«Любимчик» принца, тоже мне! А сам-то Светодар хорош! Он ненавидит колдунов! Да что он о них знает?! Скольких он видел близко, кроме тех, кого он без раздумий приказывал казнить? Лавира дала волю чувствам, пока ее никто не видит. Хотелось «разрядиться», чтобы завтра не показать лишних эмоций. Если проверка пройдет гладко, второй этап внедрения ее в окружение вражеского принца будет позади. А там уж…
И всё-таки ей было не по себе. Лавира волновалась, как пройдет проверку. И чем-то ее насторожил насмешливый взгляд ворона. «Он всё понимает…» Да неужели? Тогда это очень особенный ворон, такие водятся только у них, в границах Пэйритории, а здесь он бы не выжил и дня! Здесь даже птиц с магическим даром ждет смерть, не то что людей…
Лавира позвонила в колокольчик, вызвала горничную, велела приготовить теплую ванну. Смыв дорожную пыль и усталость, согревшись и отдохнув, она оделась, примерив новый придворный образ. Заказала ужин, и рано легла спать, бесконечно прокручивая в уме варианты вопросов и ответов, свои реакции на самые каверзные проверки «косарей».
16
— Проходите сюда, барышня. На вас не должно быть никакого металла, ни железа, ни золота. Если что-то есть, оставьте на столике. Это не надолго, у нас ничего не пропадет.
Рано утром Лавиру пригласили в особую комнату, похожую на камеру для допросов, очень светлую, пустую, с решетками на окнах и странным сооружением, похожим на стеклянную клетку. Десяток «косарей» суетились вокруг, что-то подключая. У дверей снаружи стояла стража. Двое — Фарташ и молодой «косарь» были знакомы Лавире. Ее проверку почтил своим присутствием сам герцог Тузор. Он сидел в углу, только наблюдая, приказы отдавал шепотом, чтобы чужие уши не услышали.
Лавиру попросили зайти в прозрачный куб. Внутри стояло легкое кресло, она села туда.
— Видите, на стекле нарисованы силуэты открытых ладоней? Поставьте свои руки на них. Плотно прижмите их к стенкам.
Лавира исполнила приказ, и куб ярко осветился изнутри.
— Отлично! Контакты замкнули. Теперь отвечайте. Ваше настоящее имя?
— Лавира.
— Цель вашего путешествия?
— Ну я… как это? Я просто покинула руины и искала место получше.
— Вы были раньше знакомы с принцем Светодаром?
— Нет.
— Вы впервые увидели его возле леса, где на вас напали?
— Нет, я издали видела его на параде… Но близко, да, первый раз.
— Отвечайте четко и однозначно, без вариаций! — грозно сказал Лавире «косарь», что следил, как мигает свет возле ее правой ладони. Двое стояли по бокам и всё записывали. А сам непонятный прозрачный куб подавал какие-то сигналы и от него по полу змеились линии белого света.
Лавира чувствовала, как слегка покалывает ладони. Было не горячо, не холодно, но пальцы слегка онемели. Они с трудом могла следить за реакцией людей, чтобы понять, что именно им сообщают о проверке хитрые приборы. «Косарей» было слишком много, чтобы следить за всеми. Лавира поневоле нервничала. Но тут занервничает любой, так что, возможно, это нормальная реакция. Но дальше…
— Вы владеете магическим даром?
— Нет! — возмущенно дернулась Лавира. Ее уже слегка трясло.
— Кто-то в вашей семье владел даром?
— Нет! Может быть, я не знаю о дальней родне… но я говорю за тех, о ком знаю!
— Отвечайте четко и ровным голосом. Вы можете колдовать?
— Нет.
— Вас учили этому в детстве?
— Нет!
— Вы когда-нибудь видели, как другие устраивают заклятья? Видели их последствия?
— Да.
— Это было красиво?
— Н-нет. Я видела разрушения. Но огонь, огромный костер… мне нравится огонь, если он не несет смерть.
— Вы ходите причинить вред королю Осветории?
— Нет, конечно. Что за вопросы?!
— Нам виднее, что спрашивать. Вы хотите повредить принцу Светодару?
— Нет, — Лавира чувствовала, как ее ладони скользят по стеклу. Они стали мокрыми от волнения и пальцы похолодели. Сердце ужасно билось. Ее учили на курсах проходить любые допросы и контролировать своё состояние, но здесь Лавира не могла понять, чего от нее ждут. Она изо всех сил старалась, чтобы все ответы звучали правдиво, уверенно. Или уж слишком растерянно, чтобы никто не понял, что она заранее ожидала таких вопросов.
— Вы связаны с кем-то, кто ненавидит Осветорию?
— Я не понимаю… Среди моих знакомых таких нет… Я не общаюсь с «париями»!
— Ваш отец сейчас на войне?
— Я не знаю. Он ушел на войну больше года назад. Не знаю, жив ли он? — Лавира заплакала. Ее тоска по отцу была искренней. То же самое она ответила на вопрос о братьях, хотя думала о младшем брате и сестре, но внутри нее легенда наполнялась ее собственными эмоциями. Только направляла их Лавира туда, куда нужно. Ненависть — на врагов, любовь — на родных и друзей, но никто, кроме нее не знал, кого она при этом имеет в виду.
— Довольно, — вдруг встал с места Тузор, кутаясь в бархатный плащ, словно ему холодно. — Она сильная и смелая барышня. Будем давить дальше, сопротивление будет расти и спутает все результаты. Что показала проверка?
