Мико закатила глаза, но не сдержала смех. Расправившись с узлами, Райдэн стремительно наклонился к её губам и поцеловал, нетерпеливо и требовательно. Мико ответила ему тем же, мгновенно теряя голову от его прикосновений, от его горячего дыхания на своей коже. Она истосковалась по нему не меньше, чем он тосковал по ней. И немного жалела о том, что больше не может почувствовать его близость так же полно и ярко, как в те дни, когда их души были туго сплетены между собой. Но именно недоступность его души заставляла Мико притягивать Райдэна ближе, целовать глубже, прижиматься к нему всем телом, чтобы передать хотя бы сотую долю того, что она испытывала, когда его пальцы скользили по её обнажённой коже, когда его губы собирали мурашки с её груди и живота, спускаясь всё ниже.
Металлические пальцы невесомо погладили внутреннюю поверхность её бёдер, призывая раскрыться. И Мико послушно подалась ему навстречу. Щёки стыдливо вспыхнули, стоило языку Райдэна коснуться её, и Мико зажала рот ладонью, чтобы не вскрикнуть. Протянула руку, чтобы остановить Райдэна, но вместо этого запустила пальцы в его волосы и застонала, собирая пряди в кулак. Его язык обжигал её, доводил до исступления, заставлял выгибаться и кричать. Его руки почти до боли сжимали её бёдра, не позволяя сдвинуться с места. Мико задыхалась, кусала губы и не знала, чего хочет больше – чтобы он остановился и дал ей хоть немного передохнуть или чтобы не смел прекращать, позволив окончательно потерять голову. Райдэн останавливаться не собирался.
Он оторвался от неё, только когда почувствовал, как она задрожала в его руках и, напрягшись до предела, обмякла, тяжело дыша. Подтянулся и, навалившись сверху, прильнул бёдрами, позволяя Мико ощутить его желание. Он осыпал поцелуями её шею, а Мико, сама того не ожидая, вдруг окаменела, испугавшись того, что может случиться дальше. Райдэн, почувствовав её замешательство, отпрянул.
– Что-то не так?
Мико, особо не задумываясь над его словами, торопливо покачала головой. Эта была их первая близость с момента воссоединения, она не хотела всё испортить, но не могла заставить себя пошевелиться и испуганно смотрела на Райдэна. На мгновение она почувствовала себя такой же беззащитной и потерянной, какой была с Акирой. На глаза сами собой выступили слёзы.
– Эй, эй, Мико, всё хорошо, ничего не будет. Не бойся. – Райдэн отодвинулся от неё и выглядел не менее испуганным, чем она. – Я не трону тебя, если ты не хочешь. Что-то случилось? Где-то болит?
Мико села, натягивая на плечи кимоно и избегая смотреть на Райдэна. Ей было страшно. Страшно, что всё повторится. Она всё ещё иногда ощущала землю под ногтями. Помнила запах леса и собственной крови. Ей всё ещё снилась та ночь.
– Нет, просто… Прости. – Мико нахмурилась и потёрла лоб. – Просто столько всего произошло, и я… Прости, прости, это очень нечестно по отношению к тебе, я понимаю…
– Всё хорошо, Мико, – Райдэн привлёк её к себе и заключил в объятия. – Я знаю, что ты не всё мне рассказала.
– Знаешь? – Сердце испуганно замерло и набатом замолотило о грудную клетку.
– Догадываюсь. Но я не тороплю тебя, слышишь? Расскажешь, как будешь готова. И… всё остальное тоже, как будешь готова. Я не должен был торопить тебя.
Мико спрятала лицо у него на груди.
– Прости, Райдэн.
Его губы коснулись её макушки.
– Я люблю тебя, Мико. Больше жизни. Я твой и только твой, и ничто и никогда не изменит этого. Со связью или без, сегодня или через пятьсот лет, я всегда буду любить тебя, потому что просто не могу иначе.
Мико прижалась к нему крепче, благодарная за его слова, за его объятия и за него самого. С Райдэном она могла быть настоящей. Собой. Быть сильной, слабой, злой, радостной, громкой, тихой, грустной, испуганной – и не встречать укора в его взгляде. Не слышать упрёка. Райдэн принимал её так же, как и она принимала его, – любой. И Мико не могла поверить своему счастью и была благодарна случаю, судьбе или злому року, который свёл их вместе. Райдэн научил её любить свои шрамы, помог пройти путь к самой себе, даже если и сам о том не догадывался. Он был рядом, когда ей было больно, и радовался, когда радовалась она. Она заглянула в его душу и увидела там столько любви и нежности, будто весь он состоял только из них. Он понимал её. А она очень хотела понять его. Он оберегал её. А она хотела беречь его.
– Я люблю тебя, – сказала она, жалея, что не говорила ему об этом раньше. Жалея, что в полной мере осознала это только сейчас. – Я люблю тебя.
На макушку что-то капнуло, Мико удивлённо вскинула голову и замерла. Райдэн беззвучно плакал, прикрыв лицо ладонью. Его руки дрожали, слёзы бежали по щекам и падали на кимоно.
– Ты чего? – испуганно спросила Мико, села перед ним на колени и принялась вытирать щёки. – Пожалуйста, не плачь.
– Всё хорошо. – Райдэн всё никак не мог остановиться, продолжая закрываться от Мико рукой. – Я просто счастлив.
Мико, не зная, что делать, постаралась пошутить:
– Не думала, что три слова могут поразить такого большого тэнгу в самое сердце.
