— Пусть будет пока, — усмехнулся колдун, — чтобы духи не совались, куда не надо.
Они снова отправились в путь по сплетению подземных ходов. То поднимались вверх, то спускались вниз, то сворачивали куда-то. Господин Синь уже со счета сбился, столько раз и куда. Оставалось надеяться, что они не ходят под землей кругами.
Не единожды мелькали перед ними темные размытые силуэты и слышалось мерзкое урчание, переходящее в визгливые смешки.
— Пошли вон! — говорил тогда варвар раздраженно — и тени убирались восвояси.
Однажды только он нахмурился, остановился, начертил кровью на их ладонях защитные знаки и долго вслушивался в в тишину. Но, кажется, обошлось.
— Или мне отказывает чутье, или где-то рядом вода, — объявил Рэн.
Они прошли еще несколько ли и стало понятно, что он прав — сначала воздух стал влажным, потом посвежел, а потом они выбрались к подземной речушке шириной всего в несколько чи, зато бурной и своенравной и дальше уже шли по ее течению, пока, наконец, не выбрались наружу из своей горной темницы.
— Ух… неожиданно, — заключил Синь, разглядывая окрестности.
Вышли они, кажется, по другую сторону гор. А горная речушка, уходя вдаль извилистой узкой лентой, росла, ширилась, огибала горную гряду, превращаясь в полноводную, уже знакомую им реку.
— А теперь разворачиваемся и идем обратно, — подытожил Рэн. — Исток уже близко.
Это «близко» растянулось, должно быть, на половину дня. Речушка уже почти превратилась в ручей, а начало ее все не находилось. А когда они все же добрались до него, уставшие, истершие ноги об острые камни, то в недоумении переглянулись.
В центре небольшой пещеры находился небольшой круглый колодец, и оттуда бил, рассыпаясь в воздухе градом тяжелых капель, тот самый Источник. Рядом с колодцем лежала толстая витая веревка.
— Кому-то придется лезть вниз, — озвучил очевидное варвар. — И этот кто-то — ты.
Синь только кивнул: широкоплечий варвар рисковал в колодце и застрять, да и поднимать его будет сложно.
— А потом что, за добычу сражаться друг с другом будем? — спросил он безо всякого интереса, скидывая на землю пояс и длинные одежды — от них, мокрых, внизу никакой пользы, только лишняя тяжесть.
— Можем, конечно, и посражаться, — ухмыльнулся Рэн. — Но думается, не до того нам обоим будет. — Да и меня интересует одна-единственная табличка — Открытие. Любую другую можешь оставить себе. Ну как, договорились?
Он обвязался веревкой вокруг пояса. Другой конец варвар закрепил, обмотав вокруг колодца.
— Дернешь один раз за веревку — спускаю ее дальше, два раза — значит, ты уже внизу, три — тащу тебя обратно, — наставлял варвар, когда он уже стоял у самого края колодца, чувствуя босыми ногами холод водяных брызг. — Ну что, готов?
— Да.
Колдун привычно полоснул себя по запястью, и, пробормотав себе под нос заклинание, прикоснулся окровавленной рукой к водному столбу. Тот слизнул принесенную дань и тут же опал, притих…
Целитель сел на край колодца и осторожно спрыгнул вниз, стараясь найти хоть какую-то опору ногам в склизких его стенах.
Ниже-ниже, еще ниже… и еще. Вода уже снова заклокотала внизу, а колодец все не кончался. Когда поднимающаяся холодная вода коснулась его ступней, он набрал в грудь побольше воздуха и приготовился к худшему.
Его слегка подбросило вверх, снова стало так холодно, что он ощутил вдруг каждую кость в своем теле, а потом поток замедлился, словно он не в источник спустился, а в глубину недвижного озера. Синь открыл глаза — и от неожиданности едва не лишил себя скудного запаса воздуха: на него в упор смотрело странное существо, похожее одновременно на черного, с красными усами, дракона и на бородавчатую жабу. Существо ухмыльнулось, вильнуло длинным плавником и подпихнуло к нему черный, знакомый уже мешок. Синь, стараясь не смотреть на это жутковатое создание, сунул в мешок руку, схватил почти негнущимися от холода пальцами первый попавшийся слиток и три раза дернул за веревку. Его тут же потащило вверх.
Водный дух плеснул хвостом на прощание — и был таков.
Когда целитель, замерзший, наглотавшийся воды, наконец-то вылез из колодца, смог только кивнуть в благодарность за наброшенные ему на плечи одежды. Рэн, выбившийся из сил, со стертыми едва не до мяса ладонями, почти рухнул рядом.
Какой там сражаться, они и пнуть друг дружку сейчас вряд ли смогли бы.
— Как улов? — поинтересовался колдун, едва отдышавшись.
Только тогда он заставил себя разжать пальцы. Оба они разглядывали какое-то время не слишком хитрый, в семь черт всего, иероглиф. «Тайник».
Вспомнились зеленые, слегка облезлые деревянные врата. Интересно, что за ними скрывается?
— Хм… Тайник, Врата Иллюзий, — произнес Рэн тихо. — Им соответствует триграмма «Сюнь», а ее суть — ветер, гуляющий в кронах деревьев. Собирают все знания и держат их в тайне. Хороши, чтобы прятаться, затаиться и не привлекать к себе внимания.
