- Ты возбуждаешь меня уже одним своим присутствием, запахом, взглядом. Нет, я не сдерживаюсь, я в ответ дарю тебе любовь, внимание и ласку. Как самка ты привлекательна для меня, и я уже говорил, что хотел бы увлечь тебя в постель. Но твое поведение не вызывающе, ты не намекаешь, что согласна на соитие, более того, тебя пугает сама его вероятность.
- Пугает. - Шепнула пони, кивнув.
- И зачем пугать тебя еще больше? Ты мне нехило с ноги прописала во сне.
- Проп… то есть, лягнула?
- Да.
- Тогда да. Наяву я смогу сдержать подобные порывы. Как сейчас, когда ты задрал мне хвост совершенно непозволительным образом, я нервничала, но убеждала себя, что это сделано ради лучшего очищения, а не для издевки или насилия. Ты оправдал доверие, я очень ценю твою честность и галантность.
Аликорн благодарно прильнула головой к моей груди.
- Знаешь, я умею отличать сексуальные действия от медицинской помощи, и не путать одно с другим. - Ответил, ласково почесывая мягкие уши Луны. Да и вся она после купания с эротическим массажем стала мягкой, бархатистой и прикосновения к ней доставляют невероятное удовольствие.
- Прекрасно. Друг друга мы очистили, и водой, и огнем. Хорошо бы еще обойти со свечой все комнаты. - Луна прошлась по гостиной, рассматривая обстановку, словно попала сюда впервые. - Согласно правилам учения «Понь-Шуй», у тебя неудачно расставлена мебель. Шкаф надо поставить на место дивана, стол на место шкафа, а диван - на место стола.
Свои рацпредложения аликорн сопровождает энергичной жестикуляцией крыльями, указывая, что и где должно стоять.
- А телевизор лучше всего выставить за окно. - С ядовитой усмешкой подытожил я.
- Его можно оставить на прежнем месте. - Увлеченная выкладками, Луна почти пропустила реплику мимо ушей. Встав, я потеребил Луну по холке, желая пресечь ее размышления, прежде чем целеустремленная пони реально начнет двигать мебель.
- Давай не будем ничего переставлять, это тяжело и хлопотно. До возвращения в Эквестрию осталось не так уж много, и раз ты без проблем прожила две недели в «неудачной» обстановке, то еще пару дней точно проживешь.
Любимая озадаченно почесалась, прикидывая габариты и вес шкафа, набитого книгами, кубками, фигурками. Ага, будь у нее нормальная магия, она махом преобразила бы мне всю комнату. К счастью, такой магии не было, и Луняша, выдержав драматическую паузу, отказалась от своей затеи. Я утешительно погладил ее лоб.
- Пока у меня есть время до работы, схожу на улицу, принесу нам чего-то вкусного. А тебе включу дракона.
Усевшись перед телевизором, вытащил приставку из тумбочки. Подойдя сзади, аликорн положила свою голову мне на макушку, наблюдая сверху процесс подключения, и обняла крыльями за плечи.
***
Резкий сильный ветер предвещал обильный снегопад к концу дня. Низко нависшие темно-серые тучи, казалось, вяло перекатываются по крышам домов, цепляясь за антенны. Хмурые прохожие, кутаясь в шарфы и подняв воротники, с безразличными взглядами спешили мимо, подобные призракам проклятого города, затерянного в лабиринтах времен. Машины сонно и неохотно ползут по мешанине грязи и льда, как жуки, случайно пробудившиеся от спячки.
Я направляюсь в магазинчик, где обычно беру хлеб, надеясь найти хороших печений или булок для Луны. Задержался у витрины канцтоваров, рассматривая ядовито-зеленую вазу с черными прожилками и немыслимым количеством чудных дыр, будто стенки вазы долго грызли насекомые.
В груди стремительно нарастает предчувствие чего-то очень плохого. Глянув по сторонам и не приметив явной опасности, я быстрым шагом ухожу от витрины. Краем уха слышу лязг пружины, удерживающей входную дверь, мимо которой только что прошел.
Меня хватают за плечо, рывком разворачивают, мой кулак метит в голову темного силуэта, но промахиваюсь, а через миг ощущаю странный тычок в живот, и в глубине тела, зароняя острую боль, проворачивается холодное жало.
- Нож в печень - никто не вечен. - Слышится сиплый бас. Металл резко покидает мою плоть, и я, хрипя от пронизывающей внутренности боли, падаю на асфальт. - Привет твоей горластой скотине, жокей, если доберешься до нее.
Меня быстро обыскивают.
- Ни часов, ни трубы, ни бабла. Нищеброд!
Тяжелый ботинок вминается в живот, и от адской муки в глазах моих темнеет. Шаги убийцы удаляются.
«Если доберешься»…
Сознание мгновенно обретает кристальную чистоту и ясность. Путь домой представился сложным и долгим. Не доберусь. Медлить нельзя. Другие варианты? Чуть приподнявшись на локте, осматриваюсь. Магазин.
С первой же попытки подняться - боль скрутила меня, и я с тихим воем рухнул лицом в истоптанный снег.
«Вставай, солдат! Плевать на тебя, но ради Лунной Принцессы - ВСТАВАЙ! Не время подыхать!»
Скатав ком снега, прижал его к ране, снова взвыл. Преодолевая головокружение, встал, опираясь на стену. Каждый шаг поднимает волну боли, срывающей яростный рык. Горячая кровь течет все ниже по ноге. Показалось, что борьбу с тугой входной дверью я проиграю, но нет, жажда жизни оказалась сильнее стальной пружины.
