Про эманации ужаса, страха и отчаяния я и вовсе молчу.
Внизу нас встречал Басир.
— Прости, Михаил, — мрачно произнес гладиатор, кивая на стонущие обрубки, которые ещё недавно были людьми. — Не смогли их просто так оставить.
— Нелюди, которые мучали детей, подростков, — вместо меня ответил телохранитель. — Тебе и твоим воинам не за что извиняться.
— Он прав, — кивнул я, стараясь не смотреть на мычащие истерзанные тела. — Выводите детей. Ждан о них позаботится.
Посчитав, что сказал всё, что нужно, я хотел было двинуться вслед за телохранителем, но не тут-то было.
— Знаешь, — Басир ухватил меня за рукав. — Мы с ребятами все до одного пойдем к Ждану. И дело даже не в твоей угрозе, а просто… просто так будет правильно.
— Спасибо, Басир, — я крепко пожал гладиатору руку. — Этим ребятам понадобится поддержка, и вы действительно сделаете доброе дело.
— Вот и мы так подумали, — Басир шмыгнул носом. — Но для начала пройдемся по остальным особнякам.
— Пройдёмся, — пообещал я, прочитав в глазах воина, что отказа он не примет.
Есть вещи, которые смываются только кровью. И если я запрещу гладиаторам отомстить за увиденное, они не поймут.
Другой вопрос, виноваты ли простые слуги и гвардия рода?
Ни в жизнь не поверю, что они не в курсе, чем занимается их господин. А спокойно себе жить и радоваться жизни, зная, что буквально в шаге от тебя происходят ужасные вещи…
Ну не знаю, на мой взгляд, как-то двулично.
— Рондон?
Не знаю, каким образом я вычленил из стоящего в подвале гула звонкий девичий голосок, но тут же понял — девчушка обращается к бывшему телохранителю Ков’Альдо.
А воин, выхватив маленькую — лет шести — девочку из людского потока, прижал её к себе и быстрым шагом двинулся ко мне.
— Михаил, — произнес он дрогнувшим голосом. — семья… я в долгу перед тобой. Знай это.
В правой руке воин держал меч, левой крепко прижимал к себе девчушку.
В этот момент он так сильно походил на памятник героям-освободителям, что я аж вздрогнул.
— Удачи… Рондон.
— А это кто? — спросило белокурое чудо, показывая на меня пальцем.
— Это человек, которому я должен жизнь, — серьёзно ответил Рондон и, кивнув мне на прощанье, шагнул на лестницу.
Я же, удивляясь про себя наглости Ков’Альдо, принялся помогать гладиаторам.
Мы вывели всех детей наверх под бдительным присмотром воинов и погрузили их в присланные Жданом дилижансы.
И только когда последняя карета исчезла за поворотом, увозя с собой почти сотню мальчишек и девчонок, десяток воинов и огромную кипу деловых бумаг Ков’альдо, я позволил себе перевести дух.
— Пора? — кровожадно уточнил стоящий рядом Басир.
— Пора, — кивнул я, — но для начала дождемся магического прикрытия.
— Долго? — нахмурился гладиатор. — Уже светает.
— Нет, — я покачал головой, смотря на подъезжающую к особняку карету. — Вот они.
Не знаю, видели ли наемные маги целую вереницу дилижансов, укативших в разных направлениях пару минут назад, но обязательно выясню.
Хлопнули дверцы кареты, и из неё выскочила пятёрка подтянутых мужчин, от чьих аур так и веяло мощью.
Последними вылезли курьер и субтильного телосложения мужичок с неприметным лицом и внимательным взглядом.
Судя по ауре, он тоже был одаренным, но точно не боевым магом. Аура была какая-то тусклая. Впрочем, как и он сам.
— Михаил, мы готовы, — заявил командир отряда. — Вот только почему произошел перенос операции со вчерашнего вечера на утро? Лекс отмалчивается.
Курьер молча усмехнулся, но промолчал, я же взял его на заметку.
Отличный парень. Молчаливый, спокойный, Его присутствия даже не замечаешь, но сообщения доставляет со скоростью молнии.
— Планы поменялись, — неопределённо ответил я и благодарно кивнул курьеру.
— Ладно, — маг решил не заморачиваться. — Просьба во время операции называть нас Первый, Второй и так далее.
— Понял, Первый, — я посмотрел на командира магов и кивнул на «тусклого» мужчинку. — Шестой тоже с нами?
— Я не с вами, — вместо мага ответил неприметный тип. — Я бухгалтер.
— Ясно, — я переглянулся с Басиром и приглашающе повел рукой. — особняк в вашем распоряжении, ну а мы…
Я пробежался взглядом по магам, и увиденное мне понравилось — спокойные, собранные, ауры так и пылают от силы.
— Ну а мы выступаем. И готовьтесь, господа, будет жарко.
Глава 27
Я сидел в глубоком кресле и, не моргая, смотрел на танцующий в камине огонь.
Со дня штурма особняков Ков’Альдо прошло три дня, и за все это время я спал максимум шесть часов.
Стычки с магами, сражения с гвардией Саргона, три пункта Чистых и ожесточенное сопротивление слуг — это всё это сейчас казалось цветочками.
К тому же, благодаря снятым с Саргона перстням и медальонам и почти добровольной помощи его двойника, штурм, можно сказать, прошел как по маслу.