Он усмехнулся сквозь слёзы, как будто ему было за них стыдно, небрежно пожал плечами и отвёл взгляд.
– Просто раньше мне их никто не говорил.
У Мико сжалось сердце, и она тут же пожалела о своей неосторожной шутке. Она и подумать не могла…
– Я люблю тебя! – выпалила она, краснея и смущаясь. Сердце колотилось страшнее, чем в день их свадьбы. – Люблю! Люблю! Люблю! Я буду повторять это столько, сколько захочешь. Я очень люблю тебя, Райдэн!
Он засмеялся и запрокинул голову, чтобы слёзы поскорее высохли, но они не желали останавливаться. И Мико обняла его так крепко, как только могла.
– Я люблю тебя.
Райдэн обнял её в ответ и тихо ответил:
– Спасибо, Мико. Спасибо, что нашла в себе силы меня полюбить.
Глава 39. В зыбком свете фонаря
Акира наносил удары копьём так быстро и стремительно, что за его движениями едва получалось уследить. Райдэн в скорости не уступал, но найти возможность для контратаки пока не мог. Мико с Кёко опустили боккены, привлечённые битвой. То же попыталась сделать и Сацуки, но Макото легонько стукнул её боккеном по голове.
– Ай!
– Не отвлекайся, – сказал он.
– Но…
– На поле боя тоже будешь глазеть на друзей, а не на противников? Пока не будешь сражаться так же хорошо, как Кёко, или хотя бы столь же посредственно, как Мико, даже не думай увиливать от тренировок. – Макото поддел её боккен своим, заставляя вернуть его на исходную. Сацуки обиженно надула губы, но подчинилась.
– Эй, лис! – метнула в него взгляд Мико, прищурившись. – Как закончите, боккен не убирай. Я собираюсь совершенно посредственно надрать тебе задницу.
Макото поправил повязку на глазу и почти незаметно улыбнулся уголком губ.
– Как скажешь.
Затрещало дерево.
– Вы опять?! – возмущённо завопила Кёко. Мико оглянулась как раз в тот момент, когда сёдзи, ведущие в сад, с грохотом рухнули на пол. – Акасягума их только починили!
Но ни Акира, ни Райдэн её не услышали. Вырвались в сад, продолжая сражение, которое тут же стало более ожесточённым. Стены тренировочного зала явно сдерживали их пыл и сковывали движения, теперь же они могли развернуться во всю свою мощь. Акира призвал крылья, чтобы обрести преимущество и атаковать с воздуха, но Райдэн выхватил веер и ударил Акиру таким мощным потоком ветра, что затрещали, сгибаясь, деревья.
– Они мне тут всё разнесут, засранцы, – проворчала Кёко и села на энгаву, чтобы было удобнее наблюдать за представлением. Мико устроилась рядом.
Райдэн, воспользовавшись заминкой Акиры, которому на несколько мгновений огромные крылья стали врагами, едва не опрокинувшими хозяина на спину, нанёс два удара мечом – они с Акирой, в отличие от остальных, тренировались с настоящим оружием. От обеих атак Акира увернулся, но – Мико заметила – не без труда, и тут же разорвал дистанцию. Он снова попытался взлететь, а Райдэн снова ему не позволил, и крылья пришлось спрятать, чтобы вернуть себе скорость и манёвренность. Начался обмен стремительными ударами, и Мико порадовалась, что меч Райдэна, как и многое оружие ёкаев, зачарован – обычные человеческие клинки давно бы раскололись от таких упражнений. Хрупкие катаны любили плоть, но не любили другое оружие.
Длинное древко яри давало Акире преимущество и позволяло удерживать Райдэна на расстоянии, и тот, как ни старался, не мог приблизиться – Акира предугадывал все его движения. Поняв, что его собираются брать измором, Райдэн снова взмахнул веером. Завыл, закручиваясь в вихри, ветер, и рассыпчатый снег, отрываясь от земли, в один миг превратился в настоящую снежную бурю. Она окружила Акиру плотным коконом, застилая обзор, а Райдэн, взмыв в воздух, тут же исчез из виду, скрывшись за снежной стеной.
– Ну наконец-то, – хмыкнула Кёко. – Понял, что в лоб его не взять. Надеюсь, с возрастом он станет больше думать головой. Лет через сто. Хотя, в случае Райдэна, может, и через все триста.
Мико рассмеялась и пихнула её локтем в бок.
– Кто бы говорил.
Кёко закатила глаза и уже собралась что-то ответить, когда снежная буря схлынула, пронеслась белой волной сквозь них и засыпала тренировочный зал. Вместе со снегом на землю обрушился Райдэн. Акира едва успел поднять над головой копьё. Древко затрещало под натиском клинка, но не сломалось. Зато не выдержал Акира: дрогнула его рука, а за ней и всё тело, и он упал на одно колено. Райдэн толкнул его в спину, не позволяя подняться, и в следующий миг приставил катану к горлу, успев развернуть лезвие тупой стороной, чтобы не поранить Акиру.
Кёко заверещала от восторга, хлопая в ладоши. Мико тоже радостно улыбалась. Впервые за все время тренировок Райдэну удалось одолеть Акиру. Тот в ответ на это лишь сдержанно кивнул. Райдэн вернул меч в ножны, отступил на шаг и, поколебавшись мгновение, поклонился. Металлическая рука его дрожала.
Акира встал, отряхнул от снега кимоно и спрятал ладони в рукавах.