ия, он пошёл другим путём – залез с телефона в ту же помойку Сети и тотчас нашёл обширнейший ресурс платонических и эротических посланий на все случаи жизни.
«Отправить пневмопочтой?.. какая пошлость! Следует поступить по-военному, подчеркнуть свой статус».
* * *
Пилотские снотворные, строго вырубавшие на триста минут, позволили гулякам вскочить бодрыми, как огурцы с грядки. Товарищ Ле Куанг Шон ожидал их – свежий-свежий, зарядившийся БАДами, он только что не искрился.
– Настойчиво рекомендую попробовать с утра экстракт фу ты. Подъём сил, ясность рассудка, очищение каналов организма от застрявших шлаков… и выдающееся мужское здоровье, – почему-то Шон пристально посмотрел на Вальтера. – Я готов немедля подарить вам по таблетке для пробы.
– Фу ты, ну ты, ножки гнуты… – Влад оправил манжеты лётного костюма. – Можете обе вручить обер-лейтенанту.
– Тогда я предложу вам спирулину, – загадочно молвил Шон, извлекая очередной презент от фирмы. Овальная пилюля была крупной, с пуговицу – сине-зелёная, тёмная почти до черноты. Она пахла морем и сушёными грибами. Все продукты Шона пахли натурально – тмином, анисом, имбирём, укропом.
– Одна порция содержит сухие белки и витамины на сутки.
– Вроде космического рациона? – Влад обожал полезные мелочи пилотского быта, средства выживания, компактное оружие и другие практичные фишки.
– Лучше рациона, – подчеркнул Шон. – Это водоросль из заветных озёр Дайвьета, дарующая жизнь. Самое чистое, что могут дать вода и земля. У нас озёра спирулины охраняются на сорок километров вокруг. Ни капли загрязнений.
– Попробую, – прельстился Влад вьетской диковинкой. – А жиры и прочее?
– Жиров в человеке хватает на месяц. – Младший капитан опять поглядел на Вальтера. – Вода в комплект не входит. Углеводы – это сахар, он доступен. Что касается клетчатки, «Хонг Дьеу» выпускает чудесный…
– Тронулись, машины ждут, – прервал Влад его рекламную кампанию. Спирулина провалилась в пищевод и затаилась. Ракитин решил отследить, как проглот пилюли скажется на самочувствии.
Перед тем, как надеть скафандр, Влад вручил своему механику бело-жёлтый осколок – подарок франкона:
– Обточи и просверли под цепочку. Чур, зеркальную грань не царапать.
– Видали мы такие сплавы, – понимающе кивнул механик. – Придётся повозиться, материал твёрдый…
– Будет брелок на счастье.
– Так точно, товарищ капитан. Как кабаний клык!
– Мы ж охотники, – подмигнул Влад. – Зверя валим.
«Сокол», «Вектор» и «Либра» слаженно вылетели из пусковых камер. Влад успел убедиться, что вьетский пилот водит умело – пусть без огонька, зато вполне грамотно, чётко, и работать в команде привык. Правда, вьеты явно предпочитали ходить и атаковать звеном, как трезубцем, перестраиваясь в полёте, но не размыкая строй.
«Это надо изживать. У сириан строй переменный, кристаллический. Пять «синих линз» зажмут и спалят тройку вьетов; азиаты ахнуть не успеют. Дай бог, чтобы хватило времени на выучку – я покажу ему, как разрубать их строй, а самим ходить врозь на связи, разбегаться и смыкаться. Должен понять. Алим – и тот усвоил… Даже здорово усвоил. По крайней мере, за него не стыдно. Где-то он сейчас летает?.. Ха! пожалуй, ещё хвастает: «У Сокола учился!» Или про свои подвиги кукарекает…»
В ближайшее время Троице предстояло встать на боевые дежурства со всей эскадрильей Филина. Бойцы трёхзвёздного комэска – полушутя, полувсерьёз, – торопили Троицу вернуться в строй, да и самому Владу не терпелось заняться настоящим делом. Конечно, любовь, морковь, Илона – как она там, на планете?.. – но враг на прицеле волнует сильнее.
Вдобавок он увидел режим отдыха пилотов Запада. После этого Влад сделал выводы: рассчитывать на них надо вдвое (втрое!) меньше. Шон с его пилюлями из заповедных озёр куда надёжнее, чем крашеные перевёртыши с таблетками, которые приходится конфисковать!
Точки на экране плыли ровно; Троица железно держала строй и полную готовность. Где-то вдали, в правом нижнем квадранте, беспилотник готовился выбросить учебные мишени.
– Слушать меня. Цели выйдут без предупреждения. Разлёт по команде. Дальше каждый работает сам, но держит связь с двумя другими, как я показывал.
Он ждал не выброса, а предчувствия. Оно должно включиться. Пока – нет. Ещё нет. Но… вот оно. Есть!
– Начали! Врозь!
Цели метнулись, образуя простой сирианский строй – трапецоэдр. «Сокол» и «Вектор» пошли в разные стороны, по непредсказуемым траекториям. Шон, верный своей школе, держался строгой, правильной дуги.
Влад выполнил один из любимых пируэтов и открыл огонь сразу по нескольким мишеням. Четыре сгорели, одна попыталась ответить, но её условный луч пронзил пустоту – «Сокол» уже сменил позицию и добил мишень коротким импульсом. «Вектор» и «Либра» в своих шаровых секторах старались вовсю, осыпая «противников» меткими ударами.
– Задний фокус – шесть, – отрывисто приказал Влад. Хонка владел этим приёмом во всех модификациях и отыгрывал его без напоминаний, с полпинка угадывая замысел ведушего. Шону ещё следовало поучиться, как по команде занять нужное место в полусфере охвата.
