Диди стал играть на флейте весёлые песни. Теперь маленькая золотая рыбка чаще приплывала слушать его.
Однажды утром юноша вытащил корзину и не нашёл там рыбы. В корзине лежал всего лишь один большой краб. Без особой радости Диди вскинул корзину на плечи и пошёл домой.
– Мама, сегодня совсем нет рыбы. Я принёс только краба. Вот, посмотри, – сказал Диди, вытаскивая улов.
– Какой большой. В нём немало мяса. Давай-ка его разрежем.
Но не успел Диди разрезать краба, как из него выскочила красивая девушка.
– Наконец я пришла домой, – сказала она.
Мать и сын удивились.
– Милая девушка, ты сказала, что пришла домой. Как понимать тебя? – спросила мать.
Красавица села на кан и, расчёсывая волосы, стала рассказывать:
– Я третья дочь морского дракона, зовут меня Сань Гун-чжу. Я очень люблю игру на флейте. Однажды я увидела на берегу Диди. Он сидел на камне и играл.
Я слушала его и не могла наслушаться. С тех пор каждый день, как только услышу флейту, незаметно подплываю к камню и наслаждаюсь игрой. Диди полюбился мне.
И ещё девушка сказала, что всё время думает о своём возлюбленном и его флейте, что бы ни приходилось делать. Мать и сын узнали, что у морского дракона главный министр – крокодил. Он злой и ведёт себя плохо не только в море, но и на суше. Выползая на берег, крокодил пожирает людей и скот. Но морской дракон очень доверяет своему главному министру, ценит его и любит. И теперь морской владыка решил отдать свою третью дочь крокодилу в жёны.
Узнав об этом, Сань Гун-чжу стала безутешно плакать. Она ведь любит Диди. Накануне свадьбы девушка решила посоветоваться со своей няней-крабом. Няня всегда была очень добра и любила свою воспитанницу. Она сказала:
– Я спрячу тебя в панцырь краба и положу в корзину, которую Диди ежедневно забрасывает в море. Юноша унесёт тебя домой. Его мать очень хорошая женщина. Эта семья и будет твоей.
Мать Диди подошла к девушке, погладила её длинные чёрные волосы и сказала:
– Гун-чжу, наша семья бедная. Сможешь ли ты жить с нами?
– С вами я буду очень счастлива.
Мать посмотрела на сына, потом повернулась к девушке, взяла её за руку.
И вдруг раздались сильные раскаты грома, засверкала молния, налетел ветер и полил дождь. На море поднялись волны высотой в несколько сот чжанов[16]. Огромные, словно горы, они катились к берегу друг за дружкой. На гребне одной из них показался крокодил.
Гун-чжу закричала:
– Диди, скорее брось корзину у камней!
Юноша быстро положил корзину у высокого камня. В это время крокодил выбрался на берег. Неожиданно корзина засверкала тысячами огней, подпрыгнула и накрыла чудище. Морские волны стали отступать. А там, где лежал крокодил, выросла золотистая горка.
Прошёл день. С моря снова донёсся страшный рёв. Огромные волны опять побежали к берегу. Гун-чжу вышла к воротам фанзы. Лицо её побледнело. Дрожащими губами девушка сказала Диди:
– Эти волны поднял мой отец. Он решил затопить берег и всё живое на нём.
Бушующие волны подкатывали всё ближе и ближе к фанзе. И вдруг появился старик. Его седая борода развевалась на ветру.
– Юноша, – обратился он к Диди, – ты оставил у себя кончик золотистого бамбука? Скорее сделай из него две флейты. Играйте на этих флейтах не переставая, и тогда волны уйдут.
Сказал старик и сразу же исчез.
Диди отыскал кусок бамбука, сделал из него две флейты и начал играть на одной. Но волны не отступали. Казалось, вот-вот они смоют фанзу. Тут Гун-чжу схватила вторую флейту и заиграла тоже. Волны постепенно стали откатываться в море. И вот они уже спешили назад, словно кто-то гнал их огромной невидимой палкой.
Диди и Гун-чжу, играя на флейтах, пошли вперёд, наступая на волны. Они уже дошли до самого берега, но продолжали играть. Играть становилось всё труднее: у обоих болели губы, у обоих пересохло в горле. Поэтому юноша и девушка присели на камни передохнуть.
Вдруг волны вздыбились, словно гигантские непокорные кони, и с рёвом хлынули на берег. Диди и Гун-чжу вновь заиграли. При звуке флейт горы воды стали отступать…
Диди и Сань Гун-чжу играли день и ночь. И море успокоилось.
Рыбаки вышли на берег чтобы поблагодарить юношу и девушку. Но где же они? На том месте, где играли Диди с Гун-чжу, стояли два высоких камня, похожие на людей.
Когда поднимался ветер, камни начинали свистеть.
Рыбаки направились в фанзу Диди, чтобы повидать мать юноши. Но и фанзы не оказалось на месте. Вместо неё рыбаки увидели пещеру.
С тех пор и стоят на берегу моря два камня и слышатся звуки, похожие на голоса флейт. Море в том месте всегда тихо и безмятежно. И рыбаки спокойно уходят на лодках ловить рыбу.
Золотые каштаны
Жили два брата. Младший, Сун Шен-фу, был честным и трудолюбивым, а старший, Сун Ди-пин, был жадным и ленивым.
Когда у братьев умерли родители, старший сказал:
– Брат, говорят, выросло дерево – оно даёт плоды, вырос человек – он создаёт семью. Ты уже не маленький, давай разделимся.
