но вы… постарайтесь все же как можно реже бывать в безлюдных местах… Не
заходите в подъезд или лифт с незнакомыми…
— Не трудитесь. Знаю я вашу песню. По TV каждый день одно и тоже. Меня
теперь мало беспокоит, что будет со мной. Я хочу, чтоб вы эту сволочь
поймали. — Валя подняла глаза и Салис увидел в них, пусть слабую, но все
же надежду, что не все зло на этом свете остается безнаказанным.
— Я вам обещаю, — сказал Салис.
Имперские сыщики ушли. Валя еще долго стояла у окна и смотрела на улицу,
людей и фербийцев, идущих по ней, проезжающие автомобили. Законники напомнили
о горе, которое она пыталась забыть. Со смертью брата Валя практически
потеряла смысл в этой жизни. Можно было сказать что теперь она жила по
инерции, не зная зачем и для чего.
У станции подземки «Центральный парк» только один вестибюль. Шальшоку
с Салисом это значительно облегчило задачу. Они заняли позицию для наблюдения
недалеко от выхода и пытались определить среди прохожих нужного им человека.
Время тянулось медленно.
Когда часы показали половину одиннадцатого, из подземки вышел высокий
крепкий землянин, остановился на секунду чтобы закурить сигарету и пошел
в сторону Центрального парка.
— Вот он, — сказал Монлис.
— Почему он? — спросил Салис.
— Во-первых приметы — совпадают просто все. Во-вторых это бывший военный.
— Из чего сие следует? — удивился Салис.
— Осанка, походка, чувствуется военная выправка, — объяснял Монлис. — Движения
немного резковатые, но уверенные. Взгляд прямой, твердый. У выхода он
сделал вид, что закуривает, а сам огляделся, оценил обстановку. Талян
служил в штурмовом батальоне. Это привычка, оценка обстановки. И еще кулаки.
— Что кулаки?
— Кисть до конца не сжата в кулак. Скорее пальцы согнуты в суставах и
плотно поджаты. Так учат на строевой подготовке землян.
— Логично. Давай проверим твои догадки.
Все было заранее предусмотрено и организовано. И сейчас осталось только
дать команду по рации. Талян шел неторопливой походкой и курил. Навстречу
ему совсем, медленно вышагивая, двигался патруль законников. Имперские
сыщики издалека наблюдали за происходившим. Поравнявшись с Таляном, законники
попросили предъявить удостоверение личности, — последнее время в Альвероне
дело более чем обычное. Талян достал карточку электронного удостоверения
и, как бы случайно, снова огляделся. Его ничего не насторожило. Законники
вставили карточку в портативный компьютер, проверил подлинность кода,
вернули ее землянину и продолжили свое вальяжное шествие. Через десять
шагов Талян подошел к перекрестку, собрался перейти на другую сторону
улицы, но уж как-то очень тщательно смотрел налево и направо. Неужели
что-то заметил? Вроде нет. Талян перешел дорогу и вошел в парк, не подозревая,
что с него не спускают глаз.
Через минуту патруль сообщил по рации, что неизвестный теперь известный.
А именно: Анатолий Резник.
В центральном парке было много отдыхающих. Резник подошел к компании,
человек в двадцать, бритоголовых, поздоровался замысловатым рукопожатием
и достал из стоящего на асфальте ящика бутылку пива «Имперское крепкое».
Поболтав минут десять с «соратниками по партии», он затерялся в толпе
праздношатающихся. В общем-то цели вести Таляна до конца, как таковой
не было и имперские сыщики не пошли за ним следом.
— Святая идиллия, — сказал Салис, принимая из рук Шальшока порцию колбасок
и открывая бутылку пива.
— И не говори, — согласился Монлис.
— Кто только додумался что они потомки сверх цивилизации.
— Кстати это гораздо смешнее, чем ты думаешь.
— В каком смысле?
— Историю цивилизаций я изучал еще в университете. В академии законников
нам рассказали про неонацистов.
— Излагай.
— Нацизм появился на Земле в первой половине двадцатого века по ихнему
летоисчислению. Зародился в Германии и стал причиной второй мировой войны.
Тогда они называли себя Арийцами. Но это позже. Арийцы или арии это общее название индийских и иранских народов, живших на Земле, ветвь индоевропейской
группы языков. В нее входят: славянские, германские, романские, латышские
древнегреческие и еще много из группы мертвых языков. А вообще прародина
предков ариев Земной наукой определялась в Причерноморье и степном Поволжье.
Тысячелетия назад слово арии означало пахари. В большинстве балто-славянских
народов есть однокоренные слова с тем же смыслом. Только в Индии, позже,
слово арии приобрело значение верный, благородный…
Пока Монлис в парке рассказывал в Лоуну про Ариев, Бойстрюк, получив фотокарточки
оформлял документы на нового полковника имперской безопасности. А Мокшин
тем временем давил на кнопки телефона.
— Владимир? Добрый день. Саша. Ваше предложение еще в силе? Я согласен.
Где мы можем встретиться… да-да, знаю. Хорошо, ровно в семь я подъеду.
