Луна вздрогнула, когда я ласково позвал ее по имени. Я тепло улыбнулся навстречу вопрошающему взгляду. По виткам рога аликорна скользнула магия, уже не робкая искорка, а переливающаяся зелено-голубая мощная струя эфемерной энергии.
Движением головы Луна отбросила укрывающее меня одеяло и расколдовала магический кокон. Я хотел сесть и обнять принцессу, но боль, внезапно прокатившая обжигающей волной вдоль позвоночника, заставила меня рухнуть в постель. Всю спину вдруг свело, взбесившие мышцы выгибали тело дугой.
- Что с тобой? - Со страхом прошептала Луна.
- Все ломит… - Застонал я, тяжело дыша. Что ж со мной произошло, чтоб аж так в хлам сломаться?
Хрипя, я с трудом распрямился, практически силой выламывая тело, заставляя его лечь ровно. Спина горит, будто мышцы превратились в слитки раскаленного металла.
- Лайри, мне очень больно и страшно оттого, что я не знаю, чем тебе помочь! Прости меня.
Печально склонив голову, Луна всхлипнула, по ее щекам скатились кристально чистые слезы.
Улыбнувшись, я хотел утешить Луну, мол, бывало и похуже. И заорал от боли - слезы аликорна, упавшие на грудь, обжигали как расплавленный свинец. Но через миг боль сменилась ласковой прохладой, заставляющей меня замереть, настороженно прислушиваясь к ощущению растекающейся по телу исцеляющей магии.
- Ох, как же я не догадлива. - Вздохнула Луна, и было непонятно, огорчена она этим или обрадована внезапной идеей. - Лайри, потерпи еще немного.
А что мне остается, кроме как слепо верить той, кто пытается помочь? Все одно я тут на положении сбитого машиной кота в ветклинике.
Аликорн осторожно подхватила меня телекинезом, перевернула спиной вверх. И вновь «свинец» пролился на затылок, шею, спину. И с каждой каплей мне становилось легче: прояснился разум, растворялась боль, утихали спазмы. Я смог дышать свободно, не борясь за каждый вдох. Подушка, в которую я уткнулся лицом, заглушала стоны.
Эта странная «слезотерапия» длилась минут пять - Луна делала небольшие перерывы, позволяя магии полностью влиться в меня.
И вот я уложен на спину. Положив копыто мне на грудь, Луна пытливо всматривается в глаза:
- Тебе теперь лучше? - Выдохнула она.
Накопытник приятно холодит кожу, привнося чуть больше порядка в несвязный хор мыслей. Я помедлил с ответом, пытаясь решить для себя, как относиться к Луне? Еще вчера она готова была походя убить меня взглядом, и вдруг сейчас заботливо лечит. Или сначала вылечит, а затем вызовет на бой? Что вообще она задумала? На Земле возможности аликорна были крайне ограничены, это позволяло мне довольно легко манипулировать гостьей, в некоторой мере предугадывать ее намерения и сглаживать спорные ситуации. Пока сумасшествие Луны не раскрылось во всей своей ужасающей красе.
А нынче, когда Луна полноправная хозяйка у себя дома, и я всецело в ее власти - как она будет ко мне относиться? Исцеление, конечно, хорошо, но пока что это доброе действо больше настораживает, чем радует. Эх, ладно, попытаюсь воспользоваться хорошим настроением принцессы и выяснить, что ждет меня в ближайшем будущем.
- Да, спасибо, лучше. Состояние полуразобранное, но живой.
- Полу… Эм-м?..
Луна «зависла», трогательно приоткрыв рот. Уже за одну эту вопросительную полуулыбку ей можно было простить сотню непоняток и начать объяснять все сначала в сто первый раз.
- Ну, впечатление, что я развалился на кучу частей, и собрали меня не совсем правильно.
- Если даже в таком состоянии ты способен шутить - все не так уж и плохо.
- Да? А может быть, шутки это попытка спасти психику от развала.
Я с трудом поднял тяжелую руку - аликорн поддержала ее телекинезом и прильнула щекой к дрожащим пальцам. Ч-что?.. Уже не в силах выражать эмоции, просто молча осматриваю руку, покрытую крупными черными пятнами, словно узор на шкуре гепарда. Откуда это? Принцесса еще и разукрасила меня в соответствии с тотемом? Ну, млях-х…
Нежно почесав щеку Луны, скользнул ладонью по ее шее и осторожно запустил пальцы в гриву - чуть прохладное магическое течение ощутимо покалывало.
- Луна…
Магия невесомой мерцающей слезой упала с рога на мои губы, скрепив их. Прикрыв глаза, Луна грустно качнула головой:
- Не говори, что я красива. Слишком жестокой ценой далась мне эта красота.
Я кивнул и аликорн погасила магию.
- Как ты, Луна?
На глаза Луны навернулись слезы.
- Я насмерть уставшая. - Вздохнула она с печальной улыбкой. - И вся испереживалась за тебя и сестру.
Селестию? А что?.. Впрочем, чрезмерная слабость не позволяла нормально мыслить.
- Твоя улыбка... - Я прищурился, чувствуя промелькнувший в подсознании странный отголосок ненависти и снова ласково поскреб щеку Луны. - Луч света в моей жизни.
Глаза любимой удивленно расширились.
- Ты помнишь что-то еще? - Шепнула она, склонившись надо мной и укладывая руку на грудь.
Я посмотрел мимо Луны, на «летящего» по потолку пегаса.
Удары, звон металла, сполохи, вспышки. И странное чувство непрекращающегося полета-падения, я то падаю к самой земле, то безвольно взмываю к звездам, будто подхваченный ураганом увядший осенний лист. И откуда эта накатывающая волна ненависти к синей крылатой пони? Я ведь люблю ее. Или любил?..