К третьему особняку мы даже выработали рабочую инструкцию.
Сначала шла частичная блокировка портальной сети и охранной системы здания, затем я шагал в рамку портала и обеспечивал плацдарм для прибытия магов.
Связь между особняками мы отрубили ещё в самом начале, поэтому сильного сопротивления не встречали.
Я прыгал порталом, разбирался с дежурящим бойцом, дожидался пятёрки магов и парней Басира, и мы шли в бой.
Чаще всего удавалось выбить половину защитников до того, как кто-то из слуг или гвардии поднимал тревогу.
Но пару раз нам пришлось несладко.
Ни Чистые, ни гвардия, ни даже слуги не пылали желанием сдаваться и бились до конца.
В одном из особняков мы нашли лабораторию, в которой из распятых на столах подростков медленно выкачивали кровь.
В другом забитую золотыми слитками сокровищницу.
В третьем, целый отряд не то оборотней, не то гомункулов.
Эти твари оказались быстрее и сильнее обычного человека, а ещё с легкостью выдерживали несколько магических атак.
Для Первого и его отряда это стало сюрпризом, после которого их количество сократилось почти вдвое. Одного мага гомункулы порвали насмерть, другой потерял руку и вынужден был отступить.
Что касается гладиаторов, то ребята Басира с трудом, но справлялись с тварями один на один, но в свалке только и могли, что держать оборону в дверных проемах.
Под конец они просто не давали монстрам зайти с тылов и, раздобыв копья, забаррикадировались вместе с магами в гостиной.
Продвижение замедлилось, но тварям было плевать, кого убивать, и они зачистили особняк вместо нас.
Оставлять три десятка непонятных монстров, которые рано или поздно выберутся из дома и попадут на улицы Цитадели мне не позволила совесть, поэтому пришлось браться за клинок.
Их светящиеся зеленым когти и острые, как кинжалы, зубы сильно напрягали, поэтому пришлось призвать УГ и покрошить монстров двуручными мечами.
Что маги, что гладиаторы очень желали встретиться с тем, кто выпустил этих тварей, но увы, когда мы добрались до подвала, нашли только окровавленное пятно с парой клочков одежды.
Уж не знаю с какой целью выращивали этих монстров, но любовью к своим хозяевам они точно не отличались.
Так день и тянулся. Сталь, кровь и дикое выгорание…
Зато под конец мы так навострились, что последний особняк взяли буквально за десять минут.
А потом целый день вывозили ценности.
Прибывший с магами бухгалтер взял откуда-то подробную опись и спрашивал за каждый пункт.
Сначала в грузчиков превратились Ассир со своими ребятами, а потом и мы с парнями Басира. Хорошо хоть таскать хабар было недалеко — до портала.
Уж не знаю, каким образом бухгалтер раздобыл список локаций портальной сети Ков’Альдо, но это было очень удобно.
Нам только и оставалось, что закидывать награбленное в портал, а дежурившие на той стороне молчаливые крепкие ребята споро разбирали наши «посылки».
Присланный Килибом бухгалтер не распространялся, кто нам помогает, а я предпочитал держать свои догадки при себе.
На мой взгляд, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы рассмотреть уши Килиба, торчащие за этой операцией. А точнее Академии, которую здоровяк представлял.
В итоге, вышла следующая пропорция:
Сутки мы сражались, сутки вытаскивали хабар и сутки заметали следы.
Точнее следы заметали маги и гладиаторы, ну а мы с пацанами участвовали в бесконечных переговорах с бухгалтером.
Для этого он даже снял роскошный десятиместный люкс в нашей гостинице.
— Михаил, ну ты же понимаешь…
— Михаил, все очень сложно…
— Михаил, если Ков’Альдо узнает кто уничтожил боковую ветвь его клана…
— Михаил, десять процентов — это очень хорошая цена…
— Михаил, здесь затронуты интересы Цитадели…
— Михаил, если ты хочешь сразу на второй курс…
Я был зол, вымотан и хотел очень спать, поэтому беседы не клеились. А ещё мне дико не нравилось, что меня опять использовали в темную.
Странные чувства — с одной стороны, восхищение тем, кто моими руками разобрался с раковой опухолью Цитадели, с другой — желание свернуть этому умнику шею.
Выступать и качать права я посчитал ниже своего достоинства, зато отыгрался на золоте.
Начальный процент удалось повысить аж в пять раз! С пяти до двадцати пяти процентов.
Дальше было опасно — я прекрасно считывал эмоции, и видел, что бухгалтер уже на грани.
Да и деньги мне, честно говоря, были не нужны — строить город или набирать свою частную армию я не собирался. Поэтому торговался исключительно из вредности.
Ну и чтобы помотать бухгалтеру нервы.
Зато какой бесценный был у него взгляд, когда после окончания торгов я попросил перевести свою долю на счета Ждана!
Вот, ей-Богу, целый день, убитый на поболтушки, того стоил!
Пожалуй, больше бухгалтера был удивлен только сам Ждан.
— Михаил… Это же… Ты понимаешь… Огромные деньги…
— Ждан, — в тот момент я посмотрел купцу прямо в глаза. — Ты знаешь, что делать с деньгами. Помоги каждому из ребятишек найти в этой жизни свое предназначение. Подари им детство, которого у них не было.