Не сдерживая рыданий, аликорн упала, уткнувшись мордой в мой живот. Грива, парящая в мерцающем потоке магии, вдруг угасла, и пряди бессильно разметались по плечам и крыльям стенающей кобылицы.
- Лайри, почему ты так жесток ко мне?! Зачем влюбил меня? Для чего открыл мне сердце, чтоб я страдала без тебя? Не лучше ль было мне оставаться нелюбимой и одинокой, нежели вечно мучиться от разъедающего душу яда утраты? - Простонала Луна, обливаясь слезами.
- Нет, не лучше. Но сможешь ли ты услышать меня сейчас?
- Говори, пока я не начала ненавидеть тебя. - Пони привстала, глядя в лицо. Ее глаза мерцали малахитовым отсветом. Мне хотелось вытереть заплаканную морду, но я чувствовал, что любимая на грани, и может сорваться от малейшего неосторожного жеста. А учитывая возможности принцессы, под угрозой была не только лишь моя жизнь.
- Твой мир. Твоя война. Если б ты не полюбила меня, ты не смогла бы спасти Эквестрию. И себя. Селестию. Все то, что дорого тебе.
Я медленно развел руки, «охватывая» весь этот чудный мир пони, для которого едва не настал конец света. Луна замерла словно в трансе, я слышал ее напряженное дыхание.
- Любовь - это сила, неподвластная кошмарам. Именно любовь помогла тебе победить. Без любви ты сама превратилась бы в кошмар для других.
- Ответь, зачем ты сделал это все со мной? - Тихо спросила Луна. Она словно колебалась, медля с нанесением смертельного удара.
Я взмок. Если волшебная лошадь «слетит с катушек» - водородная «Царь-бомба» будет детской хлопушкой в сравнении с бесконтрольной яростью темного аликорна.
- Я дарил тебе любовь. Я возвращал тебя к жизни. Я показывал тебе, что любить, быть любимой - безопасно. Что не надо ожидать предательства и лжи. Если б я не увлекся тобой, а только строго следовал поручению Селестии, то есть всего лишь равнодушно кормил тебя и купал - то я даже не представляю, в какое уродство срослась бы твоя искалеченная психика. Ты не сама восстановилась в своем образе. Я практически заново «слепил» тебя, сформировал, вытащив из мрака и грязи, окружив заботой и лаской. Я хотел, чтобы ты вернулась домой с чистой душой и открытым сердцем, светлой и любящей, а не загнанной, одинокой, никому не нужной, и озлобленной на весь мир. Прости, Луна, но я сделал все так, как считал нужным.
Изредка подергивая ухом, Луна задумчиво склонила голову. Я чувствовал себя сапером, пытающимся обезвредить мину с малопонятным механизмом, и надеялся, что все слова-«ключи» подойдут к едва ожившей душе Луны, залечат ее раны.
- Все так. - Жалобно всхлипнула принцесса, поднимая взгляд. - Но мне-то что с тобой делать? Как?
Я осторожно потянулся рукой к ее морде. Луна замерла, снедаемая противоречиями. Мы оба боялись разбить кристально-хрупкое равновесие. Ладонью чувствуя теплое дыхание, я закрыл глаза и медленно отвернулся, предоставляя аликорну самой сделать выбор.
Луна тихо коснулась носом ладони - я легонько поскреб нос. Пони ткнулась настойчивее, желая привлечь внимание. Взглянув на любимую, я увидел, что по щекам ее струятся слезы. Рог Луны замерцал, и я ощутил толчок магии в спину. Аликорн привлекла меня к себе телекинезом и нежно обняла, ее теплый голос тронул слух:
- Мне очень не нравится то, что ты сказал. Но я признаю - ты прав. И не стану уговаривать тебя остаться, или удерживать против твоей воли, ибо это будет столь же жестоко, как если б ты силой заставил меня жить с тобой в мире Земли. Но все же знай: если когда-либо захочешь вернуться, я с радостью приму тебя.
Обошлось. Я вздохнул с облегчением, поглаживая спину Луны. Магия возвращалась и в гриву, оживающие пряди мерцали текучими переливами света.
- Я с самого начала знала, что если вернусь на родину, нам уготовано расставание. Но за это время я полюбила тебя, Лайри, и в глубине души на что-то надеялась. А сейчас я могла возненавидеть тебя всего лишь за сказанную в глаза суровую правду, которую не желала слышать. Это очень глупо. И очень хорошо, что ты убедил меня.
Принцесса разомкнула объятия, позволяя мне отодвинуться, затем взглянула в сторону комода - послушный движению магии, оттуда вылетел носовой платок. Улучив момент, я выхватил платок из голубенького облачка телекинеза, так что оно по инерции пролетело дальше, прежде чем потухнуть. Я заботливо вытер слезы с Луниной морды, отчего аликорн смущенно улыбнулась.
- Как же без тебя я проживу, если лучший ты на свете? - Нараспев прошептала Луна.
- Луна…
Она взглянула вопрошающе.
- Запомни все то хорошее, что ты пережила у меня. Запомни, каким я был все эти дни. Сохрани этот образ в душе. - Тут я нежно прижал ладонь к груди любимой. - И я навсегда останусь с тобой.
Вздохнув, Луна отвела взгляд и удержала руку на груди.
- Не знаю, смогу ли я быть счастливой без тебя.
- Сможешь. Это лишь вначале кажется, что без кого-то быть счастливой нельзя. Главное, суметь отпустить то, что удержать невозможно. Послушай притчу, в чем разница между любовью и желанием.
