– Это же Инвикт, Непобедимый… – прошептала за спиной Андра, и Сашка почувствовал её изумление. – Но он утерян!
– Как и я, – усмехнулась Нерта. – Да, это Инвикт, меч моего прадеда. Его выковал не обычный кузнец, а чародей. Говорят, Инвикт способен отражать заклятия так же, как латы Воинов Создателя. Он хранился в нашей семье больше века, передаваясь от правителя к правителю. Я не могла оставить его Нисаму. Пришлось выкрасть и забрать с собой. Береги его, Саша. Второго такого нет.
– Но я не умею… – Сашка всё ещё не решался прикоснуться к мечу. – Я понятия не имею, как с ним обращаться!
– Самое время научиться.
– Бери! Я покажу пару приёмов, – подбодрила Андра.
И Сашка решился. Осторожно прикоснулся к рукояти. На удивление она не оказалась холодной. Даже наоборот, ощущения были приятными. Сашка взялся обеими руками и поднял меч. Он был тяжелее, чем казался с виду. Но не настолько, чтобы было трудно с ним управляться.
Сашка отошёл подальше и пару раз рубанул воздух крест-накрест. Ощущения были… странные. Меч будил что-то внутри: первобытное и благородное одновременно. Инвикт… Хотелось овладеть им так же, как все лучшие герои из книг и фильмов, чтобы сражаться не хуже Арагорна или Джона Сноу. Сашка перебросил меч в правую руку, сделал несколько выпадов. Андра хихикнула, но он не взглянул на неё. Да, наверное, сейчас он выглядит неуклюже, не знает, как правильно взяться или ударить. Ну и пусть! Он научится. Обязательно научится! Взмахнул ещё пару раз, потом встал в оборонительную стойку, как видел в кино, обеими руками держа меч перед собой. Почувствовал, как отзываются мышцы. А ведь он только размялся. Через час серьёзной тренировки руки точно будут болеть! И это при том что он не чурался спортзала!
– Спасибо! – Сашка вдруг вспомнил, что забыл сказать самое главное, и повернулся к Нерте.
Та улыбнулась и тут же застыла, уставившись мимо него. Глаза сузились злым прищуром, губы сжались. Сашка развернулся и почувствовал, как внутри всё холодеет – у кромки леса стояли двое в золотых кольчугах и смотрели прямо на них.
– Они же нас не видят? – услышал он шёпот Андры.
– Это Воины Создателя, – глухо отозвалась Нерта. – Латы защищают их от любых чар. Нас нашли.
И в этот момент один из воинов пронзительно свистнул.
Глава 17Танцы с пегасами
Толпа на трибунах бесновалась. Шло состязание на пегасах, и последняя схватка закончилась плачевно. Некоторые смельчаки ослабляли крепления ради большей подвижности в бою – одного из таких выбили из седла, и он рухнул с огромной высоты. И теперь зрители возбуждённо ревели, наблюдая, как бедолагу уносят с арены, обсуждали, выживет ли тот и сколько очков присудят победителю. Вдобавок близился финальный заход, в котором будет участвовать принц.
Король снова чувствовал себя запертым в клетке зверем. Спина ныла – можно было бы попросить целебный настой, но нужно сохранять ясный ум. Шум раздражал, мысли то и дело уносились к Андре, а необходимость бездействовать, просто сидеть в королевской ложе и махать платочком, разрешая начать новую схватку, изматывала. Скорее бы финал. Король не волновался за Кирса: никто не осмелится бросить вызов наследнику трона, тем более в день его рождения. Так и во время турнира на мечах, что закончился час назад, соперники или снимались с состязания, объявляя поражение, едва узнав, с кем придётся биться, или проводили несколько сильных раундов, но уступали в конце, признавая превосходство будущего короля. Так будет и здесь. Кирс зря переживал, что остался без своего пегаса. Можно было не менять правила в последний момент и не объявлять, что принц сразится только с победителем, чтобы у каждого был шанс показать себя. Это ничего не изменит. Всё известно заранее. Так к чему этот фарс?
Снова возникло чувство, что история повторяется. Пятнадцать лет назад все ждали праздника в честь рождения наследника, и чем всё обернулось? Так же и теперь: всё омрачило возвращение мальчишки! Будто он и впрямь тот самый…
Король подался вперёд, чтобы взмахнуть платком и дать знак к началу новой схватки. Под свист толпы пегасы взмыли ввысь, и король откинулся в кресле. Спина отозвалась болью, и он поморщился. Мысли тут же вернулись к Андре. Где же вестник? Так трудно отправить горлицу? Воины Создателя вышли на рассвете, солнце едва показалось. Теперь близился полдень, а донесений не было.
День выдался жарким, и солнце щедро освещало трибуны. Пегасы лениво кружили в небе – противники то ли присматривались друг к другу, то ли выжидали в надежде поймать удобный момент. Какое-то время Нисам наблюдал за их вальсом, но промедление раздражало. Долго они будут тянуть?
