— Да. Нет.
— Так да или нет?
— У меня болит голова.
— Что за вопросы такие? — снова вмешалась Джиллиан.
— Я всего лишь пытаюсь понять, что произошло, — ответил Джоэль все так же мягко.
— Случилось то, что ничего не случилось, — фыркнула Джиллиан.
— Я им позвонила, да, я теперь вспомнила, — сказала Кейт.
— Хорошо. Значит, я смогу узнать в компании имя водителя, — внимательно наблюдая за ее лицом, проговорил Джоэль. — И он мне скажет, где посадил тебя в машину.
Кейт покраснела.
— Нет… не нужно им звонить. Я остановила попутную машину.
Блеф Джоэля сработал.
— Значит, ты приехала домой не на такси?
— Нет.
— Кто тебя подвез?
— Не знаю, какой-то мужчина.
— Что у тебя с шеей? — спросил Джоэль. — Кто-то тебя обидел?
Кейт мгновенно прикрыла шею воротником пижамной куртки. В глазах у нее что-то промелькнуло, но вовсе не смущение, что было бы нормально для обычного подростка. Джоэль увидел в них холодный, неприкрытый гнев, почти животную ярость.
— Я упала, — произнесла она каким-то странным голосом.
— Похоже на укусы.
— Я же сказала, что упала. На изгородь с колючей проволокой, — неожиданно резким тоном заявила она.
— Возможно, тебе стоит показаться доктору. Выглядит это не слишком привлекательно.
— Мне не нужен доктор, — рявкнула Кейт.
— Может быть, ты хочешь рассказать о чем-то, что произошло на вечеринке? Не бойся, у тебя не будет неприятностей.
— На вечеринке ничего не произошло.
— Значит, ты там все-таки была и Дек не наврал?
— Нет!
— Но ты же секунду назад сказала, что была там. Мне необходимо знать, где проходила вечеринка, что именно там случилось и кто еще на ней присутствовал. Это очень важно, Кейт.
— Вы меня совсем запутали! И я не понимаю ваших вопросов!
— Почему ты врешь, Кейт? Ты кого-то защищаешь?
Она метнула на него злобный взгляд, и в глазах у нее вспыхнула такая ярость, что на мгновение Джоэлю показалось, будто он оказался лицом к лицу с оскалившейся собакой, он даже с трудом сдержался, чтобы не отшатнуться.
— Отвали к чертовой матери, — прошипела Кейт и, расплакавшись, повалилась на подушку, дрожа и не в силах остановиться.
Мать тут же подскочила к ней и с возмущением посмотрела на Джоэля.
— Вы расстраиваете мою дочь, инспектор. Кроме того, я желаю знать, почему вы задаете ей такие вопросы. Этого требует официальное расследование? Потому что, если нет, вам следует знать, что мой муж занимает солидное положение в адвокатской фирме и нам известны наши права.
Джоэль встал.
— Прошу меня простить, если я тебя расстроил, — сказал он Кейт. — Я ухожу. Спасибо, что согласилась со мной поговорить.
Джиллиан Готорн, не теряя ни секунды, проводила его до двери. На улице стало заметно холоднее, и ночной туман, точно дым, окутывал уличные фонари.
Джоэль остановился на пороге и спросил:
— Удовлетворите мое праздное любопытство, миссис Готорн. Это вы закололи шторы в комнате Кейт булавками?
— Не уверена, что это ваше дело, но я отвечу: Кейт сама их сколола. Она говорит, что ей плохо от яркого света.
— Но в ее комнате горела лампа.
— Она ей не мешает, — нетерпеливо проговорила миссис Готорн. — Кейт жалуется на солнечный свет.
— С каких пор?
— С сегодняшнего утра. С ней все будет в порядке. Скорее всего, она подхватила новый вирус гриппа, которым сейчас многие болеют.
— Не сомневаюсь, что так и есть, миссис Готорн. Надеюсь, Кейт скоро поправится. — Джоэль повернулся, собираясь уйти и чувствуя спиной ее злобный взгляд. Он уже знал, каким будет его следующий шаг, другого просто не могло быть. Он остановился и снова обернулся к матери Кейт, которая продолжала сердито смотреть ему вслед. — Последний вопрос, миссис Готорн. У вас есть собака?
— Собака? — Она нахмурилась. — Разумеется, у меня нет собаки. А почему вы спрашиваете?
— Спасибо за помощь.
Джоэль улыбнулся и зашагал по дорожке к своему мотоциклу.
Глава 21
После поспешного возвращения из Италии в Лондон Джереми Лонсдейл с внутренним трепетом позвонил Сеймуру Финчу, и ему назначили встречу с мистером Стоуном на половину девятого вечера того же дня.
Только сейчас, когда он сидел в кожаном кресле в библиотеке Стоуна и смотрел на горящие в камине поленья, Лонсдейла начал охватывать настоящий страх. Он ничего не мог поделать с отчаянно дрожащими руками, а левая нога, будто сама собой, заметно подергивалась. Ему требовалось чего-нибудь выпить, но Финч проводил его сюда без единого слова и ничего не предложил. Неужели они каким-то образом сумели понять, что он задумал? Эта мысль наводила на Лонсдейла ужас.
— Вы хотели меня видеть? — раздался у него за спиной голос Стоуна, мягкий и очень спокойный.
Лонсдейл вздрогнул и быстро обернулся. Вампир в длинном шелковом халате и черных брюках стоял за его креслом. Халат был распахнут, и Лонсдейл видел смуглую грудь.
