– За Чжи Нюй! Скорее!
Только он успел произнести эти слова, как шкура взвилась в воздух. Чан услыхал знакомый уже шум, точно ветер выл в печной трубе. Шкура поднималась всё выше и неслась с невиданной быстротой. Поля, города, деревни, леса, реки и моря проплывали внизу, делались всё меньше и вскоре исчезли совсем. Сколько Чан и его дети ни смотрели вниз, они ничего не видели.
И вдруг Чан заметил, что небо вокруг начало темнеть. Кое-где показались даже звёзды. Это было очень удивительно, потому что Чан видел не только звёзды, но и солнце. Правда, солнце сияло всё меньше и меньше, пока, наконец, не погасли его последние лучи.
И тогда небо стало черно-синим, и всюду зажглось бесконечное множество ярких звёзд.
И вот, в безбрежном сиянии небесных светил, Чан увидел впереди себя летящую в белой одежде Чжи Нюй.
– Скорей! – вскричал пастух и стиснул шкуру коленями.
И вдруг Чан почувствовал, что шкура стала замедлять свой полёт. Казалось, она слабеет с каждой минутой и напрягает последние силы, чтобы не упасть.
Вдали показалась река. Легче пушинки перелетела Чжи Нюй на другой берег. Она радостно протянула руки навстречу летевшим за ней мужу и детям.
– Я жду вас, мои родные! – воскликнула она. – Теперь мы всегда будем жить вместе и никогда не расстанемся!
Чан тоже протянул руки к жене, а дети радостно закричали:
– Мама! Мама!
Но шкура летела уже совсем низко и медленно-медленно. Она не долетела до реки каких-нибудь пяти метров.
– Ко мне, ко мне! – стонала Чжи Нюй с другого берега. – Я умру без вас от тоски!
Напрасно взывала Чжи Нюй к мужу, напрасно плакали в горе дети. Чан никак не мог перебраться на другой берег. Шкура белой коровы была неподвижна. Она распростёрлась на берегу, и пастух увидел на ней раны, сделанные его неосторожной рукой. И тогда он понял, что шкура не может лететь из-за этих ран…
…Много столетий минуло с тех пор, как Чжи Нюй и Чан опустились на противоположных берегах Небесной реки. Горько плакали они в жестокой разлуке, и когда слёзы их падали на землю, люди называли эти слёзы дождём.
Над страданиями несчастных сжалился всесильный дракон. Он превратил Чана, Чжи Нюй и их детей в яркие звезды. И когда свет этих звёзд дошёл до земли, дракон сказал:
– Пусть жители земли любуются этими звёздами и помнят: неблагодарный человек не бывает счастливым сам и приносит несчастье другим…
Взгляните тёмной ночью на небо. Там вы отыщете созвездие: оно носит имя Орион. Три самых ярких его звезды – это Чан и дети Чжи Нюй.
Вы спрашиваете, где же сама Чжи Нюй? Поднимите ещё раз глаза на небо и увидите против трёх звёзд нежную блестящую звёздочку. На земле эту звёздочку называют Поллукс. Но только на самом деле эта звезда и есть Чжи Нюй.
Века проходят за веками, и звёзды эти плывут в небесном просторе. Но никогда не встречаются. Их разделяет широкая река – Млечный Путь.
Платок нищего
Много-много лет назад жил в Китае один богач. Давно уже известно, что все богачи – жадные и злые, но этот богач был самый жадный и самый злой во всём Китае. Жена его была такая же жадная и злая.
И вот эти люди купили себе рабыню. Они искали, конечно, самую дешёвую рабыню, а самой дешёвой оказалась самая некрасивая девушка. Злые богачи прозвали свою служанку обезьяной.
В доме то и дело слышалось:
– Обезьяна, убери!
– Обезьяна, принеси!
– Обезьяна, сбегай!
– Обезьяна, подай!
А если девушка оказывалась недостаточно проворной, хозяева били её палками и морили голодом.
Однажды, когда богачи ушли в гости, к их дому подошёл бедняк. Он воздел руки к небу и простонал:
– Я умираю от голода. Спасите меня!
Служанка услышала стон и впустила нищего в дом.
У неё давно уже был собран маленький мешочек риса. Она протянула мешочек бедняку и сказала:
– Я собирала этот рис по зёрнышкам в соломе, которой топлю печь. Но если хозяин узнает, что я подала тебе милостыню, он изобьёт нас обоих.
Нищий быстро спрятал рис в суму и, прощаясь с доброй рабыней, протянул ей небольшой розовый платок.
– Обтирай этим платком своё лицо на рассвете, – сказал он, кланяясь девушке.
В это время богачи вернулись из гостей. Увидев нищего, хозяин стал кричать на служанку:
– Как смеешь ты приваживать к нашему дому попрошаек, грязная обезьяна! Я изобью и тебя, и этого оборванца!
И хозяин обернулся, чтобы схватить бедняка, но нищий куда-то исчез. Никто не заметил, когда он успел убежать. Ещё сильнее озлился богатый скряга. Он схватил плеть, которой наказывал своих цепных псов, и стал стегать рабыню. Напрасно умоляла девушка о пощаде. Богач безжалостно её избил.
Только на рассвете пришла в себя несчастная девушка. Она вспомнила про платок, что дал ей бедняк, и обтёрла им лицо.
