Струи дождя, который начинался, когда Тиффани пришла в пещеру, теперь стекали сюда от самого входа. Под Тиффани уже была вода. А если вода ещё прибудет…
«Не надо, не теки в колодец!» – взмолилась Ним, глядя на ручеёк, но ручеёк, разумеется, не послушался.
Она посмотрела на Эдмунда и поняла, что он думает о том же.
– Я знаю, что Ланс с Леонорой хотят украсть окаменелость, – заговорила Ним, – но они обязаны помочь, если мы попросим. У них есть и верёвки, и инструменты, и они разбираются в камнях. Я пойду назад и позову их.
– А я пойду в другую сторону, – заявил Эдмунд. – Впереди точно светлее, и светлячки появились снова. Наверное, конец тоннеля уже близко. Если я выберусь наружу, я смогу сбегать в лагерь за инструментами.
– А вдруг колодец наполнится до того, как вы вернётесь?! – крикнула Тиффани. Это было именно то, чего они все боялись, и они как раз не хотели, чтобы она об этом думала.
Воцарилось молчание – достаточно надолго, чтобы все услышали, как отдельные капли, падающие в воду, сменились ровной струйкой.
– Мы вытащим тебя раньше! – неуверенно пообещал Тристан.
Олли заплакал громче.
Эдмунд снял свой налобный фонарик и отдал его Тристану. Фред бросил гоняться за светлячками и вскарабкался на плечо Ним.
– Я скоро вернусь! – объявила девочка, хотя на самом деле ей хотелось сказать: «Простите, что привела вас сюда! Простите, что я нашла эту черепаху, простите, что вы упали в колодец, хотя я и не знала, что он тут есть, ведь это моя гора, это мой тоннель, и значит, это я во всём виновата!» Но теперь извинениями уже ничего не исправить. Сейчас некогда переживать и тревожиться: надо действовать!
Потому что, если этот колодец заполнится водой прежде, чем они вытащат Тиффани, Тиффани утонет.
Олли уже не просто плакал, а ревел в голос.
– Возьмите с собой Олли! – крикнула Тиффани.
– Не-ет! Я с Ти-ифф! Хочу, чтобы Тифф вытащили прямо сейчас!
Эдмунд замялся. Поток воды становился всё больше. Олли уже не ревел, а орал.
Тристан встал. Даже в темноте видно было, что его лицо искажено болью.
– Я пойду за помощью, если Эдмунд согласится остаться тут. Олли, ты идёшь со мной.
Он вернул фонарик Эдмунду.
– Погоди! – крикнула Ним. – Если выберетесь с той стороны, идите по тропе вдоль ручья. Там в лесу, по дороге к дому, кабинет Алекс Ровер. Она может связаться с Джеком по спутниковому телефону. И может быть, она сумеет придумать, как вытащить Тиффани!
– Мне нужна настоящая помощь, а не герои книжек! – заорала Тиффани.
– Алекс Ровер здесь, прямо сейчас? – переспросил Эдмунд.
– Она настоящая, и она здесь, – подтвердила Ним. – Я потом всё объясню!
Она не сомневалась: Алекс согласится, что сохранить её тайну не так важно, как спасти Тиффани.
Мимо края колодца вела только узкая полоска пола. Ним подождала, чтобы убедиться, что Тристан с Олли благополучно прошли по ней, а потом помчалась по тоннелю назад.
Эдмунд вывернул все рюкзаки, разыскивая хоть что-то, что могло бы помочь Тиффани вытащить ногу из трещины в камнях.
А Тиффани по-прежнему висела в колодце, слушала, как вода стекает по стенкам и льётся в водоём под ней, и гадала, быстро ли она будет подниматься. Вода уже дошла до её правой ноги.
Тристан, ведя за руку Олли, ощупью пробирался вдоль тоннеля. Впереди во тьме и в самом деле что-то серело, а вокруг мигали голубые огоньки светлячков, но этого было недостаточно, чтобы видеть, куда ведёт тоннель и нет ли впереди ещё одного колодца. Так что Тристан осторожно ощупывал ногой пол и вёл свободной рукой вдоль стены, и часть его требовала: «Скорей, скорей, надо спасти сестру!» – а другая часть, которой не хотелось погибнуть, свалившись в расселину внутри горы, требовала: «Осторожнее, осторожнее, не торопись!»
Пол тут был гладкий, но уже не мокрый и не скользкий: вся вода стекала в тот колодец, где застряла Тиффани.
«Но ведь она, наверное, где-то вытекает наружу, – уговаривал себя Тристан. – Да и ливень скоро кончился».
Тоннель забирал в сторону, уклон стал круче. Потолок сделался ниже, а свет ярче. Тристан сел, усадил Олли себе на коленки и покатился вперёд, как с горки. Он миновал поворот и выкатился на свежий воздух, прямо под ливень.
Лило как из ведра. Со скал стекали потоки воды, глина раскисла, превратившись в грязь. Вода и грязь подхватили Тристана с братишкой, и они покатились с горы. Это было самое сумасшедшее и непредсказуемое катание с горки в их жизни.
Наконец они с размаху приземлились на каменную арку возле водопада. Когда сердце Тристана перестало так отчаянно колотиться, он привстал на колени и выглянул за край арки.
Далеко внизу было то самое озеро, которое Эдмунд фотографировал вчера. «Когда в него не падаешь, оно намного красивее!» – сказала Ним.
Тристан представил себе две самые худшие вещи, какие могут случиться. Его братишка может свалиться с утёса и утонуть. А его сестра может так и не выбраться из колодца и утонуть.
