Уже через секунду меня швырнули в сторону, и я оказалась в плену сильных рук одного из мускулистых охранников этого притона. На мгновение, кинув взгляд в зал, я увидела, что к нам сбегается многочисленная охрана клуба в виде тупоголовых качков с автоматами.
У меня в голове взорвался салют из самых ужасных мыслей, но полная растерянность, шок и ужас выбили из меня всякую логику, позволяющую мне осознать то, что произошло. Посетители заинтересованно смотрели в нашу сторону, девушки-официантки в полупрозрачных комбинациях и уставшие бармены как-то жалостливо скукожились и притихли, глядя на меня.
Я видела Ласку. Она не суетилась и не волновалась. Просто молча стояла у барной стойки, курила и печально улыбалась. Как же она бесила в эти мгновения!
— Друзья мои! — громко сказал Майоран, властно поворачиваясь к залу и разводя руки в стороны. — Не волнуйтесь и не переживайте. Никакой катастрофы не произошло. Обычная кража. Мне жаль, что это досадное происшествие произошло перед вами, но… — Майоран склонил голову и тонко улыбнулся. — Так бывает. Не стоит волноваться, ничего из происходящего ни в коем случае не отразится на вашем времяпрепровождении. Продолжайте наслаждаться отдыхом!
— Ах ты сволочь! — крикнула я Майорану, не сдерживая гнева. Я с ненавистью уставилась на этого лжеца, только что незаслуженно очернившего меня. — Я ничего не украла! Это ложь и бред!
— Это мы сейчас проверим, детка, — сказал Дольс. — Если ты ничего не украла, то старик Дольс уже не сможет служить зоркими глазами своему господину.
Я попыталась вырваться из хватки твердолобого охранника, но он тут же с силой заломил мне руки за спину, заставив меня зашипеть от боли. Дольс приблизился ко мне и расстегнул куртку.
Ему понадобилось немного времени на мой обыск. Он просто расстегнул мою куртку и тут же повернул меня лицом к Майорану, так чтобы меня видели и другие.
— Я же говорил, — засмеялся Дольс, указывая на подол моей куртки, куда был приляпан бархатный мешочек на липучке.
Я в непонимании и ужасе застыла на месте, глядя на этот мешочек. Дольс сорвал его с липучки и через несколько секунд вынул из него тонкую цепочку-браслет, сверкающую драгоценными камнями. Я в ужасе смотрела на эту цепочку, лежащую у него на ладони, и пыталась понять, что происходит.
Что за бред? Как такое могло произойти?!
— Это не моё, — прошептала я, в ужасе качая головой и непонимающе глядя на цепочку.
— Конечно, не твоё, — прошептал Майоран, наклоняясь ко мне и гадко улыбаясь. — Это моё.
Майоран подхватил цепочку из рук Дольса, с интересом глядя на меня.
— Лжец, ты подкинул мне её, — едва держась на ногах от страха, сказала я. — Я ничего не брала у тебя!
— Рассказывай нам, девчонка, — прошипел Дольс, хватая меня за плечи и наклоняя свое страшное лицо ко мне. — Эту цепочку ты только что вытащила из кармана господина Майорана. Воспользовалась тем, что тебя толкнули и вытащила её. Я здесь для того, чтобы следить за этим. — С возмущением я смотрела на Дольса, и видела, как в его сумасшедших глазах горело лихорадочное торжество. Его узкое лицо исказила страшная улыбка. — Мои глаза ещё никогда не подводили меня.
В голове, наконец, начала вырисовываться картина происходящего. Всё сложилось в голове в несколько секунд. Майоран ждал этого момента. Как только пришло время, он свистнул бармену, после этого Ласка с каким-то типом устроили театральное представление. Меня толкнули, и это стало поводом для того, чтобы обвинить меня в краже. Но когда мне подкинули цепочку? Я никого не подпускала к себе. Если только сам Майоран успел это сделать. Но это же полное кидалово!
— Вы подставили меня, мерзавцы! — закричала я срывающимся голосом, глядя то на Дольса, то на Майорана.
Я заплакала, не в силах поверить, что так просто позволила обвести себя вокруг пальца.
Я почувствовала, как холодный ужас словно бы коркой льда покрыл мое лицо, руки, ноги, всё моё тело. Под кожей словно бы всё замерзло, но в грудной клетке всё пылало от отчаяния, гнева и боли. Как глупа я была, решив, что справлюсь со всем сама.
Я думала о том, зачем Майорану понадобилось всё это? Зачем ему был этот фарс? Он мне рассказал всё, что я должна была знать, хотя мог бы сразу подставить меня и забрать всё, что у меня есть. Но нет. Он не стал. Почему?
— Зачем нужен был этот театр? — прошептала я, глядя на Майорана.
Слезы текли по моим горячим щекам, и туман застилал глаза, но я чувствовала колкий взгляд Майорана, которым он сверлил меня. Охранник крепче схватил меня, когда Майоран приблизился ко мне. Он всё был таким же безупречно невозмутимым и наглым.
Он сладко улыбнулся, наклонившись ко мне, и прошептал:
— Часовой пытается меня контролировать, и его шавки всегда у меня на хвосте, — ответил он. — Но они не шибко-то умны, поэтому я всегда в выигрыше.
Майоран выпрямился. Я прикрыла глаза, не глядя на него. Всё ясно. Он боялся Часового. Это цирк нужен был для того, чтобы разыграть правдивость происходящего, так как люди Часового наблюдали за Майораном.
