— Все зависит от того, что ты имеешь в виду под «ускорить».
— Например, сегодня?
— Хм-м-м, у тебя губа не дура.
— Это очень важно, Дэн.
— Ладно, — вздохнув, сказал Клиланд. — Только ради тебя. Предоставь это мне, я свяжусь с тобой ближе к вечеру.
После звонка Дэну Джоэль почувствовал себя значительно лучше. Если окажется, что найденные в машине Дека Мэддона таблетки действительно экстази, а анализ крови подтвердит, что парень принимал наркотик, может быть, тогда он снова сможет дышать. Может быть, мир опять станет нормальным. Может быть, вампиры, поселившиеся у него в голове, уберутся обратно в мир фантазий, где им самое место, а дурные сны останутся всего лишь с нами.
Может быть.
Джоэль швырнул багет с ветчиной и сыром в мусорную корзину и потянулся к чашке с кофе, но тот оказался совсем холодным.
«Ягуар» мчался в сторону Лондона по внешней полосе дороги со скоростью чуть меньше девяноста миль в час[9], Алекс разговаривала по телефону с Гарри Рамблом. Он молча слушал ее отчет о том, как она провела утро. Алекс умолчала только об одном.
— Я вот чего не могу понять, — сказал Рамбл, когда она закончила, — почему инспектор полиции, человек, занимающий довольно высокое положение, каждый день имеющий дело с серьезными преступлениями, пусть и в таком маленьком городке, как Оксфорд, тратит время на парня, которого обвиняют в хранении наркотиков, причем по мелочи, и который твердит про вещи, абсолютно бессмысленные с точки зрения людей.
— Потому, что он ему поверил, Гарри.
— С чего ты взяла?
— Я почувствовала запах его страха и видела выражение глаз. Не думаю, что он готов себе в этом признаться. Но, можете не сомневаться, он отнесся к истории мальчишки очень серьезно.
Рамбл на мгновение задумался.
— Он ему поверил, хотя у него нет ничего, кроме показаний подростка, которому все это могло привидеться под действием наркотика? В таком случае он либо чрезвычайно впечатлительный…
— Ничего подобного, — перебила его Алекс. — Он молодой, ему около тридцати. Если он дослужился до инспектора полиции, значит, он амбициозен и решителен и совсем не идиот. Парни вроде него не страдают излишней впечатлительностью. Есть какая-то другая причина.
— Например, какая?
— Я пока не знаю, — ответила она.
Закончив разговор, Алекс сжала руль и вдавила педаль газа в пол, мотор «Ягуара» взревел, когда стрелка спидометра перевалила за отметку в сто миль. Обостренное восприятие окружающей реальности позволяло Алекс чувствовать каждую крошечную выбоину на шоссе и оценивать скорость с такой точностью, о которой может только мечтать пилот истребителя. Она полностью контролировала ситуацию, поскольку была вампиром.
В таком случае почему у нее так бьется сердце?
Вот об этом она не стала рассказывать Гарри.
Алекс мчалась на своей машине вперед, не в силах думать ни о чем, кроме Джоэля Соломона. И она знала почему.
Глава 17
Джоэль направлялся к автомату, чтобы взять чашку свежего кофе, когда заметил, что в его сторону мчится по коридору Картер в сопровождении целой армии полисменов в форме. Картер был крупным, похожим на медведя, и, когда куда-то спешил, как сейчас, остальной мир расступался, давая ему дорогу, в противном случае мир оказывался на земле, у него под ногами.
Суперинтендант Сэм Картер был на тринадцать лет старше Джоэля, и десять лет они дружили, с тех самых пор как Джоэль пришел на работу в полицейский участок Темз-Вэлли. Инспектор довольно хорошо знал Картера, за грубоватыми манерами которого прятался человек, способный расплакаться от голоса Долли Партон[10], особенно в подпитии, что с ним случалось частенько. И достаточно хорошо, чтобы понимать, что, если у Сэма на лице появляется такое мрачное выражение, значит, случилось что-то действительно серьезное.
— Что происходит? — спросил он, когда Картер промчался мимо, причем ощущение у Джоэля возникло такое, будто он пытается остановить движущийся поезд.
— Хочешь знать — идем со мной.
Они сели в полицейскую машину и покатили из Оксфорда в сторону Соннинг-Ай. Картер по дороге рассказал Джоэлю, что случилось.
— Полчаса назад местная жительница обнаружила тело девушки. Точнее, часть тела. Там настоящий кошмар. Водолазы до сих пор вылавливают из воды куски.
— Известно, кто она такая?
— Ни в малейшей степени. — Картер посмотрел на него. — Ты дерьмово выглядишь, Соломон.
— Я почти не спал прошлой ночью, — ответил Джоэль, который уже начал чувствовать, как сильно устал.
Когда они добрались до места преступления, там уже было полно экспертов и машин. Часть реки в четверть мили огородили полицейской лентой и вызвали полисменов из других участков, чтобы они сдерживали толпу местных жителей, стремительно растущую по мере того, как распространялась новость про страшную находку. По реке сновали надувные лодки с оборудованием и водолазами. Идя вслед за Картером в сторону заросшего травой берега, Джоэль отметил на лицах большинства полисменов болезненную бледность. Чуть в стороне, среди деревьев, спрятался молоденький констебль, которого отчаянно рвало.
