По-прежнему ворча и перебраниваясь, ребята покинули замок. Едва они миновали подъемный мост, позади них раздался оглушительный взрыв смеха; надо думать, ожил граф де Машенбиа, которого колдовское снадобье наконец излечило от меланхолии.
«Хорошо, что я здесь, – размышлял синий пес, поглядывая то на мрачную Пегги, то на Джеффа с Наксосом, которые уже обменивались оплеухами. – Иначе, боюсь, следовало бы ожидать самого худшего».
Бездна-западня
Пегги Сью ужасно тосковала. Девочка никак не могла понять, зачем ее вообще занесло в этот несуразный мир, который ей совершенно не нравился. Что же касается ее спутников, то даже среди мальчишек она в жизни не видела таких бестолковых экземпляров. Тощего верзилу по имени Джефф стоило бы поместить в зоопарк под табличкой: «Образец тупого подростка, типичного для XXI века». А второй, который, надо признать, был довольно симпатичный, все равно выглядел по-дурацки со своими золотыми волосами, которые сверкали, как новогодняя мишура.
«Уж про пса и говорить нечего! – ворчала Пегги про себя. – Как он может расхаживать с шерстью такого идиотского синего цвета? Вот убожество!»
Засунув кулаки в карманы, девочка мрачно шагала во главе маленького отряда, предоставив парням грызться у нее за спиной. Они уже настолько ей надоели, что ей хотелось бросить их здесь и опрометью бежать куда глаза глядят, лишь бы больше не видеть и не слышать.
Никогда еще ей не было так скучно. Ничто ее не привлекало, не пробуждало в ней интереса. Ей хотелось просто лечь и спать, спать целый век или даже два, чтобы не было необходимости тащить свое вялое тело по бесконечным дорогам неведомо куда и зачем. Как Пегги ни старалась, ей так и не удалось придумать, что бы вытащило ее из вязкого болота апатии. Все было безразлично. Ей казалось, что она тащит на своих плечах огромную тяжесть, невидимый груз, который с каждым шагом все глубже вдавливает ее в землю, и наконец она окажется погребенной в нее целиком… с той разницей, что ей не доведется наслаждаться вечным покоем, как тем, кому повезло умереть…
Погруженная в столь мрачные мысли, девочка, сама того не заметив, ступила на дорогу, ведущую к озеру. Внезапно ей вспомнилось, что она собиралась нырять в него, дабы изловить одну из плавающих в нем светящихся медуз. И Пегги Сью поразилась: как только ее могла посетить такая глупая идея? Какое ей дело до гаснущего маяка, до его бледнеющего светоча и до жителей планеты, которые мечутся, чтобы только убежать от мрака и холода? Ее это совершенно не касается, у каждого свои проблемы! Ей сейчас вполне хватает собственных неприятностей.
Пегги села на траву у самого края воды. В любом случае, что одно, что другое, какая разница… Ее нагнали угрюмые Наксос и Джефф. Драться они перестали, но теперь не желали перемолвиться даже словечком и уселись в двадцати метрах друг от друга.
– Послушайте, – принялся терпеливо увещевать их синий пес, – ваше состояние сейчас не нормально. Ваше уныние, которое вас так угнетает, вызвано тем, что графский колдун лишил вас естественной для детей способности радоваться любому пустяку. Будьте терпеливы, желание смеяться и радоваться вернется к вам, но не сразу. Не воспринимайте это как трагедию. Вы просто больны, но со временем болезнь непременно пройдет. В вашем возрасте не бывает ничего неизлечимого. Таково одно из преимуществ юности.
– Хватит читать нам мораль, ты, шавка! – огрызнулся Джефф. – Надоел уже!
Пегги Сью едва прислушивалась к словам своего четвероногого спутника. Она вяло размышляла о том, что если нырнуть в самую толщу мерцающей воды, возможно, это поможет ей встряхнуться и сбросить с себя тоску, которая лишает ее всякой воли. Подойдя к берегу озера, девочка склонилась над его поверхностью. Вода в нем была невероятно чистой и прозрачной, стало ясно, что озеро поистине бездонное.
«Должно быть, там, внизу, очень холодно, – размышляя Пегги Сью. – Но, наверное, забавно было бы поплавать среди мерцающих огоньков…»
Она еще колебалась, не зная, хочется ли ей испытать это на самом деле.
Достав пузырек с волшебными пилюлями, девочка изучила способ их применения, написанный на этикетке, и задумалась: «Полчаса… На полчаса средство обеспечивает защиту от яда медуз и от утопления. Устраняет необходимость всплывать на поверхность для вдоха…» Что ж, тоже способ убить время, ничуть не хуже других. Почему бы не попробовать?
– Эй, – окликнула она мальчиков, – пока вы тут сидите сложа руки, я собираюсь спуститься в озеро и поймать глупую медузу. Мне понадобится какая-нибудь емкость…
Раскрыв рюкзак, Пегги достала из него свою походную фляжку. Ее горлышко показалось Пегги достаточно широким, чтобы в него пролезла медуза размером с ее мизинец.
– Нет! – запротестовал синий пес. – Ты не должна нырять в своем нынешнем состоянии, это неразумно!
– Отстань от меня, ясно? – прошипела девочка, уже стаскивая с себя одежду.
Привязав фляжку себе к поясу при помощи кожаного шнурка, она достала из пузырька одну из волшебных пилюль и проглотила ее.