Мокшин вышел из подъезда и огляделся. Во дворе сидели бабушки, мамаши
с колясками неторопливо прогуливались в тени огромных деревьев Альверона,
в песочнице копошилась детвора. Вчерашних «друзей» не было видно. Мокшин
обошел автомобиль и проверил днище, — сработала старая привычка — не верить
в случайности. Саша открыл капот, проверил масло, контакты. Под капотом
тоже было все в порядке. «Нервы? — спросил он сам себя и тут же ответил.
— Нет, осмотрительность. Лучше дернуться лишний раз, чем последний».
Двигатель кхекнул и заурчал ровным голосом. Саша включил первую передачу,
медленно тронулся с места. Еще один беглый взгляд… У третьего подъезда
стоит синенькая Тайота. «Водитель на месте, а двигатель не работает, —
рассуждал Саша. — Ждет кого-то. И стекло задней двери опущено, там тоже
кто-то сидит. Ой… А что там у них бликануло в салоне-то? Никак биноклик.
И кого же они ждут, если не меня?»
Через пять минут в зеркало заднего вида Мокшин заметил все ту же Тайоту.
Не ошибся. Саша был рад своей догадке, но совсем не рад компании. Встреча
у него намечалась без свидетелей. Ну что ж, попробуем оторваться.
Легко сказать, а вот сделать… За рулем Тайоты, похоже, сидел гонщик. На
такие случаи существовал старый добрый центр Альверона. Если потратить
пару недель на изучения его улиц, переулков и тупиков, то в последствии
это может выручить. После лабиринтов центра города, выехав на проспект
трех цветов, «фаэтон» показал на старте все, что только мог и даже больше.
Саша с ходу перестроился через четыре полосы и встал на разворот. Он уже
ехал в обратном направлении, а Тайота еще не выехал из переулка на большую
дорогу. «Пора искать квартиру, — подумал Саша. — В этой оставаться больше
нельзя».
Снять квартиру в Альвероне было несложно. У Саши было время до встречи
и он, купив газету объявлений, нашел несколько подходящих вариантов. Мокшин
не спеша осмотрел их и сделал правильный выбор. Хозяйка — немка, — Саша
специально искал землянку, — по его просьбе рассказала кому нужно, что
в квартире какое-то время поживет ее дальний родственник, приехавший из
Шальскара на лечение.
В назначенный час Мокшин встретился со Скворцовым в казино «Галактика».
Разговор был не длинным. Оговорили некоторые детали и участие Мишки и
Лешего. Скворцов попытался возразить, но сильно не упорствовал. Раз Саша
считает, что эти люди необходимы, то так тому и быть. Условились так же
ничего не говорить Лешему о планах продать библиотеку, если, конечно,
повезет ее найти, и о вознаграждении. Сейчас Леший, несомненно, откажется
от денег, но впоследствии убедить его будет проще.
Мокшин рассчитал все верно: Скворцову нужна библиотека. Леший хочет ее
найти, но для поиска ему нужны деньги. Саше нужен сильный аргумент, чтоб
подтвердить «легенду» о поисках, если вдруг понадобится. Бойстрюк — это
самый крайний случай. А для мелочей сгодиться и Скворцов. И главное, выглядеть
все будет натурально.
Около девяти часов вечера Мокшин заехал на квартиру родителей, чтобы забрать
вещи, дать распоряжение соседке и оставить ей деньги на квартплату. Во
дворе все было спокойно. Саша открыл дверь подъезда, замер на секунду
и сделал шаг вперед. Он не прошел и трех метров, как открылась дверь лифта,
на площадку вышел человек в спецовке, с маленьким чемоданчиком в руке.
«Возможно, слесарь, — попытался сам себе объяснить Мокшин. — Только как-то
уж сильно он втянул голову в плечи и глаза почему-то не поднимает. Да
и поздновато для визита слесаря».
Но тут инстинкт наемного убийцы снова дал о себе знать. Саша вдруг понял,
что навстречу ему идет не слесарь. Секунда на размышление. Правая нога
машинально согнулась в колене и подтянулась к груди, после чего молниеносно
распрямилась и прямым ударом сломала «слесарю» нос и челюсть. Что-то звякнуло
о кафельный пол. На шорох справа Мокшин вытянул в темноту под лесницей
скрещенные руки и схватил кого-то за грудки. Делая шаг назад, он выдернул
из темноты чье-то тело и воткнул его головой в левую стену, отметив при
этом скрип двери сзади. Мокшин тут же сделал шаг в сторону, развернулся,
перехватил чьи-то сильные руки с куском тяжелой трубы и протолкнул нападавшего
по его же траектории вперед. Тот споткнулся о ступеньки. И только он собрался
было встать на ноги, как получил хорошего пыра в грудную клетку, а в заключении
страшный удар тыльной частью кулака по затылку.
Мокшин отпрянул в сторону и резким движением развернулся вокруг своей
оси. Нападавших больше не было. Осторожно ступая, Саша приоткрыл дверь
подъезда и выглянул на улицу. Все б