чень громко, можно поднять всю улицу, а не только Питера и Джеки. Ну а во-вторых, свистеть я не умела. Вообще. Что существенно снижало шансы на успех. Конечно, можно громко постучать в дверь и попросить позвать друзей на прогулку. Вероятно, это поможет всем проснуться. Но что-то заставляло меня сомневаться, что миссис Уильямс оценит прогулки детей в четыре утра… Еще подумает, что я сумасшедшая, – фыркнула я, представляя испуганное лицо миссис Уильямс. Решение пришло само собой, когда под моими ногами захрустел гравий, щедро рассыпанный вокруг дома Уильямсов. Ну, конечно! Любой младенец знает, что будить друзей нужно чем-нибудь бросаясь в их окна! Как я могла забыть?!
Набрав пригоршню серых, по-утреннему влажных камешков, я принялась швырять их в прикрытое окно детской. Получалось как-то не очень. Какие-то камешки мягко ударялись о покрытую ажурным плющом стену и бесшумно исчезали в листве, какие-то, лишь слегка царапали стекло, а некоторые и вовсе не долетали. Нет, так не пойдет, – поняла я и переключилась на метательные снаряды покрупнее.
С ними дело пошло веселее, первых четыре голыша ударились о стену, но не молча, а с веселым хоп!хоп! Воодушевившись, я принялась метать камни поприцельней. Хоп! Ближе! Хоп! Еще ближе! Хоп! И тут отличный кругляш неожиданно залетел в соседнее, широко распахнутое окно! Раздался страшный грохот, загудели сердитые взрослые голоса и я испуганно нырнула в кусты!
Сидя в своем укрытии я наблюдала, как мистер Уильямс, отдернув шторы, выглянул в окно, возмущенно вертя головой в разные стороны. Интересно, что так грохнуло? Не похоже, что бы что-то разбилось, но может, сломалось?
Когда голова мистера Уильямса скрылась за решительно задернутой шторой, а голоса постепенно смолкли, я на четвереньках выбралась из своего укрытия. Нерешительно посмотрев вверх, я столкнулась взглядом с Джеки, прижавшей палец к губам, Понимающе кивнула и попятилась обратно.
Через несколько минут гравий зашуршал под чьими-то осторожными шагами и в кусты юркой ящеркой пробралась Джеки, а за ней, весьма неуклюже пролез сонный Питер.
– Лисса, что случилось? – тут же начала тормошить меня Джеки. – Говори скорее.
– Сейчас я сообщу вам кое-что крайне важное, – многозначительно посмотрев на друзей, сказала я. – Но нужно торопиться.
– Да торопимся мы, торопимся, только куда, непонятно? – позевывая, пробормотал Питер.
– Я знаю, где прячутся похитители! – выпалила я, с удовольствием наблюдая, как сон мигом слетел с друга. А Джеки, так та вообще, тут же вскочив, принялась энергично выбираться из кустов.
– Эй, ты куда? – растерянно поинтересовалась я.
– Куда, куда? За папой, конечно! – пожала плечами Джеки, – или ты собралась ловить злодеев собственными руками?
– Э, нет! Так дело не пойдет! – выскакивая и перегораживая ей дорогу, запротестовала я. – Сначала нам нужно убедиться, что бандиты там, где я думаю, а потом идти за твоим папой и за моим дедушкой!
– Лисса права, – неожиданно поддержал меня Питер. – Если мы сейчас вытащим папу из постели, а похитителей на месте не окажется, здорово нам достанется. Он и так из-за цветочного горшка злой.
– Так это был цветочный горшок? – встрепенулась я, узнав, что так грохнуло.
– Ага, мамина любимая бегония. Но не волнуйся, он не разбился, всего лишь земля рассыпалась, – великодушно утешила меня Джеки. – Так, где ты говоришь, прячутся эти мерзкие похитители младенцев?
– Я думаю, они сидят в домике с привидениями! – наконец-то сообщила я свою догадку.
– Ты уверенна? – недоверчиво покосился на меня Питер.
– Абсолютно, – кивнула я головой. – Я думаю, это они разрушили штаб, чтобы напугать нас. И когда я видела чью-то тень за домом, это наверняка прятался один из похитителей. Хотел убедиться, что мы ушли. И наши пирожки тоже украли они. Злодеи, вероятно, боятся показаться в городе, а сами голодные, вот и воруют всю еду, что под руку подвернется. И нужно торопиться, пока они не проснулись, иначе они так спрячутся, что никто в жизни их не найдет! – заключила я, чувствуя себя всемирно признанным сыщиком.
– Резонно, – важно кивнул Питер. – Так что, пошли спасать младенца? – и мальчик решительно направился в сторону ручья.
По пути к дому с привидениями мы составляли план. Было решено подкрасться к дому с трех сторон, убедиться, что похитители прячутся именно там и незаметно отступить для вызова подмоги. Я должна была проползти со стороны старых дубов, Питер с ручья, а Джеки от калитки.
Напомнив о важности остаться незамеченными, Питер бесшумно исчез в ивовых зарослях, Джеки мягко заскользила вдоль забора, а я на цыпочках побежала к покрытым мхом дубам. Добравшись до зеленых великанов, я, профессионально поплевав на ладони, подпрыгнула, ухватилась за довольно-таки толстую ветку и, подтянувшись, забралась на дерево. Как ни возмущалась моя бабушка, а все-таки гимнастические упражнения под руководством Питера не прошли даром! Обхватив ствол руками, я принялась гордо обозревать окрестности, но тут же, охнув, присела. На поляне, прямо перед домом горел маленький костерок, а перед ним сидел щупленький мальчик и что-то варил в котелке. Конечно, я обрадовалась, что моя теория подтвердилась и привидение теперь разоблачено. Но, что-то было не так. Озадаченно разглядывая таинственного незнакомца, я прикидывала, что ему явно не больше восьми – девяти лет, неужели он и есть тот самый, страшный похититель? Задумчиво переведя взгляд к калитке, я обомлела. В приоткрывшейся двери торчала багровая от ярости физиономия Джеки, а косички, как никогда воинственно топорщились с обеих сторон! Сообразив, что подруга собирается сделать, я, уже не прячась, закричала:
– Джеки, не смей! – но было поздно. Стремительным коршуном девочка метнулась к бродяжке и, повалив того на землю, принялась молотить по нему кулачками выкрикивая:
– Где малютка, змеиная твоя душа?! Где младенец? Говори, а то прибью?!
Совершенно позабыв про высоту, я кубарем слетела с ветки и, вскочив, бросилась к дерущемуся клубку. Мальчик, видно отойдя от первого испуга, отбивался изо всех сил, крича, что мы чокнутые и не брал он никаких младенцев!
Объединившись с подоспевшим Питером, мы с трудом растащили дерущихся. Кое-как отдышавшись после жаркой схватки, Питер спросил незнакомца:
– Ты кто?
– Я Сэм, – недовольно буркнул мальчик, приглаживая растрепавшиеся волосы.
– А что ты тут делаешь, Сэм?
– Я тут живу. – пожал тот плечами.
– Неправда! Неправда! – немедленно закричала, все еще разъяренная Джеки, – Это дом друга дедушки Лиссы, а ты не он!
– Отцепись, а? – недовольно поморщился Сэм. – Я живу здесь временно. Пока не накоплю денег на билет до бабушки.
Я с невольным уважением посмотрела на нового знакомца. Вот, ведь, какой интересный. По возрасту младше меня, а поди ж ты, к бабушке самостоятельно ехать собрался!
– Ага, а деньги ты зарабатываешь, воруя из цирка младенцев, да? – ехидно поинтересовалась Джеки.
– Зачем мне какие-то младенцы? – недоуменно протянул мальчик. Я уже хотела рассказать ему о пропаже малыша из цирка, когда Сэм изменился в лице, как будто о чем-то догадавшись.
– Что ты сказала? – прошептал он внезапно побледневшими губами. – Из цирка пропал младенец? Мисси похитили?
А так как мы растерянно молчали, то Сэм бросился к Джеки и принялся трясти ее за плечи.
– Чего ты молчишь?! Отвечай! Мисси похитили?!
– Да не знаю я, не знаю! – не менее громко завопила подруга, вырываясь из цепких рук мальчика. – В газете просто написали, что из цирка пропал ребенок. Или его похитили. А Мисси это была, или кто другой, там не говорилось!
– Подождите, – остановил нас Питер, а с чего мы вообще решили, что это был младенец? Там об этом что-нибудь говорилось?
– Вроде бы нет, – постаралась вспомнить Джеки. – Там писалось – ребенок, ну мы как-то так сразу и решили, что он совсем кроха…
– Никакой он не кроха, – внезапно отворачиваясь, буркнул Сэм. – И никто его не похищал. Я сам от них ушел.
34
Вот так новость! – мы все растерянно уставились на Сэма.
– Ты хочешь сказать, что ты и есть тот ребенок гимнастов? – первым придя в себя, уточнил Питер.
– Да, – угрюмо кивнул мальчик.
– Но, зачем ты убежал от родителей? Да еще и из цирка? Меня бы ни за какие калачи оттуда не выманили, – Питер недоуменно потер лоб.
– Выманили бы, еще как, выманили, если б родители тебя разлюбили, – тяжело вздохнул Сэм и рассказал нам свою печальную историю.
Оказывается, раньше родители очень любили Сэма. Они покупали ему красивые вещи, разные игрушки, сладости. По вечерам мама читала мальчику сказки, а в выходные они всей семьей отправлялись на пикник. Сэм, как и его родители, выступал в цирке и ему аплодировали, потому что он очень ловкий! А потом появилась маленькая сестренка Мисси и все изменилось! Теперь, мама не читала Сэму сказки, а говорила, что он уже большой и может почитать сам. Прекратились и пикники. – Они все время возились со своей Мисси, – скорбно подняв бровки, жаловался мальчик. Еще хуже стало, когда малышка научилась ходить. Она залазила в ящик с игрушками Сэма и разбрасывала их, или ломала! А родители просили ее не ругать, потому что она маленькая и ничего не понимает. И еще говорили, что не нужно быть жадным. – А я не жадный, я справедливый! – возмущенно добавил Сэм. – Я ее игрушки никогда не ломаю! В общем, терпел Сэм, терпел, а потом решил – все, хватит! И убежал к бабушке.
Слушая мальчика, я горестно размазывала по лицу слезы, представляя, как ему было обидно. Я всегда мечтала о маленькой сестренке. Или братишке. Но даже не представляла, что это так трудно.
– А почему ты живешь в доме с привидениями, а не у бабушки? – сочувственно поинтересовалось Джеки, прерывая невеселую историю.
– Потому что у меня не хватило денег на билет, – сокрушенно признался мальчик. – Я решил идти пешком, а по дороге зарабатывать цирковыми номерами. Но, пока денег не хватает. Даже наоборот, пришлось потратить все, что я вытащил из копилки, – и Сэм горько заплакал. Мы тут же бросились обнимать и утешать нашего нового друга, а Джеки пообещала обязательно что-нибудь придумать, чтобы помочь.