Шелки снова фыркнула. Морской львице было всё равно, что это за пещера: она не одобряла никакие пещеры, гроты и тоннели в утёсах над Чёрными скалами.
– В общем, там увидимся, – предупредила Ним.
Шелки шумно вздохнула, как умеют только морские львы, и поскакала под горку к морю. А Ним с Фредом зашагали вдоль ручья вглубь тропического леса.
Они миновали боковую дорожку, ведущую к рабочему кабинету Алекс Ровер. Алекс нарочно устроила себе кабинет на некотором расстоянии от дома, чтобы ей хотя бы два раза в день приходилось выходить наружу: когда Алекс работала над книгой, она забывала и гулять, и даже есть. Иногда Ним приходилось идти стучаться в дверь и напоминать Алекс, что пора ужинать, – так же как и Джеку, когда тот увлечётся научным экспериментом.
Хорошо ещё, что рядом с Ним всегда были Шелки и Фред, которые напоминали ей, что пора поесть. Они-то не забывали!
За кабинетом Алекс скалы вокруг ручья громоздились всё выше и выше. Тропинка сделалась у́же, а лес – гуще. Лианы свисали со стволов и вились по земле, отбрасывая призрачные тени в мечущемся луче фонарика. Так сразу даже и не поймёшь, лианы это или змеи.
Ним очень любила наблюдать за змеями и гладить их блестящую, нагретую солнцем кожу, однако ей совсем не улыбалось наткнуться на змею неожиданно. Они, может, и не хотят ничего дурного, но, если с перепугу укусят её, она же всё равно умрёт.
Даже не верится, что такое красивое существо способно тебя убить…
Вот Фреду в это верилось легко. Каждая толстая лиана напоминала ему питона, который как-то раз пытался им пообедать. Нет, питоны не ядовиты, но, если он тебя проглотит, ты всё равно умрёшь. Ним успела отобрать Фреда в самый последний момент. Напугались они тогда ужасно!
Игуана поплотнее обвила её шею. Ним почесала ящерицу под подбородком.
– Ты не бойся, – сказала девочка. – Я никому не дам тебя в обиду!
Фред благодарно чихнул. Он был очень доволен, когда непроглядная тьма сменилась серыми рассветными сумерками и стало легче разбирать, какие змеи, ползущие через тропу, – настоящие, шипящие, кусающиеся змеи, а какие – просто лианы, притворяющиеся змеями.
Теперь до Ним доносился грохот воды, падающей с утёсов, и ручей сделался бурным от воды, вытекающей в него из озера.
Сквозь сумерки проступили тёмные очертания каменного моста, ведущего через озеро к утёсу.
Отсюда утёс казался высоченным, а когда Ним карабкалась на него вместе с Эдмундом, он казался ещё выше! Особенно когда Эдмунд свалился в озеро и Ним пришлось нырнуть следом. Это была та самая история, о которой они накануне не стали рассказывать Тристану и Тиффани.
Но, свалившись в озеро, они обнаружили пещеру у подножия утёса – пещеру, где жили летучие мыши! Это были большие бурые крыланы, питающиеся фруктами, причём крыланы этого вида во всём мире встречаются только в одном месте, не считая их острова. В общем, это чрезвычайно редкий вид, практически вымирающий.
Эти крыланы послужили одной из причин, отчего Всемирная организация учёных объявила остров Ним заповедником. Ним думала, что получился замкнутый круг: то, что они нашли крыланов, помогло сберечь их остров, потому что этот остров нужен миру, чтобы сберечь крыланов.
А потом за Огненной горой взошло солнце. Ним выключила свой фонарик; Фред проглотил последнего жука и уснул у неё на плечах. Розовый свет сочился меж стволов, играл в водопаде, на поверхности озера и ручья. Но Ним торопливо шагала прочь от озера: она миновала ручей и принялась спускаться по склону. Пора было выяснить, действительно ли она обнаружила новую пещеру.
Шелки ожидала её наверху Чёрных скал, укоризненно пофыркивая.
– Извини, – сказала Ним. – Но оно того стоит, правда!
Они спустились по тропе до того дерева, из-за которого вчера потянуло холодом, и действительно увидели щель в скале – будто дверцу, ведущую навстречу приключениям! Щель располагалась на уровне пояса Ним. Девочка наклонилась и заглянула в непроглядную тьму. Потом включила налобный фонарик.
«Нет!» – гавкнула Шелки, басовито и настойчиво. Достаточно большая для Ним и даже для Джека, щель, однако, не позволяла морскому льву протиснуться внутрь. И Шелки не нравилась идея, что Ним полезет куда-то, куда она за ней последовать не может.
Ним на секунду пожалела, что не разбудила Эдмунда и не позвала его с собой. Во-первых, было бы здорово исследовать вместе ещё одну пещеру, а во-вторых, Шелки права: в одиночку в пещеру лезть опасно. Но раз уж она проделала весь этот путь, возвращаться ни с чем она не собиралась!
– Я только одним глазком взгляну, – пообещала Ним. – Я ненадолго!
Она сунулась глубже в отверстие, пока не дотянулась до земли на той стороне, и скользнула в пещеру.
Только это была не настоящая пещера, а просто тоннель: она там не могла даже выпрямиться во весь рост.
– А я-то думала, она большая! – поделилась девочка с Фредом.
