Джоэль посмотрел на дом. Свет на втором этаже погас, но кто-то продолжал наблюдать за ними в окно.
— Давай поговорим в машине. — Джоэль переложил металлический футляр на заднее сиденье, и Кормак сел на место пассажира.
— Камеры, да? — спросил Кормак, показывая на футляр.
— Да, — кивнул Джоэль, захлопывая дверь. — А теперь тебе лучше объяснить, в чем выражаются странности Дека и когда они появились?
— С тех самых пор, как соседская девушка умерла.
Джоэль удивленно посмотрел на него.
— Кейт Готорн умерла? Когда?
Кормак пожал плечами.
— Пару дней назад. Ужасно, правда? Просто угасла. Ее родители в жутком состоянии. Правда, мне они никогда не нравились. Настоящие снобы, особенно Джиллиан. Но теперь мне их жалко.
— А где сейчас Дек?
— У приятеля. Не хочет возвращаться домой. И ведет себя как-то не так.
— Ты его видел?
— Мне только пару раз удалось поговорить с ним по телефону. Он показался мне больным. Я ходил к нему, но Дек меня не впустил. — Кормак нахмурился. — Дек, конечно, маленький засранец, но он мой брат. Я за него беспокоюсь.
— Расскажи, где живет его приятель.
— Я покажу, куда ехать.
Джоэль бросил взгляд на футляр на заднем сиденье.
— Думаю, будет лучше, если ты останешься здесь, Кормак.
Глава 69
Кормак не хотел оставаться, но дал точные указания, и Джоэль довольно быстро отыскал квартал блочных домов на Бруэр-лейн в противоположной части Уоллингфорда. Инспектор оставил машину в тени, в нескольких ярдах от дома, и дальше пошел пешком, крепко прижимая одной рукой футляр к груди и размышляя о том, что он обнаружит в доме Мэтта. Металлическая винтовая лестница привела его на второй этаж, и там он нашел нужный номер квартиры.
Бледно-голубая дверь квартиры 22 была приотворена на дюйм. Джоэль прислушался к своим инстинктам и не стал стучать. Он приложил ладонь к изношенному дереву, рассчитывая, что петли не заскрипят, и бесшумно проскользнул внутрь. За дверью оказался узкий коридор, освещенный тусклой лампой, которая горела в комнате с открытой дверью. Соломон разглядел безвкусный ковер с цветочным орнаментом, уголок отклеивающегося плаката с Джеймсом Бондом на стене и край старого дивана, на котором лежала чья-то рука.
В комнате кто-то разговаривал. Джоэль замер, напряженно прислушался и узнал тихий голос Дека. Но к кому он обращался?
Через секунду Джоэль получил ответ — кто-то захихикал.
И раздался голос девушки.
Кровь Джоэля превратилась в лед. Почти не дыша, опасаясь зашуметь, он медленно расстегнул замки футляра и слегка приоткрыл крышку.
Этого оказалось достаточно — он сразу узнал то, что его интересовало. Тишину разорвал рев, пронзительный крик боли и ужаса.
— Что случилось, Кейт? — воскликнул Дек. — Что с тобой?
Джоэль захлопнул крышку, и крест исчез за свинцовой оболочкой. Он вбежал в комнату и увидел, как Кейт Готорн ползет по ковру, отчаянно пытаясь спастись. Она отпрянула, как загнанный в ловушку леопард — напуганная и опасная. Алые губы открылись, и Джоэль разглядел длинные изогнутые клыки. На подбородке Кейт осталось темное пятнышко, кончики пальцев покраснели от крови. Грязные волосы спутались, под белым прозрачным платьем ничего не было.
— Ты! — прошипела она. — Легавый.
Дек застыл на диване, с ужасом наблюдая за ними. Его глаза запали, щеки посерели. На шее виднелись многочисленные ранки, часть из них успела затянуться. По плечу текла свежая струйка крови, впитываясь в ткань грязной футболки, прилипшей к истощенному телу.
Он сделал неуверенный шаг к Джоэлю.
— Что ты с ней делаешь? Оставь ее в покое!
Джоэль тихонько толкнул его в грудь, и Дек упал обратно на диван.
— Это не Кейт. Кейт больше нет.
— Он лжет, — прошипела Кейт. — Не слушай его.
— Как долго это существо питается твоей кровью? — резко спросил Джоэль, указывая на Кейт Готорн.
Кейт вновь попыталась добраться до выхода, но он слегка приоткрыл футляр. Судорога боли заставила ее содрогнуться и упасть на пол. Джоэль увидел дым, поднимающийся над обнаженной кожей. Он закрыл крышку.
— Ты получила лишь малую дозу того, что там находится. Ты знаешь, что внутри? Понимаешь, что я могу с тобой сделать?
— Прекрати! — закричал с дивана Дек. — Зачем ты заставляешь ее страдать?
— Она вампир, Дек. Забудь о ней.
Юноша посмотрел на Кейт со слезами страсти.
— Мы любим друг друга. Мы всегда будем вместе.
— Она с тобой живет, верно?
Дек кивнул и показал в сторону чулана.
— Днем она там спит. Я о ней забочусь. И всегда буду заботиться. И ты ничего не можешь сделать, понимаешь?
— Этому нужно положить конец, — заявил Джоэль. — Если она будет продолжать питаться твоей кровью, ты станешь одним из них.
По щекам Дека потекли слезы.
— А мне наплевать. Я ее люблю, и весь разговор.
