От удара, пробившего его грудь, могучий воин покачнулся и упал на спину, громко хрипя пузырьками крови, выступившими на его губах.
– Хрррргрр, – завопили мои воины и бросились на неудачников, те побросав мешавшее им бежать оружие, стали убегать с поля боя бросая своих раненых товарищей, но умудрившихся подхватить ещё живого толстяка и утащить его с собой.
Из всего отряда, осталось пятёрка выживших воинов, со своим вождём, посмевшим меня обвинить в чёрной лжи.
– «Да отсохнет его лживый чёрный язык, этого сына скунса и пустынного скорпиона. Да будет вечно мучиться в саванне его чёрная душа», – проорал я и приступил к осмотру трофеев выпавших из бежавших воинов.
Трофеи были, несомненно, богатые, а именно, – двадцать неплохих копий. Одно очень хорошее, которое я оставил себе и отобранное у трупа убитого мною вождя. Боевой топор, предводителя воинов, который, я тоже оставил себе, штук десять луков вместе с колчанами стрел для них.
Боевые ножи, два из которых, я тоже оставил себе, полотняная накидка второго вождя, из которой я собирался сшить шорты и трусы, ещё материя. Походная утварь, вроде котелков, огнива и кресала с трутом и нескольких неплохих кожаных поясов с ременными петлями для оружия.
Выбрав, самый приличный пояс. Я нацепил его на себя и увешался оружием, справа у меня висел мой верный хопеш, слева приобретённый боевой топор.
На грудь я повесил перевязь с ножами, которые условно можно было назвать метательными, и бывшими абсолютно вычурной формы с тремя разнонаправленными изогнутыми лезвиями, сзади висел мачете. В руках у меня был щит и копьё, крокодилий череп, я не стал одевать.
Все трупы, и тяжелораненых врагов, мы стащили к реке и, выманив пару крокодилов на эту наживку, тут же их убили. А потом уже закинули трупы в жёлтые воды реки.
Были ещё и пленные, и было их целых семь человек, каждый из которых был ранен. Но людей у меня было мало, и я надеялся перевоспитать этих пленных, а то работать на полях некому было. А рабов у меня не было, так что сгодятся и эти, вдруг им понравится у нас жить.
Незаметно к нам пристроился и наш пропавший лазутчик, которого я увидел уже непосредственно, перед деревней. Послушав его лживое лепетание, о том, что он сбил в кровь все ноги, с помощью которых он и пытался нас догнать.
Я выбил из его рук копьё, а потом провёл над ним экзекуцию. Двое других воинов его держали на земле, подняв его ноги на уровень моих глаз. Внимательно рассмотрев их, я понял, что негр врёт, как я с самого начала и думал. И на его ногах, кроме старых мозолей, похожих на дубовую кору, больше ничего и не было.
Но это мы сейчас поправим, и древком шеста я стал бить его по ступням. Упарившись, но, так и не добившись появления крови, я счёл наказание за лживый язык достаточным, и воины отпустили его.
Тот не мог стоять, а только плакал, стеная, что его не так поняли, на что получил прямым в голову, прикусил язык и тут же заткнулся. Дальше мы пошли в молчании, а лживый лазутчик, догонял нас, передвигаясь на четвереньках, и ещё тянул на себе груз крокодильей кожи, что привязали ему на спину.
Предателей, вообще надо изгонять, или убивать, но человеческого ресурса у меня было мало, да и они тут все такие, так что работаем с тем, что имеем.
Возвращение, нашего отряда получилось триумфальным, плюс свежее крокодилье мясо, основательно подняло настроение всех жителей. А пленные были изрядно удивлены происходящим, а особенно необычным видом хижин деревни и стали удивлённо перешёптываться между собой.
А потом, я совершил глупость, с точки зрения обычного негра того времени. Я стал лечить раненых, нет не только своих, которых стал лечить в первую очередь. Я стал лечить и пленных, вправляя переломы, обёртывая им лечебными листьями раны, останавливая кровь и так далее. И делал это достаточно профессионально, отчего раненые сразу почувствовали, лечебный эффект.
Это вызвало удивление у всех, и не только у раненых, а потом я произнёс речь, что мы все одного племени и цвета крови и название у нашего племени общее – БАНДА.
Ну и дальше, стал им заливать о мире, дружбе, только через подзатыльники, и о жвачке «Педро», вместо которой у нас было обезьянье мясо. Речь удалась, только слов было мало в их языке, и не весь смысл моих слов, дошёл до их недалёких умов, но поняли они меня, я надеюсь, как надо, так что, цель, я считаю, была достигнута.
Приближался сезон дождей, и второго отряда можно было ждать, только через полгода. Пока… остатки этого отряда доберутся до старшего вождя, пока… он соберёт воинов, которые не сильно будут готовы идти на сумасшедшего вождя, который вдвое меньшими силами разбил их отряд, там уже и дожди польют.
Мне же нравилось, что я был вооружён и очень опасен, и теперь следовало расширять свою убогую деревню, а то действительно, силен, могуч, и гоняю стаи туч, а ни одной нормальной женщины рядом нет, ужас просто!