Шон встал на свою точку ловко и точно, как меч в ножны. В следующий миг Троица разом открыла огонь… по задним мишеням, мимо фронтального строя. Тыловое прикрытие «вражеской стаи» исчезло, превратившись в созвездие плазменных вспышек.
– Фокус – четыре.
Троица стремглав прянула вперёд, оттормозилась на антинерах и, оказавшись позади строя мишеней, принялась жечь его, вращаясь каруселью. Три истребителя действовали как единое целое, подобно параболическому зеркалу, сжимающему свет в огненную точку.
– Шон, молодец.
– Муон нам Хонг Нга! 1 – вежливо отозвался младший капитан.
Вдали, дальше пределов обнаружения традиционными системами телеметрии, парила в пространстве острая шероховатая глыба, похожая на чугунный астероид. Ни локации, ни свечения, ни единого проблеска не исходило от неё, но сквозь эфир, поверх следящих радаров От-Иньяна порхнул как бы вздох:
– Богоугодный.
Тишина в ответ. Где-то остро сверкали едва заметные искорки – «Вектор» и «Либра» дружно добивали строй мишеней, не позволяя им создать сферу общей защиты, а «Сокол» стерёг обречённых, чтобы не рассеялись, спасаясь бегством.
– Ошибка.
– Его приём.
– Ошибка. Заблуждение.
– Я настаиваю – это он.
– Нужна проверка.
– Согласен. Ты обещал его убить. Иди. Я тебя зову.
Молчание.
– Главная цель – сахи. А этот быстрый… Слышь его голос. Помни голос. Он здесь, он придёт.
– Есть.
На Иньяне дежурные телеметристы отметили слабые помехи – бегущую неровность гравиполя. Раз и раз. Раз-раз-раз. Раз.
– Радиофон?
– Ноль.
– Массметрия?
– Нечёткие данные. Возможно, накладки от астероидов на близких орбитах. Сейчас сверимся у астрономов…
– Запиши-ка. Может, это сириане болтают.
– Кому оно надо? Их ни перевести, ни озвучить…
– Всё-таки запиши. Есть ещё энтузиасты…
– Она надеется расшифровать?.. Шла бы криптографом в Абвер, чем в астронавигацию. Баловство это! Девка чудит…
* * *
Замыслы надо исполнять. После возвращения на От-Иньян, разбора полёта и похода в душ Троица вновь разделилась, как в космосе. Шон отправился делать свой бизнес, Влад поспешил в пищеблок (закуски понадобится много!), а Вальтер принялся диктовать Сургуту сложное, ответственное задание:
– Дом отдыха, овца по имени Рома. Запомнил?
– Я запоминаю с первого раза, герр обер-лейтенант.
– Вручить лично, вежливо. От кого – не называть. Там написано, она поймёт.
– Не возникнет ли административных вопросов? Я имею в виду регламент эксплуатации кибер-дублёров.
– По штатному расписанию ты – мой подчинённый. В том числе для личных поручений. Кругом и шагом марш.
– Яволь!
Визит робота в Кошкин Дом – заметное событие. Рыцарь цвета хаки, возвышающийся над всеми, как скала, производит ошеломляющее впечатление. Сегодня приходило много валентинок, то и дело хлопал приёмник пневмопочты, чирикали телефоны, моргал общедоступный сетевой терминал – но чтоб любовную открыточку прислали с роботом!.. Должно быть, кого-то приспичило.
Мамочка смерила панцирного воина взглядом сердитой вахтёрши женского общежития.
– Какой у тебя приказ?
– Вручить поздравительную открытку «подопечной» по имени Рома.
– Кто приказал?
– Не могу знать.
– Рома! Ромка! К тебе каменный гость! Супер-парень!
Утомившаяся на угарной вечеринке, Рома едва ноги волочила, обустраивая Кошкин Дом. Вчера отрывались, сегодня опять, кто столько выдержит? У плейбоев – сплошь праздники! Благо, Ма дала вчерашним труженицам по отгулу. Однако помогать подругам надо, все овцы – одно стадо.
– Какой ещё парень?.. тьфу на всех.
Она вышла в приёмный холл с повязкой-хатимаки на потной голове, закатав рукава блузы, в шортиках и тапках.
«Ой» – У Ромы сердце ёкнуло. В самом деле супер. Такая махина, еле в холл вписалась!
Она сразу ощутила себя маленькой, беспомощной девчонкой. Как во сне.
Великан в коричневато-зелёной броне механическими движениями поворачивал голову-шлем, немигающими глазами изучая прихожую Кошкиного Дома.
Он искал её. Сейчас найдёт!..
Рома собралась рвануться наутёк, но тут бронированный андроид уставился прямо на неё и гулким голосом спросил:
– Ваше имя – Рома?
Ноги пристыли к полу. Еле совладав с чувствами – хотя, кто с ними может справиться?.. – она с усилием сказала себе: «Цыть! Не бзы, овца. Это никто. Русский урод, железная страшила – ни на грош дизайна! Я ему не нужна, он пришёл не за мной, не за мной…»
– Да. Что вам угодно? – От робости она сбилась, обращаясь к нему, словно к человеку.
– Примите открытку по поводу праздника, – вручая валентинку, Сургут опустил взгляд, будто отвесил вежливый поклон. На самом деле он смотрел на её ноги.
Скопившиеся в холле любопытные овечки захихикали, переходя на звучный смех. Особенно старались лютые врагини, кого Рома раньше обижала, да и милые подруженьки не отставали: