ставали от турецких султанов, старались дарами и предоставлением различных привилегий выразить свое благожелательное отношение к монахам монастыря Св. Екатерины. Монастырь получил земли и имел свои отделения в Греции, на острове Крит, в Палестине, Турции, Румынии, России и даже в Индии.
Появившийся в Египте Наполеон Бонапарт не изменил традиции и взял монастырь под свое покровительство. 19 декабря 1798 года он собственноручно подписал декларацию из девяти пунктов, в которой перечислялись привилегии монастыря. Более того, Бонапарт выделил деньги на реконструкцию стен монастыря, поврежденных ураганом 1798 года. Последующие годы не были благоприятны для монастыря. Он постепенно терял свои владения в Турции, Румынии, России и других странах, продолжая существовать в основном за счет паломников и своей библиотеки. В 1966 году с большой помпой было отмечено 1400-летнее существование монастыря с участием представителей православной церкви и Константина, в то время короля Греции.
Связи России и монастыря Св. Екатерины (независимой общины, действующей в системе восточной православной церкви) заслуживают того, чтобы остановиться на них подробнее. В этих отношениях есть и светлые и темные страницы. Русские цари и особенно царицы с большим трепетом относились к христианской общине синайских монахов. За счет пожертвований Русской православной церкви была построена в 1871 году высокая колокольня монастыря. В Одесской губернии монастырю были отписаны поместья, доходы от которых поступали в монастырь. К числу фактов духовного общения можно отнести посещение монастыря в 1870 году архимандритом Антонином (Андрей Иванович Капустин) — руководителем Русской духовной миссии в Иерусалиме. Он также был вдохновителем создания Императорского Православного Палестинского общества, возникшего в 1882 году с целью организации паломничества русских богомольцев к библейским местам в Палестине, а также научной и просветительской деятельности представителей православия. Архимандрит Антонин составил каталог некоторых греческих манускриптов монастырской библиотеки, в которой он обнаружил 38 текстов на старославянском языке. Монахи подарили Антонину, некоторые листы из этих манускриптов, которые датируются X веком и хранятся сейчас в киевской Центральной академической библиотеке.
Но есть и другие стороны наших отношений, которые вызывают жгучий стыд за свое отечество. Во время посещения библиотеки ее служитель, высокий бородатый грек, сообщил, что самым ценным памятником библиотеки считается Кодекс Сириакус V века. С этого тексту Евангелия монахи сделали копию между VII и VIII столетиями. Сама рукопись была открыта только в 1892 году. Прежде монастырская библиотека имела другую, более ценную реликвию, датированную IV веком, — Кодекс Синайтикус. Далее я приведу слова из текста брошюры, которую тысячами раскупают паломники и туристы со всех концов мира: ”Этот греческий список Библии… попросил немецкий ученый Тишендорф (Tischendorf) для русского царя на предмет научных изысканий. Он был послан в Санкт-Петербург и никогда оттуда не вернулся. В 1933 году советское правительство продало его британскому правительству...”. Монах показал копию нескольких листов Кодекса Синайтикус, который находится в Британском музее из-за нашего нецивилизованного отношения к этой святыне христианского мира.
Несколько слов скажу о том, как эта рукопись попала в Россию. Константин фон Тишендорф, ученый-богослов и путешественник, в 1840 и 1853 годах совершал поездки на Восток, в том числе на Синай. Из своего третьего путешествия, предпринятого за счет русского правительства, он в 1859 году привез в Петербург древнейшую греческую рукопись Библии, ставшую известной под названием Codex Siniticus. Она была издана в 1862 году к юбилею тысячелетия Русского государства. Поднесение императору Александру II Кодекса, сначала доверенного Тишендорфу синайскими монахами на время, состоялось в 1869 году. Тогда же Константин фон Тишендорф получил потомственное русское дворянство.
Но я забежал вперед. Когда мы прибыли в монастырь, уже стемнело. Въехали во двор, где останавливаются туристические автобусы и автомашины. Через некоторое время к нам вышел грек Михаил (в общину принимаются только монахи греки), который, как мы поняли, является ключником в монастыре, и расселил нас по комнатам. Мы оказались в комнате, где стояло пять железных солдатских кроватей с толстыми стегаными одеялами. Наученные бывалыми людьми, которые предупреждали нас о сильном холоде на Синае, мы попросили служителя гостиницы выдать нам по лишнему одеялу, на что он сразу же согласился.
Дорога, которая ведет на гору Синай (гору Моисея), довольно сложная. Считается важным встретить восход на этой горе, и поэтому отправляться нужно было довольно рано, ибо путь занимает два с половиной-три часа. Мы попросили служителя разбудить нас в два ночи. Ровно в два он забежал к нам в комнату и что-то выкрикнул. Мы спали очень настороженно, поэтому сразу проснулись. Выпили по стакану чая из термоса, оделись потеплее и вышли в звездную ночь. Несмотря на то что на мне был свитер и теплая, на подкладке куртка, холод все равно ощущался. Потом уже мы прочитали в газетах, что в это время на Синае температура воздуха была +4°.
На первом этапе подъем проходил довольно просто. Дорога была достаточно ухоженная и утоптанная, однако через некоторое время у нас начались сложности. Сначала мы наткнулись на большую группу лежащих верблюдов и их погонщиков. Это были бедуины Синайского полуострова, которые обслуживают всех желающих подняться на гору Моисея, но не уверенных в своих силах. Работы у них хватает: ведь ежедневно сюда прибывает около 400 туристов и паломников, большая часть которых отправляется по тропе Моисея на самую высокую гору этой местности. Многие, идущие в гору пешком, берут с собой посох и, так же как в библейские времена Моисей, поднимаются, опираясь на него. Мы не стали нанимать верблюдов и продолжили путь, светя себе под ноги фонариком. Я поднял глаза на небо и был поражен яркими большими звездами. Крупный светлый объект двигался по небу — наверное, советский или американский спутник. Я пытался найти знакомые мне созвездия Большой Медведицы, Орион, но так и не нашел, потому что это место близко к тропику Рака и всё звезды имеют здесь совсем другое расположение.
Через некоторое время из-за гор показался серповидный месяц, и мы пошли немного быстрее. Чем выше он поднимался, тем лучше можно было различить под ногами дорогу. На пути нам попался небольшой, сколоченный из досок сарайчик, где, несмотря на позднюю ночь, араб торговал различными прохладительными напитками и горячим чаем.
Арабы Синайского полуострова отличаются от арабов-египтян по своему физическому облику. Синай — это уже Азия. Здесь живут бедуины, по своему типу близкие к бедуинам Сирии и Саудовской Аравии. Они высокие, сухопарые, стройные, не похожи на несколько крупных и тяжеловатых египтян. И это вполне естественно: бедуины относятся к семитам, а египтяне — к хамитской группе народов, живущих в Африке.
Серп луны освещал под ногами крупные камни, валуны, но в целом дорога устроена хорошо. По словам монахов, египетское правительство построило эту дорогу в конце прошлого века специально для паломников. Наконец мы вышли на финишную прямую. Здесь начинается лестница в 850 ступеней, которые ведут на самую вершину. Лестница сложена из крупных каменных блоков, но марши различные, поэтому вслепую передвигаться нельзя. Но фонарь уже был не нужен: луна поднялась достаточно высоко и хорошо освещала все спокойным, тихим светом. Моему взору представилась совершенно фантастическая картина. Вокруг поднимались освещенные луной горы, похожие на зубы дракона, внизу можно было различить длинные белые полосы — это под лунным светом отражался песок долин. Некоторые ученые считают, что Синай был назван таким именем потому, что его горы похожи на зубы (по-арабски ”син”).
Последние метры нашего подъема были чрезвычайно сложными. Мы выбивались из сил, приходилось через каждые 150-200 метров отдыхать. Долгая дорога, почти пять часов езды на автомашине и практически бессонная ночь давали о себе знать. Но мы упорно двигались вперед, желая до конца испить эту чашу познаний.
На вершину горы мы ступили уже с первыми проблесками зари. Порозовевший восток постепенно становился все более и более красным. Вдруг мы увидели, что на площадке, где мы стояли, возникло какое-то движение. Оказывается, здесь прямо в скалах есть небольшие комнатки, куда еще днем приходят паломники и туристы, с тем чтобы не утруждать себя путешествием по ночным горным кручам. Рядом с нами уже стояли несколько американцев, которые настраивали свои фотоаппараты. Потом из спальных мешков появились израильские туристы. Зашевелились, как можно было понять из разговора, и западные немцы. Светало. Очертания гор представали уже в новом свете. Находясь на самой высокой точке, мы силились увидеть Красное море. Опаловый свет еще не взошедшего солнца освещал окрестности. Потом появился небольшой кусочек его диска, и дневное светило быстро стало подниматься от горизонта. Горы приняли более резкие очертания. Пейзаж менялся буквально на глазах.
Гора оживала. Здесь, на вершине, пристроился араб, который уже готовил чай на примусе, предлагал утомившимся от подъема туристам воду, печенье и какие-то сладости. Откуда-то из щелей повыползали новые туристы, а те, которые провели здесь долгую ночь, собирались в обратный путь. В это время подходили другие, цепочкой растянувшись по длинной тропе. Постепенно собралась небольшая группа японцев, которые, на удивление всем, достав небольшие книжечки, что-то громко пропели на своем языке.
На самой вершине горы построено прямоугольное здание часовни Св. Троицы. Она, естественно, была закрыта. Видимо, молебны в часовне происходят только по каким-то памятным датам. Рядом с ней сооружена небольшая мечеть, и это соседство не случайно. Именно здесь, на вершине, Моисей, почитаемый последователями трех мировых религий — иудаизма, христианства и ислама, получил скрижали с десятью заповедями.