — и если бы у вас двоих не было бы более важных занятий, я нанял бы вас рабочими. У Кита очень хорошо получается добывать шеш, они почти ничего не замечают, — Кувилин вздохнул, этот звук и люди, и алаалиды воспроизводили одинаково. — Что особенно хорошо в это время года, так как их трудно надолго задержать на одном месте. Их тянет путешествовать. И если они встретятся с другой большой миграционной группой, половина из них может не вернуться. С другой стороны, — добавил он и улыбнулся, — они обмениваются информацией… и я могу потерять пятьдесят этой осенью, а весной заполучить сто пятьдесят. Это зависит от того, где им больше всего понравилось.
— Это не птицы, — сказал Кит, подбегая вместе с Пончем, который подпрыгивая мчался следом.
— Кто?
— Существа, которых Понч гонял вчера вечером. Они не птицы, а летучие мыши. Своего рода. С мехом. А еще у них есть антенны и закрылки.
— Закрылки?
Кит пожал плечами.
— Возможно, хотя больше напоминают перепончатые ноги.
— А еще они умеют петь, — сказал тапи Квельт. — Вы уже слышали их? Вероятно нет, так как у нас обычно последний прием пищи по вечерам, когда они поют. Их будет хорошо слышно, если вы подниметесь на холм за домом. Они спариваются в это время года, и их пение может продолжаться часами. И изрядно мешать спать, к тому же.
Понч резко вклинился между Кувилином и Китом, держа еще одну палку в зубах.
— Где он их находит? — спросил Кувилин, пытаясь выхватить ее у Понча. Понч еще крепче сжал палку и замотал головой из стороны в сторону, борясь с Кувилином. — Мы могли бы разбогатеть со всеми этими палками железного тростника, которые он приносит.
Мне следовало бы всех вас устроить на работу. Вы делаете гораздо больше работы по хозяйству, чем Квельт!
— Будет лучше, если она это не услышит, — произнесла Нита шепотом и рассмеялась.
— Что правда, то правда! — тоже рассмеялся Кувилин. — Но это не ее вина, я знаю. У нее есть более важные дела, и мы стараемся не беспокоить ее насчет домашней работы.
— Когда вы узнали, что она волшебница? — спросил Кит.
Понч подпрыгивал, рыча, с палкой во рту. Кит взял ее и бросил, Понч помчался за ней.
— Однажды во время утренней еды она просто вошла и сказала нам, — ответил Кувилин. — Полагаю, это было пару сотен лет назад…
— Двести шестьдесят, — уточнила Демаир, выходя из дома с кувшином в руке и кружкой сепаха для своего мужа. — Вам нужно зайти в дом и умыться. Вы пахнете цеиффом.
— Я всегда пахну цеиффом, — заметил Кувилин. — Как и всё вокруг, в том числе и эти люди с Земли. Возможно, они даже увезут этот запах домой. Нам нужно будет собрать этот запах в пробирки и передать с ними, как "сувенир с Алаалу".
Кит фыркнул, смеясь. Нита пихнула ему локтем в бок.
— Это было до ее Испытания или после? — обратилась она к Кувилину.
— Испытание? — не поняла Демаир. — О, ты имеешь в виду, Собственный Выбор. После, я полагаю. — Она посмотрела на них в легком недоумении. — "Испытание" — это так называется в вашем мире? Обычно это опасно?
Нита была озадачена.
— Ну, да, обычно во время него вам приходится сражаться с Одинокой Силой, в том или ином обличии…
— С кем? — и Демаир, и Кувилин, похоже, не поняли о чем речь.
— Вы не знаете про Одинокую Силу? Действительно ничего не знаете? — удивился Кит.
— Ничего не знаете об изобретшей смерть? — спросила Нита. — О той, что была изгнана из Сердцевины Времени? О той, кто заставляет живые существа охотно принимать ее смертельный дар?
— О, о ней, — ответила Демаир и рассмеялась. — Конечно, мы знаем о ней. Но она для нас не проблема.
— Не проблема, — тихо произнесла Нита. Затем она посмотрела на окружающий пейзаж, вспомнила Города — чистые, безопасные, наполненные улыбающимися людьми; в этом мире, казалось, не было места преступлениям, бедствиям или ненависти. — Да, возможно, я вас понимаю.
— Но почему она для вас не проблема? — переспросил Кит.
Кувилин и Демаир озадаченно переглянулись.
— Я всегда полагал, что это как-то связано с Выбором нашего народа, но я не разбираюсь в этом, — ответил Кувилин. — Думаю, Квельт должна лучше знать.
— А где она сейчас? — огляделась вокруг Нита.
— Наверху, на лугах. Она собиралась о чем-то потолковать с ветром.
Нита понимающе кивнула. Она уже несколько раз слышала это выражение, и оно означало, что человек хочет побыть в одиночестве.
— Возвращаясь к ответу на твой предыдущий вопрос, — сказал Кувилин, — она просто пришла к нам однажды утром и сказала: "Я — волшебница, и в течение многих лет я должна буду взять на себя соответствующие обязанности". Она показала нам кое-что из своих умений; мы были очень впечатлены. А затем ее наставник, старый волшебник, Верейх, пришел и сказал: "Я слышал, что мой преемник скоро вступит в силу, поэтому нам лучше приступить к работе". Конечно, он понимал, что его телу недолго осталось, ведь ему уже было около четырех тысяч лет. Хотя нет, пять тысяч, как я сейчас понимаю.