Вечером, мы попрыгали вокруг костра, гнусавя разными голосами ритмичную песню, слова которой, сами собой всплывали у меня в голове. Разожгли огромный костёр и зажарили для племени здорового бабуина, а для меня, не менее здорового крокодила.
Но некоторые из моей деревни, заглядывались на пленных негров, оценивая их упитанность и наверно прикидывая, какая часть их тела наиболее вкусна. Наплясавшись и наевшись, я отправил негров в "зиндан", специально выкопанный для такого дела и накрытый сверху деревянной решёткой и выставив там часового, сам тоже решил невдалеке от него "прикорнуть", а то мало ли что.
Проснусь поутру, а там либо пленных уж нет, потому что сбежали, пользуясь халатностью охраны объевшейся в честь великой победы, либо останутся от них одни рожки да ножки, что в переносном смысле, было абсолютно верным. Но слава Богу, всё обошлось, или слава Аллаху, потому что Дарфурский султанат, был ближе всего и мусульманство, проникало всё сильнее, но поутру, все пленные были живы и даже стали поправляться.
Глава 5. Приобретая – расширяй
С этого дня, я стал обрабатывать пленных, чтобы они приняли мою… нет не веру… сторону. Кормили их хорошо, раны я лечил, отчего на меня обижались местные, но я и их смог успокоить, выдернув, несколько больных зубов у желающих.
Дальше пошла текучка и через две недели, все семеро воинов, приняли моё предложение остаться у нас. Оружие мы им пока не дали, но сытная кормёжка, просторные хижины, им понравились. В основном они работали на полях, но через две недели, уже начинали заниматься тренировками с моими восемью воинами, но я всё равно за ними приглядывал, а по ночам, Мапуту по-прежнему сидела у моего очага, охраняя мой сон.
Время от времени, я приглашал к себе, то одну, то другую женщину, но не испытывал к ним ничего. Вот и получалось, что всё моё будущее, зависело только от моих потребностей и желаний. Возвратиться в свой мир, не было никакой возможности. Искать европейцев, чтобы попасть в полурабство, ради еды и общества, которое будет ко мне относится как слуге, мне вообще не улыбалось.
Оставалось лишь одно, это развивать себя и окружающих, делая их добрее, человечнее и умнее…, ну это я шучу. Это и в развитых странах, не срабатывает, а здесь уж тем более. Так что буду строить здесь тиранию или деспотию самого чёрного разлива.
Захваченные в плен воины, принесли мне немного информации, так как жили в большом селении и получали относительно свежие новости отовсюду. В принципе, я уже и так об этом догадывался, но всё же.
От них я узнал, что на северо-востоке от нас лежал Дарфурский султанат, а далеко на западе Камерун, давно захваченный немцами. На юго-западе, в густых джунглях Конго, хозяйничали бельгийцы. На востоке и юге были французы и британцы. Но сюда, ещё никто не добрался, так что пока можно было спать спокойно моей чёрной душе.
Через несколько дней должен был начаться сезон дождей, и атаки на своё селение я не ожидал, но мало ли что. И я на всякий случай разослал по опасным направлениям, подростков, вручив им примитивные дубины и ножи, захваченные в бою. Сделав из них два патруля по два человека и ещё дополнительно к ним наблюдательный пост, где дежурили двое, сидя на высоком баобабе, что называется на танкоопасном направлении.
В одном из них, была и та худая быстроногая девочка, что предупредила нас в прошлый раз. Звали её Нбенге и она приходилась внучкой старухе Мапуте, что ежедневно сторожила мой сон. По закону подлости, а он в отличии от многих других законов, работает всегда. Мне посчастливилось вторично встретить людей старшего вождя за короткий промежуток времени.
Я конечно обрадовался, но всё же проявление такой заботы о моей скромной персоне в ранге младшего вождя, от старшего вождя, было несколько пристальным.
Я бы, с удовольствием отказался от такого пристального внимания к моей чёрной персоне, но видимо у старшего вождя были другие планы на меня и он хотел, как можно быстрее поделиться ими со мной, отчего повторно направил в моё селение усиленный отряд воинов.
А ведь был ещё и главный вождь племени банда, так что мне надо было готовить много, много подарков для "дорогих" гостей. И я сейчас усиленно думал, напрягая свою голову в мелких чёрных кудряшках, как бы так встретить гостей, чтобы они умылись своей кровью и надолго забыли дорогу сюда.
Весть об отряде, опять принесла быстроногая девчонка Нбенге и быстро тараторя, выложила мне всю доступную ей информацию. Отряд был большим, не меньше пятидесяти человек и вёл его кто-то из помощников старшего вождя. Увидели они его издалека и Нбенге, сразу бросилась сюда, а остальные мальчишки, начали отступать не выпуская отряд из вида. Вообще, я много времени уделял подросткам.
Учил их считать, обращаться с оружием, делать хижины и постоянно защищал их от взрослых. Когда надо подкармливал, а иногда рассказывал сказки, слушая которые, дети замирали, широко открыв рот.
Особенно им нравилась сказка "О хозяйке чёрной горы и её чёрного кузнеца" и про Бабу-Ягу, что питается исключительно детьми. Как завороженные они слушали его, испуганно блестя чёрными глазёнками, а потом боясь идти в свои хижины, и поэтому всей толпой шли к моей и засыпали, рядом с ней, возле костра.