Продавщица, отдыхающая в дальнем конце прилавка, увлеченно возила «мышью» по столу, раскладывая пасьянс.
- Мне нужна помощь. - Глухо промолвил я, навалившись грудью на прилавок.
- Чего надо? - Пренебрежительно хмыкнула девушка, едва оторвавшись от монитора.
- Я ранен, вызовите «Скорую». - Продолжал я все тем же размеренным голосом.
Девушка заметила мою окровавленную ладонь и взвизгнула, переменившись в лице. Смертельно побледневшая, не прекращая визжать, она бросилась вглубь магазина.
«Кранты, от такой помощи не дождешься»… - Подумал я, закатив глаза.
- Дур-ра! - Раздалось категоричное басовитое откуда-то со стороны кладовок.
«Мда-м». - Мысленно согласился я.
Ко мне грузно подбежала свирепого вида тетка, коренастая, с мощными руками, в замызганном комбезе. За спиной сей гориллы маячила напуганная мышка. «Горилла» мельком глянула на мою руку и живот, и растекающуюся по полу кровь.
- Дур-р-ра! - Прорычала «Горилла» снова. - Телефон куда заныкала? Ищи, живо! Делать надо, а не тявкать как собачонка.
Подхватив меня под руку, «Горилла» уложила спиной на пол.
- Держись, полосатик. - Бросила ободряющее, и отобрала у плачущей девушки найденный телефон.
Последняя мысль, мелькнувшая в моем затухающем сознании:
«А как же Луна?..»
Гл. 11 - Взаперти
[ Луна \ Квартира Лайри ]
Толстосум обобрал моего дракона на тысячу камней! И хотя ящер был доволен сделкой, я чувствовала, что если этот толстый медведь с бездонным мешком еще раз упомянет о камнях или оплате - я подпалю его задницу драконьим пламенем!
С головой уйдя в новый виток приключений, я не сразу обратила внимание на доносящийся откуда-то треск. Когда назойливый звук повторился, прислушалась. Телефон? Лайри звонит мне? Остановив дракона под деревом и убедившись, что вблизи нет врагов, я пошла в коридор.
Обутыми в носки копытами неудобно было брать трубку, но я ухватила ее обеими ногами и прижала к уху.
- Лайри! Ты выходишь на работу или станешь читателем «желтых вакансий»?!
От неожиданного ора в самое ухо я вздрогнула и чуть не выронила трубку из копыт.
- Простите, что? - Спросила, желая понять суть. Говорил явно не Лайри.
- Кто на проводе? - Раздался резкий мужской голос.
На проводе? Удивленно осмотрела витой шнур, тянущийся от трубки к телефону.
- Так кто говорит-то? - Донеслось раздраженное.
- Луна… - Ошеломленная поведением собеседника, я не знала, что и думать. Это совсем не было похоже на мягкий настойчивый напор Лайри. Нет, это если б меня походя пнули по крупу - сильно и грубо.
- Охрене-е-еть! Наш завзятый холостяк обзавелся девкой! Неужто спермотоксикоз доконал?! - Раздался хохот, похожий на хриплый ржач, затем грохот, и я, скроив неприязненную мину, отстранила трубку от уха. - Вот что, Л-лена, передай своему дражайшему задроту, что если он не явится на работу через полчаса - я его уволю к хренам! И можете кувыркаться в постели сколько влезет!
Снова что-то с шумом упало, затем - гудки. Более не услышав ни слова и вернув трубку на место, я вздохнула. Неужели моему другу приходится общаться с вот такими неотесанными личностями, да они еще верховодят?
В душе неприятно кольнула холодная льдинка тревоги. Увлеченная игрой, я не следила за временем, но Лайри давно уже должен был вернуться. Что же задержало его?
Возвратилась к дракону, но играть не хотелось. Выключив и убрав игру, я прошлась, стараясь избавиться от навязчивых мыслей. Когда в третий раз прошла мимо стола и взгляд мой остановился на свече, я поняла, что кружение по комнате лишь обостряет одиночество и беспокойство.
С зажженной свечой я обошла гостиную и спальню, уделив внимание каждому предмету мебели, каждому углу комнаты. У лежки Лайри свеча коптела особенно сильно, потрескивающее пламя металось как под порывами штормового ветра, едва не угасая. Требовалось применить мощные заклинания очищения, но без должного количества магии это невыполнимо. Даже простенький телекинез бумажной птички полностью истощал меня.
Терпеливо очистив пространство, насколько это было возможно магической силой огня, я пошла в коридор, чтоб выкинуть почти сгоревшую свечу и, проходя мимо книжного шкафа, краем глаза увидела движение темной тени за стеклом.
Я замерла на полушаге, чувствуя, как от пробегающего по спине холода невольно поднимается шерсть. Скосив глаза, осторожно обернулась, не готовая узреть чудовище, заставшее меня врасплох. И встретилась со своим безумным отражением.
«Та» пони стоит почти вплотную ко мне, взъерошив перья и нервно присогнув переднюю ногу, готовая то ли ударить, то ли отпрыгнуть. Грациозная осанка, густая грива, ухоженный вид абсолютно не вяжутся со взглядом насмерть затравленного животного. Вилка с огарком свечи дрожит в ее зубах. Слыша хриплое дыхание, я медленно осознаю, что «она» это я, и что мое сердце колотится с ужасающей скоростью, грозя разорваться.