Волшебное свечение Ладоги — страница 32 из 37

Очень часто и больно прощались,

Допивая свое бордо.

Так давай разольем по бокалам

Исполнение давней мечты.

И, рискнув начать все сначала,

Вмиг поймем, что были пусты.


– А ведь она это сейчас кому-то читала, кому-то конкретному, – сказала Беата вслух, когда жидкие аплодисменты наполнили гостиную, – и ей было очень больно, очень. Мне срочно надо поговорить с Риткой, очень срочно.

Глава 27В двенадцать загадаю…

Беата проснулась в прекрасном расположении духа, просто в чудесном. Она первый раз, находясь в этом доме, проспала. Не вскочила в пять утра, несясь в кабинет за компьютер, а с чувством выполненного долга спала почти до обеда. Правда, и вчера она легла поздно. Воспоминания о вчерашнем вечере заставили ее покраснеть. Когда они с Миколой вышли на улицу для проведения стратегической операции по поиску Интернета, то пришли в полный восторг. Метель, которая бушевала вот уже два дня, стихла, да что там стихла, на улице было так, что казалось, слышно трескающийся лед в ладожских шхерах. Луна, огромная и яркая, висела посредине неба в окружении своих подруг-звезд. Она освещала насыпанные с человеческий рост сугробы, лапы елей, покрытые белоснежным нарядом, и все вокруг казалось сказкой.

– Тепло-то как, – сказала Беата, – еще днем ветер резал острыми снежинками лицо, а сейчас просто декорации к фильму «Морозко».

– Да-а, – протяжно ответил Микола, – этим и прекрасна Карелия, таинственностью своей природы. И тогда, глядя на это, хочется сделать то, что запрещал себе раньше.

– Например? – усмехнулась Беата, готовая уже развить тему запрещенных желаний.

– Например, это, – ответил он и поцеловал ее долгим поцелуем.

Немного от неожиданности, но в основном из-за приятной волны, поднявшейся внутри, Беата его не оттолкнула. Лишь когда он отстранился, вглядываясь в ее лицо и боясь реакции, она сказала:

– Это неправильно.

– А что правильно? То, что ты живешь одна, боясь отношений и мужчин, и все женское, что есть в тебе, превращаешь в сарказм? Или, может, правильно то, что я мучаюсь угрызениями совести, живя с Эллой по договоренности, и понимаю, что, возможно, сейчас теряю шанс быть по-настоящему счастливым? Ты думаешь, правильно мы с тобой решили в двадцать восемь лет жить ради детей и поставили на себе крест? Правильно – это всегда быть счастливым по определению, здесь и сейчас. Это единственное правило, которое устанавливают нам небеса, остальные придумывают люди.

Именно в этот момент в полной и кромешной темноте лед в Ладоге словно подсветился изнутри голубым светом. Это сияние продолжалось всего пару мгновений, пару секунд, но их хватило, чтобы почувствовать чудо. Почувствовать физически, кожей, душой, почувствовать, что вселенная согласна: быть счастливыми – это единственное правило для людей на этой маленькой планете.

– Ты это видел или у меня крыша поехала тут с вами? – ошарашенно спросила Беата.

– Ну что ты за человек, такую минуту испортила, – захохотал Микола, совершенно не злясь за это на нее.

Видимо, и Интернет решил вернуться в эти края вместе с чудом, потому как сигналы о получаемых в мессенджере сообщениях начали быстро тренькать, создавая собственную бездушную музыку.

Позже они вернулись домой и долго, одетые, целовались у дверей, стараясь тихо разговаривать и никого не разбудить. Вот в таком приподнятом, да что там, романтическом настроении Беата, словно ей снова восемнадцать, пришла в свою комнату и долго не ложилась спать, читая присланные друзьями сообщения. Но она никак не могла понять их смысл, пересматривая снова и снова, видимо, потому, что мысли разбрелись в разные стороны и никак не могли собраться воедино. Решив, что утро вечера мудренее, Беата уснула с намерением утром сложить все в ровную схему и помочь Агнии. Ей стала нравиться старуха, было что-то такое в ее энергетике, что-то притягательное, что-то, что заставляло восхищаться ею.

– Привет, – в комнату без стука зашла Дуня.

– Вот почему я всегда забываю закрывать дверь, – вместо приветствия сказала Беата, – проходной двор какой-то.

На самом деле ей приятно было видеть девчонку, просто игривое настроение не отпускало.

– Сегодня Новый год, – сказала Дуня, словно сделала открытие.

– Ну и что, это не повод врываться в чужие апартаменты.

Оттого, что чересчур помпезно назвала комнату в «Берлоге», ей самой стало смешно, и она прыснула.

Дуня, поняв, что буря миновала, подошла и села на кровати.

– Ты приготовила желание, которое будешь загадывать на Новый год? – спросила она на полном серьезе.

– У меня с детства одно желание, и я не меняю его никогда.

– Это неинтересно, – скептически ответила Дуня, – интересно, какое желание можно загадывать всю жизнь.

– Я понимаю, для тебя двадцать восемь – это вся жизнь, но, поверь мне, я очень молода. А рассказывать желание нельзя, не сбудется, мое в последнее время и так по швам трещит.

– Ну очень интересно, – Дуня аж зажмурилась от нетерпения.

– Ну хорошо, есть у меня один способ на этот счет. Я прочту тебе стихотворение, а там уж, прости, Дуня, но все зависит от твоей сообразительности.

