Более важными, чем нефть, являются гигантские запасы подземных вод Ливии. Каддафи рассматривал возможность использования этих ресурсов в интересах Сахельского региона Африки. Теперь с этим покончено. Известные французские компании монополизируют доступ к этим ресурсам и будут использовать их с большей выгодой, возможно, для производства агротоплива. Но есть еще кое-что более важное. В 1969 году Каддафи потребовал от англичан и американцев покинуть базы, которые они держали в стране со времен Второй мировой войны. В настоящее время Соединенным Штатам необходимо найти место в Африке для своего Африкома (американского военного командования в Африке, важной составляющей военного контроля над миром, которое по-прежнему базируется в Штутгарте). Поскольку Африканский союз отказался принять его, ни одна африканская страна до сих пор не осмелилась сделать это. Лакеи, размещенные в Триполи (или Бенгази), безусловно, выполнят все требования Вашингтона и его натовских лейтенантов.
Составляющие сирийского восстания еще не заявили о своих программах. Безусловно, за народным взрывом стоит правый дрейф баасистского режима, перешедшего на позиции неолиберализма и проявляющего исключительную пассивность в отношении израильской оккупации Голан. Но нельзя исключать и вмешательства ЦРУ: говорят о проникновении в Дираа групп через соседнюю иорданскую границу. Мобилизация «Братьев-мусульман», которые ранее стояли за восстаниями в Хаме и Хомсе, возможно, является частью схемы Вашингтона, направленной на окончательное разрушение союза Сирии и Ирана, оказывающего существенную поддержку «Хезболле» в Ливане и ХАМАС в Газе.
В Йемене объединение страны произошло в результате разгрома прогрессивных сил, управлявших независимым Южным Йеменом. Ознаменует ли это движение возвращение к жизни этих сил? Этой неопределенностью объясняется нерешительная позиция Вашингтона и стран Персидского залива.
В Бахрейне восстание было подавлено с самого начала массовыми убийствами и вмешательством саудовской армии, и доминирующие СМИ (включая Al Jazeera) не смогли ничего сказать по этому поводу. Как всегда, двойные стандарты.
Арабский бунт, хотя и является его последним проявлением, не единственный пример, демонстрирующий присущую «зоне шторма» нестабильность.
Первая волна революций, если их можно так назвать, сместила некоторые диктатуры в Азии (Филиппины, Индонезия) и Африке (Мали), установленные империализмом и местными реакционными блоками. Но там США и Европа сумели пресечь потенциал тех народных движений, которые порой вызывали гигантские мобилизации. США и Европа стремятся повторить в арабском мире то, что произошло в Мали, Индонезии и на Филиппинах: «изменить все, чтобы ничего не изменилось». Там, после того как народные движения избавились от диктаторов, империалистические державы постарались сохранить свои основные интересы путем создания правительств, отвечающих их внешнеполитическим интересам и принципам неолиберализма. Примечательно, что в мусульманских странах (Мали, Индонезия) они мобилизовали для этого политический ислам.
Напротив, волна освободительных движений, прокатившаяся по Южной Америке, позволила добиться реальных успехов в трех направлениях: демократизация государства и общества, занятие последовательных антиимпериалистических позиций и выход на путь прогрессивных социальных реформ.
В преобладающем в СМИ дискурсе «демократические восстания» в странах третьего мира сравниваются с теми, которые положили конец восточноевропейскому «социализму» после падения Берлинской стены. Это не что иное, как обман, причем чистый и простой. Каковы бы ни были причины (а они были понятны) этих восстаний, они подписались под перспективой аннексии региона империалистическими державами Западной Европы (прежде всего, в интересах Германии). Фактически низведенные до статуса одной из периферий развитой капиталистической Европы, страны Восточной Европы до сих пор находятся в преддверии собственных подлинных восстаний.
Уже есть признаки, предвещающие это, особенно в бывшей Югославии. Восстания, потенциально способные привести к революционным подвижкам, можно ожидать почти повсеместно на трех континентах – в Африке, Азии и Латинской Америке, которые как никогда остаются зоной шторма, опровергая тем самым все изворотливые рассуждения о «вечном капитализме» и приписываемых ему стабильности, мире и демократическом прогрессе. Но эти восстания, чтобы стать революционными, должны будут преодолеть множество препятствий: с одной стороны, преодолеть слабости движения, прийти к позитивному сближению его компонентов, сформулировать и реализовать эффективные стратегии, а с другой – повернуть вспять интервенции (в том числе и военные) империалистической триады. Любое военное вмешательство США и НАТО в дела стран Юга должно быть запрещено, под каким бы предлогом оно ни осуществлялось, даже, казалось бы, благотворная «гуманитарная» интервенция. Империализм стремится не допустить в эти страны ни демократии, ни социального прогресса. Выиграв битву, лакеи, которых он поставит у власти, все равно будут врагами демократии. Можно только глубоко сожалеть, что европейские левые, даже претендующие на радикальность, утратили понимание того, что такое империализм на самом деле.