Три дня подряд обтирала рабыня розовым платком своё некрасивое лицо. На четвертый день утром она подошла к зеркалу, взглянула и вскрикнула: из зеркала на неё смотрела настоящая красавица. Розовый платок бедняка свершил чудо: уродливая девушка превратилась в необыкновенную красавицу.
Когда хозяин и его жена увидели свою рабыню, они долго не могли прийти в себя от злобы и зависти.
– Открой нам свой секрет, и ты получишь свободу, – сказал хитрый богач.
Ах, как забилось сердце рабыни! За свободу она была готова отдать всё. Что может быть желаннее свободы!
И она покорно протянула своим мучителям розовый платок, рассказав, как надо им пользоваться.
Этого только и хотели богачи. Они отослали рабыню на кухню, а чтобы она не убежала, спустили с цепи свирепых псов.
На рассвете богач и его жена обтёрли свои лица розовым платком и крепко заснули. Они открыли глаза, когда солнце стояло уже высоко, и, взглянув друг на друга, с рёвом бросились к зеркалу. В зеркале отразились две уродливые волосатые обезьяны.
– Рабыня нас обманула! – завопил богач. – Я разорву её на части! Я брошу её на растерзание псам!
И обе обезьяны понеслись на кухню. Но как только собаки увидели обезьян, они с громким лаем и рычанием накинулись на них. В страхе обезьяны выпрыгнули в окно и перескочили через забор своего дома. Тогда все собаки, что бегали по улице, с лаем погнались за этими обезьянами. Те в ужасе неслись вперёд, ничего не видя перед собой. Уже давно замолк собачий лай, а они всё бежали и бежали, спасаясь от страшной смерти.
Когда, наконец, обезьяны пришли в себя, оказалось, что они в дремучем лесу, среди стаи диких обезьян. Здесь им и пришлось остаться до конца своих дней.
Вы, конечно, спросите: что же случилось с рабыней?
Всё обошлось как нельзя лучше. Девушка вышла замуж за доброго трудолюбивого крестьянина и счастливо жила с ним до глубокой старости.
Сто тысяч стрел
Эту сказку рассказал моему деду столетний воин. Воин же слышал её в детстве от своего прадеда. Вот и посчитайте, как давно всё это было.
А сказка наша о том, как крестьянин спас страну свою от чужеземцев.
Напали на Китай враги. Подошли они к великой реке Янцзы, остановились на берегу и стали готовиться к переправе. Встревожился китайский император, собрал наскоро своих воинов и привёл их на другой берег Янцзы.
Наступила ночь, и китайский император послал в лагерь чужеземцев ловких лазутчиков. Перед рассветом лазутчики вернулись и сказали:
– Не хватило у нас времени пересчитать всех врагов.
Их больше, чем рисовых зёрен в поле. Их больше, чем звёзд на небе в чёрную летнюю ночь. И у каждого иноземца – полный колчан стрел.
Испугался император и спросил:
– Что ещё видели ваши глаза и слышали ваши уши?
– А ещё враги говорили друг другу: «Через четыре дня переплывём Янцзы, перебьём всех китайцев, а императора утопим в реке».
Ещё больше испугался владыка китайцев. А советники его долго совещались и сказали так:
– Не хотят боги удачи китайцам! Раз у врагов столько стрел, надо отступать.
Услышал эти слова старый крестьянин и пришёл к палатке повелителя.
– Что тебе, оборванец? – спрашивает стража.
– Хочу сказать императору, чтобы он не слушал своих советников.
– Кого же императору слушать, если не своих учёных советников?
– Меня, – сказал крестьянин.
– Хэ! Да ты просто сумасшедший! – закричала стража. – Убирайся, пока жив!
Услыхал император шум, вышел из палатки, а за ним – его советники.
Крестьянин низко поклонился:
– Великий и премудрый! Правда ли, что наше войско отступит без боя?
– Правда, – отвечает император. – У китайских солдат не хватает стрел для битвы.
– Прикажи, о сын неба, изготовить стрелы. Разве в Китае перевелись искусные мастера?
Рассердился император и воскликнул:
– Что ты говоришь, вислоухая собака! Никто не может изготовить за три дня сто тысяч стрел.
– Значит, надо победить врага умом, хитростью и смелостью. Разве перевелись в Китае умные, хитрые и смелые воины?
Император отвернулся от придворных и сказал:
– Мои умные и хитрые советники ничего не придумали.
Тогда крестьянин посмотрел на небо, на реку, на ветки деревьев, что слегка колыхались от прибрежного ветра, и молвил:
– Через три дня я положу к вашим ногам сто тысяч стрел.
– Ах ты черепашье яйцо! – вскричал император. – Ладно же, запомни: если через три дня у меня не будет обещанных стрел, я прикажу закопать тебя живым в землю.
– Пусть будет так, – смиренно сказал крестьянин. – А пока прикажите дать мне двадцать лодок, пятьдесят солдат и всю солому, которая есть поблизости.
Засмеялись придворные советники:
– Не думаешь ли ты осчастливить нас соломенными стрелами?!
– Мои стрелы будут не лучше и не хуже стрел противника, – отвечал крестьянин.
Подумал-подумал император и согласился. Дали крестьянину двадцать лодок, пятьдесят солдат и пятнадцать возов соломы. Крестьянин приказал солдатам отвести лодки в тихую заводь, скрытую от глаз врагов высоким густым тростником.