При разделе старший брат спрятал для себя всё, что было поценнее из имущества отца, а младшему оставил только мотыгу и два шена[17] гороха.
Взял молча младший брат мотыгу, два шена гороха и пошёл в горы, где решил поселиться. Вставал он на рассвете, когда ещё ярко сверкали в небе звёзды и птицы крепко спали в своих гнёздах, и начинал копать и рыхлить землю. Терновник колол руки и ноги острыми иглами, от росы промокала одежда, но Сун Шен-фу работал, ничего не замечая. Жажду юноша утолял водой из горной речки, а проголодавшись, съедал несколько варёных горошин. На влажной и мягкой, как пух, земле Сун Шен-фу посеял горох. Целыми днями он не уходил со своего поля: носил воду, выдёргивал сорные травы, уничтожал вредителей. Даже когда становилось совсем темно, ему не хотелось уходить.
После хороших дождей на всходах распустились нежные цветы – красные, жёлтые, белые, коричневые. Были здесь и такие, цвет которых Сун Шен-фу даже затруднялся определить.
Скоро образовались стручки с горохом. Когда горох созрел, кое-где из стручков повыпадали крупные горошины. Юноша подбирал каждую и бросал в мешок. Ах, какой горох! Он блестел и сиял ярким, ослепительным светом. Потому что это был серебряный горох!
Обрадовался Сун Шен-фу, собрал весь горох и направился к брату за весами, чтобы измерить урожай. Сун Ди-пин решил разузнать, что будет мерить его брат, и прежде чем дать весы, смазал их маслом.
Когда Сун Ди-пин получил весы обратно, то нашёл на них несколько серебряных горошин. И в голове старшего брата появилась мысль захватить землю младшего.
– Брат, – сказал он, – ты теперь живёшь хорошо. Пора тебе вернуть землю, на которой ты сеял. Она была передана мне родителями ещё до твоего рождения.
Младший брат ничего не сказал. Взял он свою мотыгу и отправился, куда глаза глядят.
Шёл Сун Шен-фу долго. Пробирался через леса, переправлялся через реки, взбирался на высокие горы. И вот, на зелёном холме, юноша заметил рослое каштановое дерево. Подойдя ближе, он увидел, что листья на ветвях пожелтели и опадают один за другим.
Сун Шен-фу поселился под этим деревом. Каждый день он спускался к подножию холма, где протекала тихая речка, брал воду и поливал каштан. Оголившиеся корни дерева юноша присыпал свежей землёй. Долго трудился Сун Шен-фу. Соломенные сандалии его поизносились, ноги от кровавых царапин распухли и сильно болели. Всё тяжелее становилось спускаться к речке и подниматься на высокий холм. Но молодой человек не переставал ухаживать за деревом.
Прошло время. Каштановое дерево покрылось зелёной листвой. Появились цветы, а затем и плоды. Под горячими лучами солнца стали падать зрелые красные каштаны. Из расколотых орехов выкатывались необычные ядрышки. Они горели ярким светом. Потому что это были золотые каштаны.
А Сун Ди-пин, после того как захватил землю брата, засеял её кое-как горохом. Но так как он был очень ленив, то целыми днями просиживал или спал в холодке. Листья гороха стали желтеть. Но лентяй не думал даже пошевелиться, чтобы полить поле. Вскоре горох погиб от засухи, и Сун Ди-пин ничего не получил.
А Сун Шен-фу снова пришёл к брату взять весы. Узнав о неудаче старшего брата, юноша подарил ему несколько шенов каштанов. Среди них оказались и золотые каштаны. И вновь старший брат задумал ограбить младшего.
– Тебе, брат, посчастливилось, – сказал Сун Ди-пин. – А я хоть и трудился не разгибая спины, но не получил даже малого урожая. Когда же ты посадил это каштановое дерево?
Сун Шен-фу рассказал всё, как было. Тогда старший брат сказал:
– Брат, а ведь это каштановое дерево моё. Я его посадил, когда ты был ещё совсем маленьким. И знаешь, я решил отдать тебе землю, на которой ты сеял горох. А то люди скажут вдруг, что я не забочусь о младшем брате, не помогаю ему ничем.
И опять младший брат ничего не сказал. Взял он свою мотыгу и вернулся к земле, на которой сеял. Как прежде юноша засеял поле горохом. Не жалея сил, он ухаживал за полем и посевом. Летом на стебельках гороха запестрели яркие цветы: синие, красные, жёлтые. Появились стручки. И снова из них начали высыпаться крупные горошины, отливающие ярким серебристым светом.
А старший брат сшил несколько большущих мешков и целыми днями просиживал под каштановым деревом, где пил вино и ждал, когда же созреют золотые каштаны.
Весной дерево пышно зацвело. Но прошло немного времени, и на ветках появилось много крупных плодов, совсем не похожих на каштаны. Ветки не выдержали под их тяжестью и, словно желая освободиться, раскачивались и сбрасывали плоды. Они летели вниз и один за другим падали на голову, плечи, спину и руки Сун Ди-пина. И везде, куда попадали плоды, на теле ленивого брата появлялись синяки и шишки.
Сун Ди-пин корчился от боли. «Бог мой, – подумал он, – это не каштаны, а самые настоящие камни!» И ленивец принялся топором рубить дерево. При первом же ударе топора голова Сун Ди-пина превратилась в голову птицы, при втором – руки стали крыльями, и сам он превратился в огромного чёрного ворона.