Фред ничего не ответил. Шелки сунула голову в отверстие и гавкнула: мол, если не знаешь, что там, так лучше сразу возвращайся назад!
Но Ним уже рассмотрела, что дальше тоннель становится шире и выше. Поэтому она пошла вперёд гусиным шагом, потом распрямилась, а потом её налобный фонарик озарил такую огромную пещеру, какой она даже и вообразить себе не могла. Она была высокая, как здания в городе Алекс Ровер, и волшебная, как её романы. Мало того что пещера была просторной, она ещё и вся переливалась огоньками.
Ним выключила фонарик и продолжала смотреть во все глаза.
С потолка свисали длинные нити мерцающих голубых светлячков, и в их слабом свете скалы сверкали, будто самоцветы. На полу пещеры светились зелёным грибы: круглые и мясистые или тоненькие и хрупкие, все они сияли мягким призрачным светом. Со сталактитов капала вода, навстречу им вздымались сталагмиты. Некоторые размером всего с мизинчик, но самые старые – высокие и толстые, будто деревья; местами сталактиты и сталагмиты встречались, образуя мощные колонны от пола до потолка. Были там и арки, похожие на двери, ведущие в другие тоннели, навстречу новым тайнам, и на окна, глядящие в черноту.
А в центре пещеры с писком носились большие бурые крыланы.
«Что они тут делают?» – удивилась Ним.
Потому что это явно были те самые крыланы, что жили в пещере под Водопадными утёсами, и они явно решили остановиться тут. «Точнее, повеситься», – подумала Ним, глядя, как мыши хватаются лапами за облюбованные места на потолке и повисают вниз головой, готовясь отойти ко сну.
Девочка подошла ближе. У каждой из устраивающихся на ночлег мышей висел на животе крохотный детёныш!
– Это же ясельная пещера! – воскликнула Ним. Она очень много читала о летучих мышах после того, как они с Эдмундом обнаружили основную колонию. И в числе прочего ей особенно понравилось, что у некоторых видов существуют отдельные укромные места для матерей с детёнышами, пока детёныши не подрастут настолько, чтобы жить вместе со всеми в главной пещере. Джек не думал, что у их крыланов тоже так принято, но Ним всегда надеялась, что это именно так. Ей очень нравилось представлять этих мам с малышами, которые живут в специальном укромном месте.
И вот она обнаружила их – настоящие ясли самых редких крыланов в мире!
Единственной загадкой оставалось то, почему она не видела, как мыши влетают внутрь, когда стояла у входа. И помёта в тоннеле ей не попадалось…
Что ж, если летучие мыши так старались, чтобы об их яслях никто не знал, тем более очень важно не тревожить их… Ним на цыпочках прокралась обратно к тоннелю, через который вошла. Найти его было нетрудно: у самого входа возвышался громадный сталагмит толщиной с Шелки.
Ещё один тоннель уходил налево. Он был достаточно высокий, чтобы идти во весь рост, и изогнутый, как радуга.
– Ну, значит, он не такой уж длинный, – сообщила Ним Фреду и свернула в тоннель.
Однако оказалось, что тоннель никуда не ведёт: за поворотом он расширился и упёрся в каменную стену.
– Похоже, мы где-то недалеко от того места, где вошли, – рассудила вслух Ним. – Шелки, ты нас слышишь?
Шелки гавкнула: «Да!» Потом, на случай если они не расслышали с первого раза, сунула голову как можно дальше в щель и снова гавкнула. Звук получился таким громким, что тупиковая стена дрогнула. На пол посыпались крошки известняка.
– Да тут мы, тут, с другой стороны! – крикнула в ответ Ним и постучала в стенку для пущей доходчивости. В ответ со стены обрушилась целая пластина камня.
– Упс! – воскликнула Ним.
И тут она увидела то, что скрывалось под каменной крошкой. На месте отвалившейся пластины отчётливо просматривался силуэт папоротника.
Ним ощупала камень. Казалось, папоротник высечен на стене резцом, но Ним знала, что этого быть не может. Когда-то, в незапамятные времена, этот папоротник был живым растением, а потом он погрузился в ил и медленно-медленно, за тысячи и миллионы лет, превратился в камень.
У Ним аж пальцы зазудели от мысли, что она прикасается к чему-то, жившему миллионы лет назад. Папоротник был не такой уж большой, но, возможно, рядом есть ещё один и даже больше этого? Надо привести сюда Эдмунда, чтобы он помог ей искать. Ему не всегда хватает выдержки вести себя достаточно тихо, чтобы заниматься поиском живых животных, но окаменелости-то он не распугает.
А потом они покажут это всем остальным… Ним представила, как Леонора скажет: «Надо же, никогда не видела такого великолепного ископаемого! Это та самая подсказка, которой нам недоставало, чтобы добыть биотопливо!»
На расстоянии ладони от папоротника на скале виднелась выпуклость. Ним провела по ней пальцами и нащупала край. Чем больше она ковыряла стену, тем отчётливее проступали очертания.
– Это же ветка! – поделилась она с Фредом. – Наверное, это был гигантский папоротник! А вдруг я вообще первой в мире обнаружу окаменелый гигантский папоротник?
Фред ничего не ответил – даже не чихнул. В пещере было холодно, а Фреду как холоднокровному животному становилось трудно шевелиться.