Одинокая Сила повержена, подумал он. Я не уверен, что мне нравится, как это звучит.
Не то чтобы это было невозможно: подобные вещи случались. Но результат было очень сложно сохранить и защитить. Смерть можно вычеркнуть из сценария, но она найдет способы прокрасться обратно, если вы не будете очень и очень осторожны.
Мальчик затолкал свой Учебник под подушку и накрылся тонким одеялом, по-прежнему смотря в окно. Она скоро вернется, подумал он. Вот-вот наступит время крабов. Вряд ли Нита захочет купаться с ними.
Понч, сидевший в ногах диванчика Кита, положил морду на одеяло, он посматривал то в сгущавшиеся сумерки за окном, то на уснувшего Кита, не упуская ни единой детали…
Нита прошла довольно далеко вдоль пляжа, идя по самой кромке воды, наблюдая за кессами и пытаясь отвлечься от жгучего чувства в плечах и шее.
Вот вечно так, стоит мне отвлечься, подумала она, ощущая каждое движение шеей, затем остановилась, жжение только усилилось. Сначала я забываю солнцезащитный крем, затем заклинание, призванное создать тот же эффект.
Она вздохнула, наблюдая за оживленным движением на песке, где кессы суетились, строя свои странные маленькие замки. Помимо солнечных ожогов, главной проблемой для Ниты на данный момент являлся тридцатидвухчасовая длина суток на Алаалу, что заставляло ее чувствовать нечто вроде постоянного джет-лага, синдрома десинхронизации циклов после перелета только без самого перелета. Кит каким-то образом очень быстро сумел вписаться в местный ритм жизни, спя и бодрствуя по шестнадцать часов, как это делали Пелиэны. Но тело Ниты упорно настаивало на том, что оно лучше знает, когда утро, а когда уже полвосьмого, будя ее в неподходящее время и не давай заснуть, когда надо. Она могла бы прочитать заклинание, позволяющее покончить с этой проблемой, но, подумав, решила отказаться от этого варианта.
Здесь настолько классно, так зачем тратить время на сон? К тому же никто не возражает, когда я встаю посреди ночи.
Нита все еще любовалась волнами, накатывающимися на берег с тихим шепотом, когда маленькая стайка лун начала подниматься над горизонтом. У планеты столь больших размеров было несколько спутников — даже самые маленькие размером с земную Луну, но расстояние скрадывало разницу. Притяжение планеты удерживало их в форме гигантской окружности, где они располагались в определенной последовательности, словно тонкий гигантский пончик, обтянутый вокруг мира. Внутри этого "пончика" или тора* индивидуальные силы притяжения каждой луны заставляли их ускоряться и замедляться относительно друг друга совершенно непредсказуемым образом. Словно летающие овечки, подумала Нита, заметив, как настоящее "стадо" поднялось и полетело по небу, серебристыми тенями скользя по воде. В этом неясном свете кессы, казалось, еще быстрее засновали по берегу, впрочем, скорее всего, это была всего лишь иллюзия.
*Тор — поверхность вращения, получаемая вращением образующей окружности вокруг оси, лежащей в плоскости этой окружности и не пересекающей её. Если кто-то тоже ничего не понял, то просто представьте себе вращающийся пончик.
Нита подошла поближе к воде и теперь стояла прямо на пути у суетящихся кессов, рассматривая выстроенные ими крохотные "замки". Ни одно из них не выдерживало долго: кессы, карабкаясь по ним, разрушали их, затем начинали строить заново. Иногда случайная волна заходила дальше, чем обычно, и смывала все. Ответ был один: строим заново.
— Эй, ребята, чем вы занимаетесь? — обратилась к ним Нита на Речи.
Тем, чем мы должны, ответил один из них, а, возможно, и все они, не снижая темпа.
Нита только покачала головой, удивленная. Именно такой содержательный, но ничего не объясняющий ответ можно получить, если спросить у муравьев, куда они направляются, или у комара, зачем он укусил вас. Планирование у насекомых касалось очень коротких промежутков времени, и они редко были способны поговорить о чем-либо еще.
— Почему? — спросила Нита.
Потому что.
Она покачала головой и поморщилась, когда при этом натянулась ее обожженная кожа.
— Хорошо иметь смысл в жизни, — сказала она кессам.
Да, это так, сказали они и заработали еще быстрее, словно стремясь наверстать время, потраченное на разговоры с ней.
Нита улыбнулась и оставила их в покое. Она поднялась обратно на пляж, подумав, что ей действительно стоит заглянуть домой и взять солнцезащитный крем. Папа наверняка разворчится, увидев ожоги, но все равно приятно будет его увидеть. К тому же сухие отчеты о творящемся дома, получаемые с помощью Учебника от Дайрин, мало что давали ей в плане знания о том, что там на самом деле происходит.
Она не спеша вернулась к жилищу Пелиэнов. Абсолютный покой, царивший над домом и постройками, снова поразил ее, как и в первый раз, когда Нита здесь оказалась. И снова ее кольнуло странное чувство, ощущение чего-то неправильного, чего-то отсутствующего, которое появлялось у нее все чаще и чаще с момента прибытия.