Патологоанатома, работавшего на месте преступления, звали Джек Брайер. Он специализировался по изуродованным трупам, но даже он выглядел несколько бледнее, чем обычно. Брайер сидел на корточках около лежавшего на траве мешка для перевозки трупов и снимал медицинские перчатки, когда Джоэль миновал кордон и подошел к нему. Два полисмена с фотоаппаратами только что закончили все снимать и убирали свое снаряжение.
— Жуткое зрелище, — пробормотал Брайер, когда к нему подошли Джоэль и Картер. — Вы уже завтракали? Тогда лучше не смотрите.
Джоэль взглянул на нечто, лежащее в мешке, и Брайер фыркнул, увидев выражение, появившееся у него на лице.
— Я предупреждал. Вне всякого сомнения, она не в лучшей форме. Мы обнаружили голову и большую часть туловища, левую руку и то, что осталось от правой ноги. Остальное, скорее всего, уплыло в Беркшир.
— Что или кто с ней такое сотворил? — спросил Картер, вытирая рот тыльной стороной ладони.
— Трудно сказать, пока мы не отвезем ее в лабораторию и не покопаемся внутри, — пожав плечами, ответил Брайер. — Если бы мы жили на Аляске, я бы предположил, что ее погрыз гризли, но у нас тут совсем не Аляска. — Он мрачно ухмыльнулся.
— Боже праведный, — проворчал Картер, с которого хватило жуткого зрелища.
Он отвернулся и стал наблюдать за водолазами. Джоэль видел, что он изо всех сил пытается взять себя в руки и успокоиться.
— А самое странное, — продолжал Брайер, — то есть я не до конца в этом уверен, но обратите внимания на то, что цианоз почти отсутствует, хотя труп совсем свежий. Она пробыла в воде не больше шести, максимум семи часов. В общем, если коротко, тело выглядит так, будто его полностью обескровили перед тем, как расчленили.
— А можно попроще? — попросил Картер.
— Он хочет сказать, что кто-то выпустил из жертвы всю кровь, — ответил за Брайера Джоэль.
— Выпустил кровь, — безжизненным голосом повторил за ним Картер.
Брайер кивнул.
— Всю, до последней капли.
Джоэль по-прежнему не сводил глаз с трупа, когда Брайер встал, и они с Картером ушли обсудить ситуацию с другими офицерами полиции. В этот момент в кармане у Джоэля завибрировал телефон. Он достал его и увидел, что звонит Дэн Клиланд.
— Я совершил очередное чудо, — заявил Клиланд.
— Результаты готовы?
— Только что пришли. Исключительно для моего любимчика инспектора.
Джоэль напрягся. Дэн принадлежал к тому типу людей, которые для пущего эффекта обожают нагнетать напряжение.
— И что там?
— Офицер, арестовавший паренька, насчет таблеток не ошибся. Не самого лучшего качества, но, вне всякого сомнения, экстази.
— А что анализ крови, Дэн?
— Господи, какие мы сегодня нервные.
— Если бы ты стоял рядом со мной и разглядывал голову совсем молоденькой девушки в мешке для трупов, ты тоже был бы нервным.
— Ну, ладно, ладно. Итак, может, твой парень и занимается распространением наркотиков, но сам не принимает. Анализ крови показал полное их отсутствие.
— Как насчет алкоголя?
— Чисто. Он был трезв, как ребятишки из общества «Сторонников воздержания».
— Ты уверен? Абсолютно?
— А я когда-нибудь ошибаюсь?
— Никогда. Спасибо, Дэн.
— Теперь ты мой должник, Соломон.
— Точно.
Джоэль закончил разговор и уже собрался закрыть телефон, но в последний момент передумал. Оглядевшись по сторонам, он увидел, что Брайер о чем-то беседует со своими коллегами, а Картер громко ругается по рации. Никто не обращал на него ни малейшего внимания.
Джоэль быстро включил фотоаппарат на телефоне, присел в траве и сделал два снимка жертвы — лицо с остекленевшими глазами, уставившимися прямо в камеру, и татуировку паука на том, что осталось от шеи девушки.
Глава 18
Вилла «Ориана», сорок миль от Флоренции,
13.50 по местному времени
Дворецкий в туго накрахмаленной белой куртке вышел на солнце, держа в руках поднос с охлажденной лимонной водкой — ровно такой, как любил его хозяин. Он поднялся по ступеням на террасу с балюстрадой и поставил рюмку на мраморный столик, стоящий сбоку от Джереми Лонсдейла.
Тот проигнорировал его и даже не посмотрел на поднос, пока дворецкий не скрылся внутри виллы. Только после этого Джереми потянулся к рюмке и поморщился, когда ледяная водка смыла послевкусие, оставшееся после омара, которого он съел во время ланча.
Джереми закрыл глаза, откинулся на спинку стула и подставил лицо лучам солнца, чувствуя, как оно наполняет его, сияя ярко-оранжевым светом сквозь закрытые веки. Несмотря на начало ноября, было еще достаточно тепло, чтобы накрывать завтрак и ланч на улице. Среди прочего именно за это он так любил свое холостяцкое убежище в Тоскане. Уныние и бесконечные дожди набожного островка под названием Британия вызывали у Джереми Лонсдейла депрессию. Он его терпеть не мог и не испытывал никаких верноподданнических чувств. Лонсдейл относился к числу тех, кому повезло оказаться на гребне волны и разбогатеть перед тем, как умирающая империя превратится в страну Третьего мира. При каждой возможности он садился на свой личный самолет и летел сюда, чтобы погреться на солнышке, и твердо решил, что наступит день, когда он останется здесь навсегда.