Единственное, что я уверенно помню - страстный поцелуй Луны, рассеивающий туман одержимости. Даже умирая, она стремилась спасти меня.
- Да. Но пока не хочу думать об этом. Скажи только, зачем ты притащила меня в Эквестрию?
Если бы чувства и эмоции можно было измерять неким «эмометром», этот прибор уже зашкалил и расплавился бы. Удивление и недоумение в округлившихся глазах Луны достигли поистине галактических масштабов и где-то глубоко на дне звездной бесконечности затаилась обида за необоснованно приписанные грехи.
- Лайри... - Луна аж запнулась. - Неужели ты... Ты думаешь, что я «притащила» тебя в Эквестрию, не обсудив этот шаг с тобой, не спрашивая твоего мнения и согласия, а просто потому что я так захотела, украсть у тебя родной мир? Сделать тебя своей игрушкой, как когда-то была игрушкой в злых руках я сама? Это сколь низко я должна пасть?..
Всхлипнув, она обиженно опустила уши и закрыла морду ногой.
В сердце остро кольнуло чувство жалости, но я продолжил гнуть свое.
- Браво! Я очнулся в незнакомом доме, на роскошной лежке, за окном явно не зима, рядом дежурит большеглазая коричневая лошадка весьма умилительного вида, а ты без усилий пользуешься магией. По всему этому уже можно понять, что я в Эквестрии, но я не помню, как здесь очутился. И что я должен подумать, р-р-рм-м?
Финальный рык получился чуть свирепым. Может все же не стоило так накидываться на принцессу? Тем более, вид у нее действительно замученный и я не знаю всех причин.
Аликорн медленно убрала ногу с морды. Ну, я готов. Давай, выскажи мне пару ласковых фраз и брось тут.
- Узнаю любимого кошака. - Усмехнулась Луна. - На твоем месте я б валялась пластом без сил. А ты еще и рычишь.
Бережно подняв мою руку, Луна уткнулась носом в ладонь.
- Я тебе все объясню. Но, умоляю, не сейчас. - Вздохнула пони, глядя на меня поверх пальцев. В ее глазах застыла боль, сдерживаемая на грани титаническим усилием воли. - Я и так с ума схожу, волнуясь за вас с Селестией, а если начну пересказывать, что случилось - я не выдержу. Ты уже знаешь, где находишься и давай пока на этом успокоимся. Ты в надежных копытах и любящих крыльях, доверься мне, как я доверяла тебе, живя в твоем мире.
Я согласно кивнул, лаская пальцами нос Луны. Взгляд ее потеплел и на морде разгладились морщины.
- Ты можешь встать? - Спросила она.
Попытавшись подняться с кровати, я чуть не упал.
- Обопрись на меня. - Луна протянула крыло.
Мне не хотелось пользоваться аликорном в качестве костыля, но принцесса сама решила спорный вопрос, телекинезом прижав руку к своей спине, этим вынуждая меня смириться. И так мы перешли из спальни в недлинный коридор, ведущий куда-то вглубь строения.
- Полагаю, сначала тебе стоит зайти сюда. - Указала Луна на одну из дверей.
Небольшая светлая комната, шкафчик, зеркало, вполне обычная раковина.
- Здесь туалет. - Пояснила хозяйка. - Я подожду, но если нужна будет помощь, зови.
- Хорошо.
Осторожно выскользнув из-под руки, любимая скрылась за дверью.
Обстановка, рассчитанная на поняшек, низковата для меня. Подойдя к зеркалу, я опустился на колени и пристально всмотрелся в свое отражение. Что ж, вид вполне предсказуемый: тяжелый, усталый взгляд, черты лица словно высечены из твердого дерева искусным резчиком. Но появилось и новое.
Наклонившись вплотную к стеклу, я провел пальцами по «слезным полосам», тянущимся от глаз до уголков рта. Полосы эти больше не выглядели татуировкой, они смотрелись идеально, словно были со мной от рождения. Волосы на голове остались темно-русыми, но усы и борода поседели. У глаз, ранее серых, появился желтоватый оттенок. Мочка носа обрела черный цвет, возникли новые полоски, косо идущие от наружных уголков глаз к вискам, и несколько пятнышек, расположенных «клинышком» на лбу. Округлые пятна украшают шею, плечи, руки, а повернувшись к зеркалу боком, я убедился, что в пятнах также вся спина, бока, зад и ноги с внешней стороны. Ногти слегка удлинились и больше походили на когти.
Чувства я испытываю смешанные: удовольствие от самолюбования, настороженность и недоумение. Не спорю, выгляжу я красиво, необычно, мне даже нравится, но когда, как, и главное, ради чего Луна этак запятнала меня? Очень хочется выпытать у нее истину, однако, вспомнив просьбу принцессы и ее глаза с затаенной болью, убираю свои хотелки подальше. В любом случае, мое любопытство не стоит того, чтоб растравлять душу Луны.
Осматриваясь в поисках упомянутого туалета и не видя унитаза, усмехаюсь, вспоминая, как учил аликорна пользоваться нехитрым предметом обихода. Видать, теперь предстоит учиться мне.
Заместо «толчка» тут красиво оформленное продолговатое сливное отверстие в полу. Конечно, зачем пони садиться, если они ходят на четырех? Возле слива я немного подумал, как удобнее устроиться и сначала снова встал на колени. Но поясницу резануло словно катаной, я тихо застонал и, опустившись на четвереньки, попытался предельно расслабиться в этой непривычной позе.