— Я уже на третьем курсе, — заявила одна из подсевших с крупным пирсингом на лице. — Ну, была. Тоже хотела свернуть в гистопатологию.
— Молодец, — доктор отхлебнул что-то заменявшие здесь чай.
— Какие бы вы могли дать нам советы? — продолжала наседать вульгарно накрашенная брюнетка с глубоким декольте.
— Не прогуливайте пары, — буркнул он, лишь бы отцепились.
Но эта четверка нашла его замечание очень остроумным. Они громко захохотали, а сидящая к нему по левую руку даже положила ладонь ему на плечо.
От взрыва женского хохота Айлз вдруг проснулась, удивлённо моргая. Что за курицы тут ржут как лошади? Она обернулась на источник звука и едва снова не ляпнулась лицом в тарелку. Док сидел окружённый девицами, которые то и дело липли к нему. Джо хихикнула и ткнула ложку в десерт, совсем забыв, что в отличии от дока предпочитает сну еду. Но она все равно продолжала краем глаза наблюдать за этим цирком.
— У вас такой хвостик милый, — та с вырезом коснулась его прически. — Вам очень идёт.
— Да, открывает вид на ваши глаза, — пирсингованная заправила торчащую в бок прядь чёрных волос дока ему за ухо. — Серый, мой любимый цвет.
Дакота тоже заметила эту клоунаду и хмыкнула, зачерпнув суп.
— Похоже, наш док пользуется популярностью.
— Да, — зажатый между Себастьяном и Джимом Питер ревностно фыркнул. — Местные куртизанки отчего-то находят его привлекательным.
— Ну, может найдёт себе какую-нибудь красотку, — улыбнулся мистер Вудс.
Джо смотрела себе в тарелку.
Брюнетка пока всё теребила несчастный хвостик Александера.
— Не думала, что это может быть так красиво, — она наклонилась к нему ближе, переходя на шёпот. — Если бы все доктора были такими как вы, я бы может и не прогуливала пары.
Док вздернул брови, удивлённо повернувшись на неё.
— Думаешь?
— О, я знаю.
— Я бы не спешил с вывода…
Договорить он не успел. Брюнетку и следующую за ней девушку вдруг отодвинуло в сторону. Джо яростно хлопнула своим подносом около его, плюхнувшись на скамейку рядом. Она с вызовом глянула на сидящих по другую руку от Александера студенток.
— Чё вылупились?
Оставшиеся двое тоже немного отодвинулись. Буквально посидев ещё с минуту, они встали и отошли немного, сгруппировавшись вчетвером и шепотом что-то обсуждая, не отводя взгляда от дока. Айлз скептично хмыкнула и на вопросительный взгляд дока стащила с его волос резинку:
— И херню эту сними, — она яростно вонзила ложку в десерт. — Устроил тут шоу.
Док мог с уверенностью сказать, что ему почти нравится это место. Конечно, не из-за повышенного внимания к его скромной персоне, хотя и для такого интроверта, как он — это было лестно. Тут он наконец-то вспомнил, как иногда спят люди. Вы только представьте: не сидя в машине, когда каждое неловкое движение водителя отражается новой шишкой или ушибом на многострадальной голове Хантера, не на забитом матрасе и собственном ароматном халате, а на кровати, обыкновенной кровати. Он даже был почти не против общества студенток: впервые за долгое время его никто не затыкал, когда он начинал использовать медицинские термины и формулировки, напротив, его увлеченно слушали. Здесь достаточно еды и воды, есть тёплый душ, а главное — выбор собеседников. Конечно, за время пути он смирился, что не скоро избавиться от их очаровательной компании, но чувство запертости и безвыходности никогда не покидали его. Здесь же он мог даже позволить себе отвечать на флирт, мог позволять себе грубить, не боясь, что ему за это врежут, а самое главное — он наконец-то смог забыть о пшеничных волосах. Сон всё ещё беспокоил его, но Александер стал учиться его игнорировать.
Единственной его проблемой здесь была потеря лучшего друга. Хантеру казалось, что у него вырвали кусок сердца и даже не сказали спасибо. Без халата он ощущал себя беззащитным и голым. При этом, если бы Александер надел его на голое тело, то обоих бы всё устраивало. Да, он проверял.
Впрочем, верные поклонницы поспешили на помощь и подарили доктору новый белоснежный халат, от которого пёрло чистотой, а не спиртом. Конечно, это было уже что-то, но Александер не мог так просто забыть верного товарища.
Питер мог с уверенностью сказать, что ему тут абсолютно не нравится. Поначалу он был в восторге: он искренне поверил, что нормальная реальная даже в условиях сегодняшних реалий. Его будничная недоверчивость и паранойя спокойно уснули в окружении кучи счастливых людей, которые ни о чем не переживали.
Этот институт стал одним из множественных оазисов человечества, каким должна была стать и Нью-Йоркская мэрия, если бы не то досадное происшествие с Келлером. Большинство обитателей этого мирка не встретились с ужасами нового быта: при первом предупредительном выстреле они смогли укрыться за стенами образовательного учреждения и спинами вооруженных сил, так что недавно прибывшую компанию никто не обделял вниманием. Одни считали их местной достопримечательностью, иные — чем-то неизведанным и опасным.