Наверно, я просто никак не привыкну к тому, что все так мирно, подумала она. Мне нужно просто позволить себе привыкнуть к этому. Она с сожалением улыбнулась, подходя к постройке, служащей спальней ей и Киту. Впрочем, с моей-то удачей я привыкну к этому только по завершению каникул.
С другой стороны занавеса, разделявшего комнату на две половины, доносилось тихое похрапывание Понча. Интересно, теперь собаки дома ведут себя как обычно, подумала Нита. Или еще хуже. Потом попрошу Кита разузнать об этом.
Не зажигая света, она на цыпочках прокралась к дальней стене ее половины комнаты, где располагались Врата, ведущие к ней домой. Затем шагнула сквозь них, избегая прикасаться к краям.
В то же мгновение она оказалась в своей полупустой спальне. Наверно, стоит вернуть стол на место, подумала она, потому что от него все равно нет никакой пользы там, где мы сейчас живем. Поскольку все задания на лето у нее уже были выполнены, то мысли о школе стоило бы отложить как минимум на неделю. Ну или хотя бы попытаться.
Нита выглянула за окно. День перевалил за полдень. Часы на стене показывали 3:30. Я думала, я приду пораньше, подумала она. Мое ощущение времени слегка сбилось. она посмотрела на свою кровать, но не заметила там никаких признаков солнцезащитного крема. Либо папа забыл его туда положить, либо просто не успел еще этого сделать.
Она вышла из комнаты и, подойдя к двери Дайрин, заглянула туда: никого не было. Она, вероятно, выгуливает своих подопечных, подумала Нита. Или навещает их в их "палатках".
Она направилась в ванную и основательно порылась среди различных солнцезащитных кремов, кремов для загара, масел и прочего тому подобного, в беспорядке хранящихся под раковиной. Наконец, Нита остановила свой выбор на средстве с высоким SPF фактором, срок использования которого истек всего-навсего пару месяцев назад. Это подойдет, подумала она и тихо двинулась вниз по лестнице.
В гостиной было пусто, но из столовой доносился чей-то голос. Узнав голос Тома, Нита примерзла к лестнице.
— Это именно то, с чем мы имеем дело, — продолжал говорить Том. — Иногда ты попадаешь в то, что по-английски мы называем "главные события", эквивалент этого слова на Речи является однокоренным со словом "дверные петли, шарниры". Это такие моменты в жизни людей, народов, культур или миров, когда все как бы замирает на мгновение перед тем, как повернуться — словно дверь на своих петлях. И в зависимости от того, какой толчок последует, дверь качнется в ту или иную сторону. Мгновением раньше, мгновением позже — и дверь повернется в другом направлении. А иногда не хватит никаких усилий, чтобы сдвинуть дверь в желаемом направлении.
А еще есть такие изменения, которые были вызваны предшествующими событиями — результатами открытий или закрытий других дверей — что их невозможно остановить, как ни пытайся. И в итоге жизнь меняется или заканчивается… тысяча жизней или три тысячи… и целая лавина перемен следует после движения двери. И все, что может сделать волшебник перед лицом этого шквала перемен — это выбрать место и время для вмешательства в последствия и попытаться убрать их потом, — Том вздохнул. — Вне зависимости от всех наших усилий, — сказал он, — энтропия по-прежнему наступает.
Последовала долгая пауза.
— Мне жаль, — услышала Нита папин голос.
— Далеко не так жаль как нам, — отозвался Том, — потому что мы не можем остановить это. — Еще один болезненный вздох. — Но зачастую, в итоге мы делаем все возможное, чтобы быть готовыми к следующей "петле"… и распознать ее в нужный момент. Это все, что мы можем сделать. И мы должны постоянно напоминать себе, потому что мы знаем, что это правда, что наши действия в конечном итоге исправят ситуацию, что Существующие Силы найдут способ чуть-чуть изменить даже самые жуткие злодеяния нашего вида к лучшему, если мы не будем опускать рук.
Опять пауза.
— Судя по твоему виду, — заговорил ее отец, — тебе давно не доводилось отдыхать.
— Нет, — согласился Том. Затем, после очередной паузы: — Назревают серьезные неприятности.
— Что, еще большие, чем уже имеются?
— Если мы не сумеем остановить их, — сказал Том, — то намного, намного большие. Но нам повезло — у нас есть возможность сражаться. Даже больше, чем просто возможность.
Сделать хоть что-то, кроме того как смотреть на происходящее.
По спине у Ниты пробежал холодок.
— Дай мне знать, если я смогу чем-то помочь, — проговорил ее папа.
— Уже помогаешь, — мгновение спустя сказал Том. — И я ценю это.
Нита сделала глубокий вдох, затем выдох, пытаясь успокоиться, затем тихо развернулась и прокралась обратно вверх по лестнице. Пожалуй, повидаюсь с папой завтра. Сейчас явно неподходящее время.
Оказавшись наверху, она снова просунула голову в комнату Дайрин, на случай, если та уже вернулась оттуда, где бы она ни была.