Король зацепился взглядом за кромки деревьев, что виднелись за трибунами. Знать бы, что там происходит. Воины Создателя всё ещё бродят в чаще или уже нашли Андру и мальчишку? И что случилось? А если новости давно прибыли, но сообщение адресовали Кирсу, как Хранителю Короны, и теперь вестник терпеливо ждёт окончания турнира? Или принц не решается всё бросить, чтобы сообщить отцу новости? Или, наоборот, умчался куда-то, решив, что справится сам? Глухое рычание невольно вырвалось из горла. Ведь можно было отменить турнир, но уважительной причины не нашлось, а раскрывать правду было рано, да и королевский сан заставлял соблюдать приличия. Наверное, впервые он задумался, зачем стал королём. Когда-то верилось, что это единственный путь для него, что будет легко. Но трон оказался обузой – Нисам был не на своём месте, устал притворяться и скрывать правду. С какой радостью он передал бы корону Кирсу! Но у того ветер в голове, а у Арасии немало врагов, и ламарцы – не единственная угроза. Союзы заключаются и рушатся, вчерашние враги становятся друзьями, чтобы завтра снова предать друг друга. Что будет, если Арасия лишится сильного правителя?
Толпа завыла, прервав его мысли. Король оторвал взгляд от леса и увидел, что рыцари наконец сошлись в схватке. Чей-то меч блеснул на солнце. Пегасы столкнулись грудью, закрутились, забили крыльями, стараясь удержаться в воздухе. Один из них заржал, тонко и громко, будто в истерике. Трибуны охнули и замерли в ожидании. Но ничего не произошло. Оба рыцаря сохранили мечи, и пегасы расцепились и разлетелись, готовясь к новой схватке. Нисаму показалось, что у одного на груди краснело пятно.
Глядя на него, король вдруг задумался: так ли правы они были, когда решили убить младенцев? Можно ли было предположить, куда заведёт этот план, чем в итоге всё обернётся? Ведь они так хорошо всё продумали… Даже оплошность с последним ребёнком не стала проблемой – правителю хватило решительности и ума, чтобы довериться Верховному Чародею. Так в какой момент всё пошло не так? Где они ошиблись? Может, в самом начале? Мог он неверно истолковать знаки? О чём в действительности было то пророчество? Ведь оно было. Эста, Аквий, даже Ситес – все боги сказали одно. Король так ясно помнил запах крови, и ужас от нарушенного запрета, и как шипы древнего алтаря впивались в спину. Невозможно ошибиться! А значит, и всё остальное было правильным. И если бы не чародеи… не та чародейка из богом забытой деревни…
Толпа опять взревела, возвращая короля к реальности. Схватка закончилась. Один из пегасов медленно опускался на землю, а другой, тот самый, с кровавым пятном на груди, победно кружил в воздухе, чтобы наездник насладился триумфом. Хвала богам, финал близко.
Нисам взмахнул платком, подгоняя события – хоть это он мог себе позволить. Герольды ещё не успели сменить знамёна и навесить на крюки щиты с гербами новых участников и теперь засуетились, забегали. Рыцари показались на арене, спешно застёгивая шлемы и натягивая защитные рукавицы. Толпа притихла, соображая, что происходит. Нисам усмехнулся – хоть какое-то развлечение – и второй раз махнул платком, поторапливая. Из-за этого или по другой причине новый заход оказался быстрым. Пегасы едва поднялись в воздух, как один из рыцарей ринулся в атаку. Нисам даже засмотрелся, отвлёкся от мыслей. Было неясно, в спешке ли рыцарь забыл затянуть крепления или рисковал намеренно, но теперь выбора у него не было, и он наносил противнику один удар за другим, ошеломляя напором. Не прошло и минуты, как меч вылетел из руки противника и, сверкая, полетел на землю. А следом устремился пегас победителя, закладывая красивые виражи.
Толпа взревела. Нисам подался вперёд и зааплодировал. Впервые за весь турнир. И улыбнулся – оставалась последняя схватка перед финальным боем Кирса. Если чемпионом станет тот, кто выиграл этот заход, Кирсу придётся несладко.
Увлекшись, Нисам не расслышал шагов. Заметил слугу с запиской, когда тот уже опустился на одно колено перед троном.
Сердце на мгновение ухнуло, а спина заныла болью. Предчувствие? Нисам цапнул клочок бумаги, пробежал взглядом, через секунду смял и отшвырнул записку в сторону.
Ситес вас всех прибери!
Упустили!
Внутри всё заклокотало от ярости.
– Где лорд Юлиан? – прошипел Нисам.
Слуга промолчал, только сжался, склонился ещё ниже.
Его можно не спрашивать – что знает простой посыльный?
Король резко встал, оттолкнул беднягу, освобождая путь, и устремился к выходу из ложи. Позвоночник пульсировал болью в такт шагам, но было не до того. Нисам не успел дойти до лестницы, как столкнулся с распорядителем турнира. Тот растерялся, не понимая, что происходит, почему король в коридоре, а не даёт начало последнему заходу. Нисам хотел было оттолкнуть и его, невольно заградившего путь. Но распорядитель опомнился, отвесил поспешный и оттого неуклюжий поклон, сбивчиво залепетал:
– Ваше величество. Последняя схватка… Нужно только дать сигнал к началу… Остался лишь один заход перед финальным боем его высочества.
– Где Кирс? – спросил Нисам, стараясь казаться спокойным. Но голос звенел от злости.
– Принц уже облачается, готовится к схватке… Боюсь, вы не успеете дать последние отеческие наставления. Но если ваше величество желает…