Но чуйка Питера спала недолго. Со временем мирок, в котором они очутились, стал казаться ему гротескным изображением чего-то утопичного и почти нереального даже до инфицированных. Идеальные лужайки, вкусная еда, свежие технологии… Да, здесь были даже телевизоры, хотя буквально день назад Пит и его спутники даже о пашущем радио мечтали с недоверием! Выяснилось, что работать остался один федеральный канал, который регулярно вещал одну и ту же запись с банальной никого не увлекающей информацией о смертельно опасном вирусе, самоизоляции и регулярном чтении молитв всем известным божествам.
Ривер ковырял кусок стейка под бодрое рассуждений поклонниц дока, могут ли заразиться животные, ведь науке известны штампы коронавирусной инфекции собак, кошек и некоторых парнокопытных. Наконец, он окончательно сдался и отодвинул от себя тарелку.
— Совсем зажрался, Ривер? Говядину не ешь? — сержант, который уплетал уже вторую порцию, кинул жадный взгляд на отвергнутую тарелку шатена.
— Я просто не голоден, Джим.
— Не голоден он, — он уже потянул руку к блюду, но вспомнил о приличии и окинул взглядом собравшихся за столом. — Никто не хочет? — все отрицательно мотнули головой и только Вудс не шевелясь смотрела на блондина. — Рейч?
— Что? — она мотнула головой, будто смахивая с себя что-то и тут же зарделась. — Нет… Спасибо, что заботишься… — она робко отвела взгляд, утыкая нос в свою тарелку, где красовалась почти нетронутая горстка гороха.
— Да ну пожалуйста… Наверное, — он тут же притянул к себе тарелку и, ещё не прожевав второй кусок, сунул в рот третий.
Одна из девушек, которая чуть ли не лежала на доке, обернулась и замахала кому-то.
— Софи! Софи, иди к нам!
Через секунду к ним подошла неловкая девушка с очками в нелепой оправе. Её собранные в лёгкий пучок чёрные волосы вились маленькими частыми кудряшками, норовя выбиться из теснящего их плена резинки. Софи аккуратно села между подруг и извиняющимся взглядом из-под приспущенных очков окинула компанию новичков.
— Знакомься, Софи! Это Митчелл — он работал в спецназе, Джо — она вроде гимнастка, капитан Вудс, — Себастьян сидя отвесил шуточный поклон, — Просто обворожительный мужчина, Рейчел — внучка обворожительного мужчины, Питер, Дакота… А это — доктор Александер Хантер, — имя патолога она игриво протянула, заправляя прядь непослушных волос ему за ухо.
— Очень приятно… — девушка ещё раз оббежала всю компанию взглядом, задержав его на Ривере. Неловко сглотнув, она выдавила из себя улыбку. — Я Софи Тёрнер. Я… Историк и искусствовед. Ну, — она положила руку на шею, нервно почесывая её. — Была.
— Ну хватит о тебе, — она снова отвернулась от подруги, всем корпусом обращаясь к доку. — Давайте о главном.
Джо, не выдержав, протащила чашку с кофе по столу и развернулась, задев плечо Себастьяна хвостом. Все, кто сидел за столом, проводили её взглядом. Говорившая прочистила горло и продолжила:
— Так вот, Софи. Расскажи, как продвигается подготовка к вечеринке?
— К вечеринке?.. — она проследила за тем, как Митчелл схватил тарелку удаляющейся Джо и без зазрения совести переложил её содержимое к себе на тарелку. — Со своей стороны я сделала всё, что могла, не знаю, как серьёзно к этому отнесутся остальные…
— Вечеринка? — док опустил голову почти к самому столу, чтобы увидеть из-за бюста поклонницы лицо Тёрнер. — Вы устраиваете вечеринки?
— Ну, вообще это будет первая, которую мы устроим, но… Мы подумали, что всё ужасное в этом мире остаётся за пределами этих стен. Так почему бы нам не создавать что-то хорошее? — девушка поправила съезжающие очки, аккуратно надвигая их чуть выше к носу. — А кем вы работаете? — она задержала взгляд на Ривере, явно адресуя вопрос ему, но вспомнила про Дакоту и вежливо ей улыбнулась.
— Я капитан американской армии, детка. Той самой бесполезной туши, что наша страна гордо тащила на своих плечах, чтоб потом под ней же и развалиться, — Дакота посмотрела на Себастьяна, видимо ожидая поддержки, но тот её вовсе не слушал. Он коротко извинился, поднялся из-за стола и направился в ту сторону, куда ушла Джо. Рейч тут же подвинула к сержанту тарелку деда.
— А вы, Питер? — одна прядь всё-таки высвободилась из плена и неловко рухнула девушке на лицо.
— Я был режиссёром, — Питер слегка удивился вниманием к своей персоне. — Ставил спектакли, участвовал в съемках нескольких клипов и короткометражных фильмов. Ну… Вы наверняка меня понимаете. Всю жизнь рос, стараясь впитать в себя самое великолепное, что только создал мир, а потом резко оказалось, что моё чувство прекрасного никому не нужно, а мой богатый внутренний мир интересует только ходячих мертвецов.
— Так что это за вечеринка? — Митч звучно отхлебнул из полупустого пакетика с соком, издав нервирующий булькающий звук. — Туса в честь всемирной задницы? Нет, нет… Дискотека-панихида? Не, ещё лучше могу: вечеринка в коронах! — сержант рассмеялся над собственной шуткой, выжидающе заглядывая в глаза каждого за столом.