Луна заинтересованно шевельнула ухом.
- Ты желаешь обладать редкой птицей, для чего ловишь ее, сажаешь в клетку, кормишь. Это - желание.
Полуутвердительный выдох: «А любовь?»
- Ты появляешься время от времени в месте обитания редкой птицы, не пугаешь, кормишь, не пытаешься удержать, и она сама прилетает на твои руки. Это - любовь.
Встрепенувшись, аликорн вновь поднимает взгляд сияющих галактикой глаз. Ладонью, прижатой к груди Луны, я чувствую, что сердце ее успокаивается.
- И значит?..
- Я люблю тебя. И не стремлюсь обладать тобой. Я хочу, чтоб ты была свободна в выборе своего пути. У тебя нет передо мной никаких обязательств.
Мягкая задумчивая улыбка.
- Послушай, а если я официально сложу с себя полномочия принцессы и добровольно последую за тобой на Землю - ты согласишься на такой мой выбор?
- Конечно, нет! - Я аж вскинулся. - Я не смогу обеспечить тебе полноценную и безопасную жизнь. Ты знаешь нравы людей, ты знаешь их отношение к животным. Нас там обоих прибьют через пару месяцев. Или узнают, что ты разумная, и разберут тебя по косточкам, чтоб выпытать все об Эквестрии и порталах. Так ч…
- Лайри-и-и…
Улыбаясь, Луна легонько постучала копытом по моей груди.
- Не распаляйся, я же просто спросила. Да, я знаю, и понимаю, что на Земле мне не место.
- Ну, а что ж тогда спрашивать?
- Так я у тебя и научилась задавать вопросы «в обратную сторону». Ты меня не раз подобным вгонял в ступор и панику. Я понимаю твой выбор, что нам не быть вместе, и хоть не одобряю его, но спорить не буду.
Я постарался выдохнуть как можно спокойнее, желая скрыть облегчение.
Вызвав горничную, Луна попросила принести средних размеров крепкую сумку. Интересно, что такое средний размер в понимании поней?
- Лайри, скажи, есть у тебя какое-либо желание, что я могла бы выполнить?
«Отлей мне бокал своей крови, ага!»
Вскочив, я ухватил Луну за уши и легонько потряс.
- Луняша! Никогда, слышишь, никому никогда не задавай подобного вопроса! А то щас ка-а-ак пожелаю!
Она смеется, смотрит ясным лучистым взором и вовсе не пытается высвободиться.
- И все же? Я знаю, ты не пожелаешь чего-то порочащего или унизительного. Ты ценишь слова и дела.
- Есть…
Я с нежной страстью целую любимые губы.
- Давай выйдем на балкон и полюбуемся наступающей ночью, пока у нас есть такая возможность.
В дверь постучали - служанка принесла сумку. Туда вполне влезали подарки для взломщика-спасателя и оставалось место золоту.
У нашей комнаты балкона не было, мы через руно-порт перешли в комнату Селестии. Хозяйка отсутствовала. Похитив подушки с кровати, мы уселись на балконе и в обоюдной нирване наслаждались видом Солнца, скрывающегося за горизонтом.
- Вот и закончена еще одна наша общая страница жизни. - Приобняв любимую, я ласково потеребил перья на плече.
- Хм-м? - Луна обернулась ко мне, наверное, недопоняв.
- Жизнь каждого из нас подобна книге. Большинство книг не отличаются - их сюжет однообразен, туп и уныл. Кому-то удается написать яркую и увлекательную книгу, преисполненную красок и чувств. Но у каждой книги есть конец. Иногда он логичен и последователен, а иногда книга обрывается внезапно, оставаясь недописанной. Бывает и так, что тянуть сюжет - у героя нет сил, и он сам закрывает книгу жизни.
Характерный сполох магии за нашими спинами, тихие шаги.
- Я не помешаю вам?
- Нет. - Отвечает Луна.
Селестия садится с нами, ее крыло ложится на крыло Луны, обнимающей мою спину.
- Я опустила Солнце сама. Штерн отметил, что отклонений магического плана не было. Счетчик Битюгейгера показал нормальный уровень Селестиации - три банана.
Луна на миг напряглась.
- Я запамятовала, что этим следовало заняться мне.
- Все хорошо, Лу. Сейчас ты можешь поднять луну.
Ночная принцесса молча направляет звездную магию в небо.
- Луна, спасибо, что ты появилась в моей жизни, пусть и столь внезапно. И вписала несколько прекрасных страниц, наполненных чудом любви.
Мы сидим на балконе, любуясь пейзажем - отсюда открывается изумительный вид.
Я обнимаю за бока воссоединившихся сестер-правительниц.
- Ваш волшебный мир восхитителен. Пожалуйста, сделайте все возможное, чтобы сюда никогда не попадали люди.
Аликорны, переглянувшись, молча склоняют головы в знак согласия.
Селестия поднимается, явно нехотя.
- Пора, пожалуй.
Мы возвращаемся в комнату. На столе - весьма внушительная сумка, кило этак на двадцать.
- Лайри, я распорядилась собрать для тебя немного вкусняшек.
Улыбнувшись, Тия указывает крылом на сумку. Мы с Луной, предварительно офигев, заглядываем туда. Навстречу в наши носы устремляется сладкий дух выпечки, шоколада, чего-то еще. Слегка покопавшись, замечаю среди свертков баночку молнияблочного джема. Интересно, в моем мире он тоже будет шарахать током по зубам?
- И твоя награда.