Потому что Ним ещё говорила, что, когда идёт ливень, из этого тоннеля хлещет вода. Сейчас вода вливалась в тоннель с другого конца, но отсюда пока что не текла. Сначала она должна заполнить все отверстия, что есть по пути. В том числе и то, где застряла Тиффани…
Сердце Тристана снова отчаянно забилось. Как будто это он застрял в колодце. Он чувствовал, как его окутывает тьма, как камни смыкаются вокруг, как давят на него боль и ужас…
Тристану потребовались все его силы, чтобы разорвать эту связь. Но если он хочет спасти сестру, сначала надо спастись самому! А он застрял тут, на полдороге, на узком каменном мосту, с измученным малышом на руках.
Ним упорно пробиралась вверх по тоннелю, стараясь держаться поближе к стенкам, там, где было посуше и не так скользко. Тускло горел фонарик; не раздавалось ни звука, кроме журчания текущей воды.
– Как хорошо, что ты со мной, Фред! – призналась девочка.
Игуана потёрлась колючей спинкой о её шею и теснее прижалась к ней. Фред любил солнышко и мог двигаться быстрее, когда его кровь была согрета, но Ним он любил сильнее.
– Ну всё, можно больше не молчать, – напомнила ему Ним. – Если Ланс с Леонорой нас сейчас услышат, это не страшно.
Фред чихнул.
– Ну да, верно. Конечно, они нам помогут, когда я объясню, что произошло.
Но она по-прежнему говорила шёпотом.
К тому же вести себя тихо было проще: так легче было сосредоточиться на том, чтобы подниматься по тоннелю, не оступаться и не падать ни в какие дыры. Ним не знала, сколько времени она поднимается, не знала она и того, сколько времени они сюда спускались. А тут ещё сбоку оказался какой-то другой тоннель… Ним по-прежнему была уверена, что идёт правильно, но уже не на сто процентов.
И она понятия не имела, далеко ли ещё до пещеры. И что она станет делать, если Ланс с Леонорой уже ушли.
«Добегу до Спасательной пещеры». Там были и верёвка, и инструменты. Может быть, вообще следовало сразу пойти туда. Но она могла думать только о том, чтобы вытащить Тиффани и Олли…
Тут она увидела ещё один боковой тоннель и ещё, и теперь Ним была уже точно уверена, что она в нужном тоннеле и что до яслей крыланов осталось недалеко.
Она услышала голоса: голос Леоноры, а потом и Ланса.
Ним вспомнила улыбку Леоноры и как она слушала всё, что Ним говорила вчера вечером. Ну да, всё будет хорошо!
Ним уже совсем было открыла рот, чтобы крикнуть: «На помощь!»
Но тут она услышала, о чём они говорят, и крик «На помощь!» провалился обратно в глотку так же стремительно, как кусок кокоса в желудок Фреда.
– Аккуратнее! – говорила Леонора. – А то рванёт раньше времени!
«Рванёт?!» – повторила про себя Ним, подбираясь ближе.
– Да не волнуйся ты: я не стану поджигать фитиль, пока мы не выйдем отсюда.
– А ты уверен, что это самое подходящее место?
– Более подходящего просто не бывает! – воскликнул Ланс. – Эта пещера обрушится, стена, отделяющая нас от опала, рухнет. Тогда эти вонючие мыши не будут нам мешать и ты сможешь преспокойно вырубить из скалы находку целиком.
– Самая великолепная морская черепаха, какую когда-либо находили, полностью сохранившаяся! Я прославлюсь!
– Ну, либо мы можем разбить её на кусочки и продать опалы на вес. Там тоже должны попасться довольно ценные куски.
– Либо богатство, либо слава – в любом случае мы в выигрыше! – хохотнула Леонора.
«Нет, вы проиграете!» – хотелось крикнуть Ним.
– Ну всё, готово, – объявил Ланс. – Теперь валим отсюда быстренько. Три минуты до взрыва, а потом от этой пещеры ничего не останется. Прощайте, мышки!
– Туда им и дорога, вонючим тварям! – фыркнула Леонора, и её голос затих: она удалялась в сторону выхода.
«Они собираются уничтожить крыланов! – завопил внутренний голос Ним. – А если я не выберусь отсюда, они убьют и меня тоже!»
«Ланс сказал – „три минуты“, – возразила более спокойная часть её рассудка. – Всё, что нужно, – это просто перерезать фитиль. Если искра не дойдёт до взрывчатки, динамит не взорвётся».
– Держись крепче, Фред! – шёпотом предупредила она.
Фред чуть сильнее сжал коготки, и девочка тихонько сделала последние три шага, отделявшие её от яслей крыланов. Луч фонарика заметался по пещере, освещая спящих летучих мышей, капающие водой сталактиты, колонны сталагмитов, светящиеся зелёным грибы и голубые раскачивающиеся нити светлячков. Это было не просто жилище одного из редких, вымирающих видов – это была волшебная геологическая и биологическая страна чудес. И это была часть её острова. Ним не допустит, чтобы её уничтожили!
Девочка дошла до середины пещеры и наконец увидела взрывчатку. Она была уложена рядом со сталагмитом у входа в тоннель с черепахой. Шесть коротких палочек, связанных вместе, и длинная верёвка фитиля, ведущая наружу.
Взрывчатка выглядела точь-в-точь как на картинках, если не считать того, что тут она была ужасно, кошмарно настоящей. Шесть коротких палочек воплощённого зла. Ним не хотелось даже дотрагиваться до них!