— Магии в ней нет, — сообщил Фарташ, он сводил вместе все результаты. — Она слишком волнуется, при упоминании нашего принца, но это понятно… Молодая барышня, такие обстоятельства встречи… с семьей, кажется, всё чисто. Вот насчет того, была ли она свидетельницей какого-то колдовства…
В дверь постучали, перебив доклад. Не дожидаясь разрешения войти, в комнату заглянул Светодар.
— Ну как, уже готово? Всё в порядке, надеюсь? Могу я похитить у вас Лавиру?
— Но мы ещё не до конца…
— Благодарю за помощь, герцог! — Светодар уже требовал ключ от стеклянной дверцы. Через секунду он подал руку Лавире и вытащил ее из «клетки». — Она ведь не колдунья, нет? Вот и отлично! Дай вам волю, три дня ее допрашивали бы, пока девушка собственное имя не забудет! Пойдем, моя спасительница, нас ждут великие дела!
Принц весело откланялся и увёл Лавиру из допросной. Седой герцог только сердито поджал тонкие губы, но ничего не посмел возразить. Его помощники ещё дорабатывали картину по всем полученным данным, а пташка из клетки уже упорхнула.
17
— Я так рад, что тебе выдали «чистый пропуск», так у нас называют заключение «косарей», — взволнованно говорил принц. — Дело в том, что я, кажется, придумал достойную награду моей спасительнице! Ты не откажешься поступить на службу во дворец?
— Вообще-то, я не собиралась становиться служанкой даже у таких шикарных господ, в столице, в королевском дворце! — Лавира пыталась шутить и снова говорить уверенно, но губы и пальцы ещё дрожали. Светодар заметил. Поймал ее руку и пытался согреть дыханием, как отогревают пальцы в лютый мороз.
— Не важно, что ты не годишься в горничные и помощницы кухарки. Главное, что ты не колдунья! Представить не можешь, как я ненавижу всех, в ком есть этот жуткий «дар», как они называют свою злую сущность! — лицо принца стало безжалостным.
Лавира снова напряглась и подавляла внутренний огонь ненависти. А ведь она почти растаяла от благодарности к Светодару, он ведь забрал ее от «косарей»! И вообще, она с трудом узнавала сурового воина без доспехов, в обычном скромном дворянском костюме, как для урока верховой езды. Принц казался моложе, его плечи без доспехов и вся фигура выглядела вовсе не такой богатырской. Обычный гибкий спортивный юноша. Высокий, но в его армии найдутся и повыше и посильнее. Только взгляд серо-стальных глаз и развевающиеся золотые волосы до плеч остались те же. И внутри это был всё тот же воинственный наследник Осветории. С ним нужно держать ухо востро!
— Ты слышала, что мою мать убили колдуны?
— Все говорят об этом, но почему? Как это получилось?
— Сразу, после моего рождения. Никто не знает толком до сих пор, как и за что. Просто колдуны — злые по своей природе. Они позавидовали нашей счастливой семье. И решили ее разрушить. Меня удалось спасти. Отец долго был безутешен, но потом нашел силы мстить. Чтобы как можно меньше других невинных людей пострадало от чар! Смотри, вот портрет мамы… — Светодар почтительно остановился и чуть склонил голову перед портретом королевы.
Лавира внимательно смотрела на ту, из-за кого началась кровопролитная война. Вряд ли эта красивая молодая дама хотела такой жизни своему сыну… Отчего она умерла? Придворный заговор? Неизвестная болезнь? Здесь скрыта какая-то тайна. Сам король и его верный Тузор создали целое ведомство, чтобы распознавать и контролировать чары, отлавливать одаренных, которых они объявили чистым злом. Но так и не узнали причины смерти королевы? Родной сын не знает всех подробностей? Или знают. Но не говорят? Почему? Тут что-то кроется, Лавира чутьем эмпата и шпионки улавливала важную тайну.
— Пойдем, отец тоже будет рад, что у тебя «чистый пропуск», — поторопил ее Светодар. — Наша советница по обороне подала мне блестящую идею. Я ей все уши прожужжал, что должен достойно наградить тебя и… что хочу оставить тебя рядом, тут, во дворце. Кажется, она придумала тебе отличную должность!
— У вас советник обороны — дама? — крайне удивилась Лавира. Даже круг пэров был не в курса такого странного обычая при дворе Осветории.
— Да, ты не знала? О ней мало кто слышал, — усмехнулся принц. — Я уважаю Радею, как мать, наверное. Ведь матери я не помню. Злые языки болтают, что у отца с ней… не только государственные дела, но и личная связь. Мне всё равно, Радея достойна быть королевой, но слишком умна, чтобы хотеть заполучить корону, сесть на трон и быть у всех на виду. Признайся, ты тоже думала, что всем у нас заправляет герцог Тузор, и отец делает всё, как скажут «косари»? А вот и нет, далеко не всё! Радея уравновешивает бульдожью хватку старика Тузора своей женской хитростью и проницательностью. Уверен, она перехитрила бы любую ведьму! Ты умеешь делать придворный реверанс? Впрочем, неважно, просто поклонись. Пойдем, нас ждут.
Двери тронного зала открылись перед ними. Принц вёл Лавиру за руку к трону, в трех шагах от короля отпустил ее руку. Сам поклонился, гостья тоже склонила голову. А когда выпрямилась, увидела сбоку от трона высокую красивую даму в красном платье. Ее темные глаза, как у хищной птицы, сверлили Лавиру, угадывая больше, чем все приборы «косарей».