— Я не думал, что вы так скоро вернетесь из Италии, Джереми. В чем причина столь неожиданного визита, который, вне всякого сомнения, доставит мне несказанное удовольствие?
— Я хочу кое-что с вами обсудить, — выпалил Лонсдейл.
Стоун медленно прошел по комнате и прислонился к каминной полке. На его губах играла улыбка, а блеск в глазах не имел никакого отношения к мерцанию огня в камине.
— Мне кажется, вы нервничаете, Джереми. Что-то случилось?
— Я пересмотрел свое решение, — заявил Лонсдейл.
— Какое решение вы имеете в виду, друг мой? — приподняв одну бровь, поинтересовался Стоун.
Лонсдейл тяжело вздохнул и без обиняков заявил:
— Сделка отменяется. Я хочу получить назад свои деньги.
Стоун молчал пару мгновений.
— Значит, вы больше не желаете войти в наше сообщество?
— Нет. Я хорошенько подумал, и, честно говоря, эта мысль приводит меня в ужас. — Лонсдейл откашлялся, изо всех сил пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Итак, если вы окажете мне любезность и переведете деньги обратно на мой личный счет, минус десять процентов комиссии, которые я с радостью заплачу, дело будет закрыто. Я счастлив, что сумел помочь вам, прибегнув к своим связям и влиянию. Надеюсь, мы сохраним дружеские отношения и, возможно, когда-нибудь станем деловыми партнерами.
Он встал и протянул Стоуну руку.
Стоун посмотрел на нее, но не сдвинулся с места.
— Мне пора, — сказал Лонсдейл решительно. — Меня ждут в Лондоне. Я уже сообщил о своем возвращении, добавил он.
Стоун рассмеялся.
— Хотите меня предупредить, что с вами ничего не должно случиться? Ну и ну! Вы меня принимаете за чудовище?
— Я этого не говорил.
Стоун подошел к письменному столу и нажал на кнопку.
— Прошу вас, садитесь, Джереми. Я не могу отпустить вас без стаканчика на прощание.
Лонсдейл колебался, прикусил губу и демонстративно посмотрел на часы.
— Ну, если только очень быстро.
В библиотеку вошел Финч с подносом в руках, на котором стояли два бокала и бутылка шампанского «Круг». Он поставил поднос, торжественно наполнил бокалы и вышел. Стоун протянул бокал Лонсдейлу.
— За будущее, — сказал он, поднимая свой.
— За будущее, — не слишком уверенно повторил Лонсдейл, осушил свой бокал и снова собрался встать. — Это было чудесно, а теперь…
— Куда вы так торопитесь? — спокойно спросил Стоун. — Выпейте еще. Это очень хорошее шампанское, разве нет? — Он молча наполнил бокал Лонсдейла. — Видите ли, Джереми, я знал, что вы мне собирались сегодня сказать. И поэтому приготовил небольшое шоу. — Стоун достал из кармана халата пульт и направил его на резные деревянные полки для книг слева от камина. Неожиданно они скользнули в стороны, и Лонсдейл увидел громадный экран. — Мы с вами посмотрим коротенькое кино.
— У меня нет времени на кино.
— Думаю, этот фильм вам понравится, — ответил Стоун, и в глазах у него вспыхнул огонь, который заставил Лонсдейла замереть на месте.
— Полагаю, обстановка вам знакома, — сказал Стоун, когда ожил экран; предостережение на его лице уступило месту веселью.
Лонсдейл с изумлением увидел на экране себя во время празднования Хэллоуина и церемонии посвящения. Его охватил почти непереносимый ужас, когда перед глазами у него замелькали кошмарные картины той ночи: девушка, подвешенная на цепях, клинок, со свистом рассекающий шею, точно тушу на колоде мясника, и кровавый дождь, который промочил его волосы и рубашку, прилипшую к телу. И все время этой жуткой оргии камера была направлена на него.
— Остановите! — со свистом выдохнул он, чувствуя, как отчаянно, угрожающе бьется в груди сердце. — Прекратите!
Стоун направил пульт на экран, на котором замерло изображение перепачканного кровью лица Лонсдейла и белые, закатившиеся глаза в прорезях маски.
— Видите ли, Джереми, правда заключается в том, что у вас уже нет выбора. И вы не можете отказаться от сделки. Нравится вам это или нет, вы стали членом нашей семьи.
— Под маской мог скрываться кто угодно, — с возмущением выкрикнул Лонсдейл. — Никто не докажет, что это я.
— Джереми, Джереми, вы считаете нас полными идиотами? Я вам показал всего лишь маленький отрывок. Если хотите, самые лучшие эпизоды той ночи. Мы сняли вас, когда вы направлялись к дому от своей машины с восхитительной Кейт Готорн, как вошли внутрь и надели маску. Думаю, ни у кого не возникнет сомнений, что это именно вы. Кроме того, у нас имеется запись ваших постельных развлечений с Лилит. Если меня не подводит память, там вы были без маски.
Лонсдейл сглотнул, пытаясь справиться с подкатившей тошнотой.
— Вы не сможете использовать ваши записи. Иначе вы выдадите себя и всю вашу компанию.
Стоун рассмеялся.
— Это не имеет ни малейшего значения. Нас нет, мы не существуем. И никто не может нам ничего сделать. Мы просто исчезнем. А вот вы… — Он пожал плечами. — Если мне будет позволено так выразиться, вы в полной заднице.