Господствующий сегодня дискурс призывает к применению международного права, в принципе разрешающего вмешательство в ситуацию, когда попираются фундаментальные права того или иного народа. Но необходимых условий, позволяющих двигаться в этом направлении, просто нет. Международного сообщества не существует. Оно сводится к посольству США, за которым автоматически следуют посольства Европы. Нет нужды перечислять длинный список подобных неудачных интервенций (например, в Ираке) с преступными результатами. Не нужно приводить и общие для всех них двойные стандарты (очевидно, имеются в виду попираемые права палестинцев и безоговорочная поддержка Израиля, бесчисленные диктатуры, до сих пор поддерживаемые в Африке).
Весна арабских народов, как и та, которую уже два десятилетия переживают народы Латинской Америки и которую я называю второй волной пробуждения народов Юга – первая развернулась в XX веке до контрнаступления, развязанного неолиберальным капитализмом/империализмом, – принимает различные формы: от взрывов, направленных против автократий, участвующих в неолиберальном строю, до вызова международного порядка со стороны «развивающихся стран». Таким образом, эти «весны» совпадают с «осенью» капитализма, закатом капитализма глобализированного, финансированного, обобществленного, монопольного. Эти движения, как и движения предыдущего века, начинаются с того, что народы и государства периферии системы возвращают себе независимость, вновь берут на себя инициативу в преобразовании мира. Таким образом, это, прежде всего, антиимпериалистические движения, а значит, антикапиталистические лишь потенциально. Если эти движения удастся объединить с другим необходимым пробуждением – пробуждением трудящихся империалистического ядра, то перед всем человечеством может открыться подлинно социалистическая перспектива. Но это ни в коем случае не предопределено «исторической необходимостью». Закат капитализма может открыть путь для длительного перехода к социализму, но с равным успехом он может поставить человечество на путь всеобщего варварства. На этот страшный исход работают и продолжающийся американский проект военного контроля над планетой, осуществляемый вооруженными силами США при поддержке их лейтенантов из НАТО, и эрозия демократии в странах империалистического ядра, и средневековое неприятие демократии в восставших странах Юга (в форме «фундаменталистских» полурелигиозных заблуждений, распространяемых политическим исламом, политическим индуизмом и политическим буддизмом). В настоящее время борьба за секуляристскую демократизацию является важнейшей для перспективы народной эмансипации, важнейшей для противостояния перспективе всеобщего варварства.
Глава втораяПровал американской геополитики
«Революция не изменила режим, но она изменила народ»
Со времени выхода в свет первого издания моей книги «Народная весна: Будущее арабской революции» (сентябрь 2011 г.) в Каире произошло много изменений, которые я вынужден учитывать. Будучи наблюдателем и участником политической жизни Египта, я также счел необходимым опубликовать на арабском языке обновленный вариант моего первого анализа происходящей революции. Книга на арабском языке под названием «Египетская революция после 30 июня» (английский перевод названия) вышла в сентябре 2013 г. после триумфа Сиси. Кроме того, в период с лета 2011 г. по весну 2015 г. я опубликовал около пятидесяти статей и интервью, в основном на арабском, французском, а затем и на английском языках.
Полезно напомнить читателю о событиях, которыми сопровождалась эта история, начиная с 25 января 2011 года, когда 15 миллионов демонстрантов потребовали ухода Мубарака, и эти требования были осуждены «Братьями-мусульманами»:
– 28 января 2011 г.: массовое бегство из каирской тюрьмы «Братьев-мусульман» и обычных преступников, освобожденных боевиками ХАМАС (Братья-мусульмане, управляющие Газой), которые незаконно проникли в Египет.
– 11 февраля 2011 г: Отречение Мубарака от престола в пользу Высшего совета вооруженных сил (ВСВС) во главе с маршалом Тантави.
– Март 2011 г.: реформа конституции, разработанная группой юристов, назначенных SCAF, близких к «Братьям-мусульманам», и поспешно принятая на референдуме.
– Октябрь/ноябрь 2011 г.: парламентские выборы, на которых победили «Братья-мусульмане» (50 % голосов) и салафиты (25 %).
– апрель 2012 г.: признание Конституционным судом парламентских выборов недействительными в связи с массовыми фальсификациями.
– июнь 2012 г. – проведение президентских выборов, досрочные сроки которых были определены маршалом Тантави с согласия посла США (Энн Паттерсон) и после освобождения Хайрата аш-Шатера (фактического верховного лидера «Братьев-мусульман»). От четырех до пяти миллионов голосов получает каждый из четырех основных кандидатов: два «Братьев-мусульман», включая Мурси, Хамдин Саббахи (насериец) и генерал Шафик (бывший министр Мубарака). Во втором туре Мурси одержал победу над Шафиком. По крайней мере, так поспешило заявить посольство США еще до того, как Конституционный совет вынес свое решение.