Лежавшая в углу Кейт начала понемногу приходить в себя после выброса энергии креста и с трудом приподнялась на локтях.
— Он меня любит, ты, жалкий мерзавец. Оставь нас в покое.
Джоэль покачал головой.
— Я сожалею о том, что должно произойти, — пробормотал он.
Дрожа от нетерпения, он протянул руку, чтобы открыть крышку и вытащить свое оружие. Вот теперь он узнает, как крест расправиться с вампиром. Кейт увидела, что он делает, и закричала.
Но тут в голову Джоэлю пришла новая мысль, и его рука замерла в воздухе.
— Как она сумела тебя найти, Дек? Ты сказал ей, где поселился?
Дек молча смотрел на него. Инспектор схватил его за ворот окровавленной футболки, поднял с дивана и сильно встряхнул, поразившись тому, каким легким стал мальчишка.
— Как она тебя нашла? — повторил Джоэль.
— Просто нашла, — пробормотал Дек. — Я не знаю как. Я сидел здесь, а она пришла. Не обижай ее, Джоэль. Черт возьми, не делай ей больно!
Джоэль отпустил Дека и задумался. Идея, которая начала у него формироваться, была совершенна безумной, но в вывернутой наизнанку реальности даже безумная идея показалась ему вполне разумной.
Он размышлял о потенциальной глубине отношений вампира и его жертвы. Один создает другого, и все идет по цепочке, один вампир за другим появляется из изувеченной оболочки человека. Стоун создал Кейт Готорн, которая пыталась спастись от силы креста, и ее связь с ним оставалась неразрывной; теперь же неопытная девушка-вампир, предоставленная самой себе, собиралась превратить Дека в следующее звено цепочки. Аналогичная связь существует между каждым вампиром и каждой его жертвой.
Стоун сделал Кейт вампиром в «Вороньей пустоши» — тут сомнений быть не могло, — однако он сумел найти ее дом в Уоллингфорде. А Кейт, в свою очередь, отыскала Дека.
Что их ведет? Какая-то экстрасенсорная способность? Ясновидение? Смутная физиологическая связь, позволяющая одному близнецу испытывать чувства другого, иногда даже знать местонахождение брата или сестры на огромных расстояниях, что отрицает любое рациональное объяснение?
Джоэль шагнул к ней.
— Где Габриель Стоун? — резко спросил он.
Кейт бросила на него злобный взгляд.
— Да пошел ты!
— Я ждал другого ответа, — сказал Джоэль и сделал еще один шаг. — Хочешь, чтобы я открыл крышку?
Кейт содрогнулась, опустилась на пол и застонала.
— Где он, Кейт? Скажи мне.
— Его нет, — выпалила она. — Он далеко отсюда.
Справа от Джоэля стоял книжный шкаф, набитый потрепанными книгами об уходе за автомобилями и двигателями, несколько старых томиков фантастики и детективов. Между руководством по ремонту «Субару» и «Классическими спортивными автомобилями» затесался большой атлас мира в твердом переплете. Он выглядел совершенно новым и лишним в коллекции книг Мэтта, словно достался ему в подарок и вынужденно занял место на полке. Продолжая сжимать в руках футляр, Джоэль вытащил атлас, открыл его, нашел большую карту мира на весь разворот, положил ее на пол и подтолкнул ногой к Кейт.
— Покажи, куда он направился. И я обещаю тебя освободить.
— Покажи ему, Кейт, — едва слышно простонал с дивана Дек.
— Никогда! — прошипела она.
— Думаешь, ты для него важна? — закричал Джоэль. — Он ушел. Стоун лишь играл с тобой. У тебя нет причин хранить ему верность.
Кейт молчала, на ее лице появилось безнадежное выражение. Она со страхом посмотрела на Джоэля, клыки исчезли, и, если не считать растрепанных волос и следов крови на подбородке и руках, она стала похожа на обычную девушку. Джоэль подумал об Алекс, и его сердце наполнила такая боль, что ему захотелось закричать.
— Ты можешь это сделать? — спросил Джоэль.
— И ты меня освободишь?
— Я обещал.
Кейт медленно, неохотно села и закрыла глаза. Ее голова опустилась на грудь, и она принялась раскачиваться, словно впала в транс.
В комнате наступила мертвая тишина, и Джоэль слышал, как бьется его собственное сердце.
Кейт протянула руку к раскрытой карте, и ее испачканный в крови указательный палец задрожал над страницами. На мгновение Джоэлю показалось, что его идея и в самом деле безумна, но затем лицо девушки приняло осмысленное выражение, и палец опустился на маленькое пятнышко, обозначавшее Англию, оставив красный отпечаток на бумаге.
— Он путешествует, — прошептала она.
Джоэль видел, как мечутся ее глаза под закрытыми веками, затем медленно — так движется перевернутый стакан по спиритической доске во время сеанса — палец начал перемещаться по карте, оставляя неровную красную линию, уходящую с запада на восток. Джоэль завороженно наблюдал, как палец миновал южную границу Нидерландов, пересек Германию, Чешскую Республику и двинулся по Венгрии. Затем дрожащий палец замер. Рука Кейт расслабилась, она опустилась на ковер и забормотала что-то невнятное.
Джоэль подхватил атлас и посмотрел на место, где стояла красная точка. Кейт провела линию почти через всю Европу, к северной границе Румынии. Воображаемый путь Стоуна заканчивался где-то в Карпатах.