«Нельзя принимать более одной пилюли в день из-за опасности смертельного отравления, – отметила она, снова пробегая глазами этикетку. – Какая жалость! Если бы можно было выпить разом весь пузырек, я бы провела там, в глубине, несколько часов. Вот, наверное, было бы здорово…»
И, не обращая больше внимания на своих спутников, Пегги Сью прыгнула в озеро.
Ни Джефф, ни Наксос не двинули и пальцем, чтобы ее удержать. Только синий пес побежал вдоль берега, заливаясь отчаянным лаем.
Пегги медленно шла ко дну. Двигаться совершенно не хотелось. В волнах мерцающего света, танцующего в потоках течений, было что-то гипнотизирующее: они заставляли забыть, что вокруг вода, а не воздух.
«Я как будто лечу, – подумал девочка. – Как будто парю на крыльях среди облаков, в лучах восходящего солнца».
Ей было хорошо. Она продолжала погружаться, но это ее ничуть не беспокоило. Вокруг нее плавали медузы, то набирая воду в свои полупрозрачные колокола, то выбрасывая ее. Каждое из сокращений порождало новые волны света. Пегги вдруг осознала, что вот-вот ослепнет.
«Надо было надеть темные очки, – подумала она. – Темные очки для плавания под водой… Чего только не бывает!»
Когда ее ноги коснулись дна, девочка уже забыла, зачем оказалась здесь. Мерцающий танец медуз завораживал; их плавные размеренные движения приковывали к себе взгляд, как вспышки фейерверков или языки пламени. Минуты текли, но Пегги не отдавала себе в том отчета.
Студенистые создания наконец заметили ее присутствие и окружили ее. Некоторые касались ее щупальцами, но даже не пытались ужалить: ее защищало воздействие волшебного снадобья, которое действовало на медуз как отпугивающее средство.
«Беги отсюда! – ворвался вдруг в сознание девочки чей-то пронзительный голос. – Поднимайся на поверхность, пока ты еще окружена защитным ореолом магии, иначе будет слишком поздно. Мы будем вынуждены ужалить тебя… и ты станешь такой же, как мы, пленницей озера».
Пегги расширила глаза от удивления, что оказалась в состоянии улавливать мысленные послания медуз.
«Мне слишком скучно на твердой земле, – ответила она тоже мысленно. – Здесь гораздо интереснее.
– Тогда ты просто идиотка, – отозвалось животное. – Я был таким же, как ты, когда нырнул в озеро. Я только что вышел из замка графа де Машенбиа после того, как провел там всю ночь, хохоча так, что чуть не вывихнул себе челюсть. Я чувствовал себя усталым, все меня раздражало, ничего не хотелось делать… И я попался в ловушку, которую расставил мне камергер. Неужели ты еще не поняла, что именно таким образом граф заселяет озеро? Он снабжает старых, утомленных медуз свежими, сильными подростками, чтобы обновлять свое стадо.
– А зачем?
– Так ведь без нас подземный мир лишится единственного источника света и будет обречен прозябать в потемках. Что ж тут непонятного? Поголовье светочей нужно постоянно обновлять, заменять медуз, умирающих от старости, молодыми особями. Их свет поднимется над водой и отразится от свода пещеры, освещая ее.
– А, теперь понятно… – рассеянно отозвалась Пегги Сью. – Но ведь плавать так занятно, разве нет?
– Ошибаешься, – прошипело прозрачное существо. – Для того, кто был человеком, нет ничего тоскливее, ведь больше здесь нечего делать. От этого становишься злым… Медузы, кружащие вокруг тебя, только и ждут подходящего момента, чтобы ужалить тебя и сделать такой же, как сами. Единственный способ для них отомстить хоть кому-то за свое жалкое существование. Вот почему я советую тебе не терять времени и всплывать. Возвращайся наверх, на вольный воздух, выбирайся на берег и беги прочь от озера, иначе не миновать беды.
– В самом деле? – недоверчиво переспросила Пегги. – И какой же, например?
– Бедная девочка… – вздохнуло прозрачное существо. – Ты сама не понимаешь, что находишься в ненормальном состоянии. Сейчас тебе кажется, что твое будущее тебе безразлично, но это не так. Если тебя ужалят, ты начнешь уменьшаться, превращаясь в крохотную начинающую медузу размером с ноготь твоего большого пальца. Таков закон озера. С годами ты станешь расти и выделять все больше света. Поначалу-то будешь светить не больше, чем карманный фонарик, но твоя световая мощь быстро возрастет…
– Звучит неплохо, – сказала Пегги Сью. – Возможно, мне это понравится.
– Нет, не понравится. Уж поверь мне, я знаю, о чем говорю. Не мешкай, отпущенные тебе минуты уходят. Как только пилюля перестанет действовать, ты обнаружишь, что твоим легким недостает воздуха, чтобы всплыть на поверхность. Тебе нужно начинать подъем прямо сейчас.
– Терпеть не могу, когда меня поучают! – огрызнулась девочка, поворачиваясь к собеседнику спиной. – Думаю, мне стоит поплыть в ту сторону. Пейзаж там выглядит очень симпатично.
– Бедная дурочка! – прозвучал в ее мозгу голос подводного существа. – Ты не понимаешь, что творишь!»
Пегги Сью сделала несколько гребков, чтобы отплыть подальше от докучливого животного. Решила, что опасность все-таки лучше скуки. В глубине души девочка сознавала, что только опасность сможет пробудить от апатии, тяготившей ее с того самого момента, как она покинула замок графа де Машенбиа. Возможно, необходимость бороться за свою жизнь подействует на нее, как электрошок… По крайней мере Пегги на это надеялась.