– Договорились, – казалось, сейчас Дуня готова на все.

– Тогда слушай:


Маленькие детки пишут Дед Морозу,

Строки очень меткие, письма, а не просьбы.

Как делишки в садике, сколько съели каши,

Что он по жизни паинька, а дрался из-за Маши.

И в конце коротенько желаний десять кряду.

Что вполне естественно, полки́ло шоколаду.

Мы, взрослые, стесняемся и дорожим престижем.

А может, прочь условности, и все письмо напишем?

Так, здравствуй, милый дедушка, как у тебя делишки?

Уснул ли бурый Мишенька, не балуют зайчишки?

Сам как, здоров, не кашляешь, олени все в порядке?

Ну вот мы и раскланялись, приходим к разнарядке.

Ты знаешь, я старалась, хоть были и сомнения,

Но мне безумно хочется желаний исполнения.

Всем девушкам свободным хороших женихов,

Красивых, умных, модных, прошу без дураков.

Ну а парням хорошим невест ты разыщи,

Веселых, это главное, и добрых подыщи.

Тем семьям, где грустят, глядя на детский сад,

Немедля отправляй три штуки аистят.

И маме грустной в пледе не умножай морщин,

Пусть не звонит – приедет с семьей на праздник сын.

Я ж консерватор, знаю, традиция, прости,

В двенадцать загадаю, чтоб не было войны.


– Здорово, – захлопала в ладоши Дуня, – если у меня появится постоянное желание, я попрошу папу, и он мне тоже сочинит стихотворение.

– Не думала, что когда-то это скажу, но все же: какие новости в «Берлоге»? – весело сказала Беата, встав с кровати и собираясь идти в душ, оставив разбор вчерашних полученных сообщений на потом.

– Ничего особенного, – ответила Дуня, – сегодня банный день.

– В смысле? – не поняла Беата.

– Ну, тридцать первого декабря все должны попариться в бане, как в фильме, помнишь? – объясняла Дуня. – Агния сказала, что это традиция такая.

– И в чем она заключается? – поддерживала неинтересный разговор Беата.

– Ну, каждый Новый год Жека топит баню. Сначала в нее идет Агния, ну а потом остальные гости «Берлоги». Даже мне надо, представляешь. А я не очень люблю баню, потому что после парной папа всегда выливает мне на голову целый тазик холодной воды, – пожаловалась девочка.

– Изверг, а делает он это только с тобой или себе тоже льет? – уточнила Беата.

– И себе тоже. Так что в душ можешь не идти, скоро наша очередь, вот выйдет Агния. Она там уже часа три.

– Ничего себе, она любитель париться. Скажу тебе по секрету, я тоже не люблю баню, – призналась Беата, – я больше душ или ванну предпочитаю. Поэтому с вами я не пойду.

– Так не получится, все, даже гости, обычно парятся, чтоб не обидеть отказом великую актрису, – возразила Дуня. – А ты вычислила, кто убил Дженни? – вдруг спросила девочка, словно она тоже, как и взрослые, хотела справедливости и наказания.

– Думаю, да, – сказала Беата. – А ты видела вчера драку между дядями?

– Видела и даже пыталась разнять, но у меня ничего не получилось, – ответила она.

– Тогда подумай и скажи мне: кто из них еще до драки был с поцарапанным или разбитым лицом?

Девочка хотела сразу ответить, отрицательно покачав головой, но Беата ее остановила:

– Послушай, это очень важно, я собираю все доказательства, собираю, чтоб уличить убийцу Дженни. Помоги мне еще раз. Не отвечай сразу, подумай. Наша память уникальна. Тебе кажется, что ты ничего не помнишь, а на самом деле просто информация лежит глубоко и ее нужно достать. Начни вспоминать детально всю вчерашнюю потасовку: с чего началось, кто первый сказал, кто первый ударил и так далее.

Пока Беата умничала о способностях человеческого мозга, Дуня вскочила и закричала:

– Вспомнила, точно, вспомнила.

– Тише, – сказала ей Беата, оглядываясь на дверь, – правила индейцев еще никто не отменял. Давай рассказывай, шепотом и по большому секрету.

Глава 28Банный день

– Это уже даже не смешно, надо что-то делать. – Мишель мерил шагами гостиную и причитал, как барышня в пансионе благородных девиц.

Было три часа дня, и если верить Корнелии, то Агния встретила своего старого друга и одновременно душеприказчика Павла Ильича, поговорила с ним около часа в комнате и пошла в баню.

В этом не было ничего необычного, кроме, конечно, появления собственного юриста. Обычно Павел Ильич приезжал второго января и, проведя общее собрание, с чувством выполненного долга исчезал еще на год. Поэтому его появление в «Берлоге» выпадало из обычного распорядка. Остальное же все было по плану. Баня стояла и пыхала жаром, ожидая своих гостей. В общем, все как всегда, не считая того, что Агния уже пять часов находилась там и, закрыв дубовую дверь массивной щеколдой, не подавала признаков жизни. Сначала обеспокоенные домочадцы просто шептались, зная грозный нрав великой актрисы. Потом, когда тишина и закрытая дверь стали пугать, начали неуверенно стучаться. Сейчас же все уже были на взводе. Стук в дверь ничего не давал, окна, в которые старались посмотреть, были завешаны жалюзи, а внутри стояла мертвая тишина.