Но как же это получилось? Неужели Майоран всё же успел подбросить мне цепочку в последний момент? Мне не верилось в это.
Я обернулась, поглядев в сторону: девушки в комбинациях щебетали, поглядывая на меня с сочувствием, злобой или равнодушием, наемники и путешественники насмехались, старики хлопали в ладоши и шептались.
Но сердце ухнуло куда-то вниз, когда за одним из столов я увидела оборванца в грязной одежде. Я сразу же узнала его: это был тот самый нищий, которого я встретила в Карминском районе и которому дала бутылку воды.
Он держал эту бутылку в руках и насмешливо смотрел прямо на меня. Его маленькие глазки блестели, а испачканные в грязи обветренные губы были растянуты в злобной ухмылке. Заметив мой взгляд, оборванец подмигнул мне и поднял мою бутылку перед собой, словно бы пил в мою честь.
Я едва ли устояла на ногах, когда перед глазами промелькнул тот самый момент, когда я отдала нищему свою бутылку.
«Благодарю тебя, милая девочка… — сказал он, странно улыбаясь. — Благодарю…»
Он тогда хлопнул меня по боку. Именно тогда он прицепил к моей куртке мешочек с цепочкой. Я взвыла, так сильно мне хотелось схватиться за голову. Охранник сильнее сжал мои руки, когда я рывком ринулась к нищему.
— Ты! — кричала я, уже даже без гнева. Боль надломила мой голос, я сама это слышала. — Это всё ты!..
— Не дёргайся, девчонка, — кинул мне Майоран. — Он просто выполнял свою работу.
Я сверкнула глазами в сторону главного гада этого несчастного города.
— Ты заплатишь за это, Майоран, — сказала я тихо. — Когда-нибудь ты заплатишь за это.
Майоран наклонился ко мне и резко схватил меня за волосы, насмешливо поцокав языком.
— Нет, детка, это ты мне теперь будешь платить за то, что ты сделала, — сказал он голосом, схожим с ядовитым шипением змеи. — Даже если ты этого не делала. — Я дёрнулась, но Майоран с силой потянул меня за волосы, и мне пришлось успокоиться. Он повернул мою голову так, чтобы я видела молодых девушек, державших бокалы и подносы у столов. Девушек, сидящих на коленях у грязных наемников, и девушек, соблазняющих старых богачей. — Посмотри на этих пташек, половина из них легко угодила в мои силки по своей глупости. Часовой не может противостоять закону нашего города: вор пойман — вор платит. На каждую из них у меня есть доказательства их вины, и им приходится работать на меня, а что именно это за работа — это уже моё дело, а не Часового. Они здесь не рабы, но денег не получают. Они отработают за своё выдуманное воровство и будут свободны. Но Часовой следит за каждой из них. Патрульные общаются с ними каждый день. Никто из этих пташек без собственного согласия не делает того, чего они не хотят делать, но я скостил парочке красавиц срок работ за их согласие… на особые услуги моим клиентам. — Я с ужасом и чувством безысходности смотрела на Майорана. Он улыбнулся мне. — Ты не красавица, но заинтересуешь большую часть из этих извращенцев. Ты же невинный цветочек из самого бункера, им это будет интересно.
У меня вытянулось лицо. Майоран рассмеялся.
— А ты что думала. — Он коснулся пальцем пластыря на моей шее. — Что тебя спасет эта штука? Я уже вчера ночью знал, что ты, Машенька, детка из бункера, здесь в городе и знал, что именно тебе здесь надо. Я знал, что ты уже как полдня меня ищешь и ждал тебя. За тебя мне много заплатят. Хочешь побыстрее выбраться — мы можем договориться. Нет… — Майоран пожал плечами. — Что ж, через два дня ты уже сама прибежишь ко мне за тем, чтобы мы с тобой договорились об этом. За каждое воровство такой ценной штуки, как моя цепочка, тебе впаяют как минимум три года отработок. Но я обещаю тебе срезать половину срока, если выполнишь самую важную работу.
Майоран посмотрел на меня, продолжая улыбаться своей гадкой ухмылкой. Собрав всю ненависть и отчаяние, я плюнула ему в лицо.
— Иди ты к черту, ублюдок, — прохрипела я.
Майоран с отвращением вытер липкую слюну с подбородка. По его лицу я видела, что он хотел ударить меня. Делать этого он, конечно, не стал, но ярость в его глазах буквально прожгла меня. При удобном случае он вернет мне этот должок.
— Мне жаль тебя, но ты сама себе выбрала участь, — сказал Майоран, не глядя на меня. Он отошел чуть вперед, и окликнул охранника. Бугай повернул меня лицом к зрителям. — Посмотрите, дорогие дамы и господа, вы будете свидетелями того, что сегодня мы поймали воровку, укравшую у меня ценную вещь. — Майоран показал блеснувший золотом браслет залу. Тут же поднялся возмущенный шепот. — Но не беспокойтесь, господа. Благодаря моим людям, справедливость восторжествовала. Вы можете чувствовать себя в полной безопасности, дорогие гости, ведь мы всегда находим тех, кто осмеливается нарушить закон Тверского. Теперь и другая часть властей города будет принимать участие в суде над воровкой. — Майоран подмигнул мне. — Я с нетерпением жду этого момента.
Я прошептала ругательство в сторону Майорана, но он не обратил на меня никакого внимания. Мужчина повернулся к своим людям, в одну секунду приняв самый серьёзный вид.