— Мне подходит, — кивнул целитель, снова сжимая табличку. — Только я подожду немного. Хочу удостовериться, что один человек благополучно выбрал свою дорогу.
— Хм, «один человек»… как хитро ты назвал красотку Дин, — ухмыльнулся варвар и довольно рассмеялся, разглядев смущение на лице целителя.
— Ни капли в тебе деликатности, — буркнул Синь.
— Да откуда ей взяться? — расхохотался нахал. — Тем более в присутствии этой девы ты сразу начинаешь вздыхать, как тот речной дух, что впервые увидел море.
И этот смех стал последним, что услышал целитель перед тем, как выплеснувшаяся из колодца Тьма обступила их, закрыв своим плотным черным одеялом уши и глаза, оторвала от земли — и истаяла, оставив их посреди уже знакомого им зала.
Глава 1.18Госпожа Дзи
Когда прямо перед ней распахнула свою пасть черная пропасть и начала расползаться, словно дыра на прогнившем от времени шелке, госпожа Дзи еле успела вскочить и отбежать в сторону, хотя и понимала, что это совершенно бесполезно. Мощный водный поток, показавшийся ей темно-золотым, зловещим, вырвался оттуда, обдавая лютым, мгновенно пробирающим до самого нутра холодом и захлестнул ее тугой, с ног сбивающей петлей. Тело одеревенело, будто в лед вмерзло, дыхание инеем застряло в груди. А вместо страха навалилась вдруг смертельная усталость.
«Как? Опять?» — обреченно подумала она, и когда милосердная Тьма окутала ее, даже не подумала сопротивляться.
Она пришла в себя от того, что кто-то чувствительно похлопывал ее по щекам.
Госпожа сначала лишь поморщилась и мотнула головой. Похлопывания тут же стали сильнее. Тогда она рассердилась и открыла глаза, собираясь хорошенько выбранить прислужников за непростительную грубость. Но рот ее тут же накрыла жесткая рука. Тот же, кому она принадлежала, смотрел настороженно, приложив палец другой к своим губам и делая ей знак молчать.
Она сразу передумала кричать: господин Гэн — не тот человек, который стал бы шутить подобным образом, а значит, стоит к нему прислушаться. Она коротко кивнула, показывая, что все поняла.
Вспомнилась стремительно уносящая ее с собой вода Желтого источника. Даже голова закружилась.
Госпожа Дзи поборола накатившую так некстати слабость и огляделась.
Небольшой зал. Светлый и не столь пышный, как уже ставшие привычными покои во Дворце Владыки. Двери прикрыты неплотно, и слышно, как мимо них ходят туда-сюда люди и кто-то кого-то отчитывает. Полупрозрачная — резное дерево и бумага — ширма, за ней и ребенок не спрячется. А дальше — еще одни двери, открытые нараспашку. И голоса. В любое мгновение сюда может войти кто угодно.
— Где мы? — беззвучно, одними губами спросила она, перехватив взгляд господина Гэн. Тот лишь качнул головой и протянул ей руку, предлагая на нее опереться. Она так и сделала, лишь отметила про себя, как по-разному люди делают одно и то же: тот самый жест, который в исполнении господина Синь казался чутким предложением помощи, сейчас куда больше походил на приказ.
Она встала. Рука ее нашла веер, и его тяжесть придала ей спокойствия.
Как странно: она была уверена, что снова очутится на берегу реки или моря. Хотя когда это великий Янь-ван делал то, что от него ожидают?
Она снова обвела глазами зал — укрыться им здесь совершенно негде, а выяснить, куда они попали, очень желательно.
Стараясь двигаться как можно бесшумнее, она подошла ближе к дверям, так, чтобы лучше слышать голоса, доносящиеся из-за них.
«…уже все это закончилось, жизни никакой ни господину, ни нам…» — «Вторую ночь не спал, с ног валюсь»… «Кода, наконец, проверяющий прибудет от вана?» — «Да вот через день-два должен быть» — «Скорей бы»…
Послышались шаги — тяжелые и, самое неприятное, настойчиво приближающиеся к двери.
Господин Гэн тут же сделал ей знак отступить ему за спину. Госпожа Дзи покрепче ухватила веер и встала за его плечом.
Двери открылись, и в зал вошел мужчина в облачении стражника с двумя сопровождающими. Увидев незнакомцев, все трое словно в пол вросли, а руки их тут же потянулись к рукоятям висящих на боку мечей.
Господин Гэн не стал дожидаться, когда стражи начнут задавать неудобные вопросы и перешел в наступление.
— Наконец-то — холодно, с недовольством важного человека, вынужденного возиться с куриными перьями да чесночной кожурой спросил он.
— Мой господин не привык тратить свое время зря, — поддержала его госпожа Дзи: свое положение тоже следовало определить вполне четко. — Разве вам не сообщили о его приезде?
Стражники переглянулись с недоумением, на лбу старшего из них отразилась тяжелая работа мысли. Один из сопровождающих осторожно приблизился к своему начальнику, шепнул ему что-то и тут же отошел. Лицо последнего прояснилось.
— Должно быть, вы и есть господин проверяющий, — произнес он. — Старший господин Линь Шу очень ждет вас. Правда, мы думали, вы прибудете несколько позже…
Господин Гэн одним взглядом да презрительно искривленной линией губ дал понять, что думает о людях, не умеющих как следует принять высоких гостей.