боюсь его. Я знаю, ты считаешь Светодара другом, хотя он без колебаний пошлет тебя на костер, если узнает… А для меня он враг. Лютый враг моей страны и моего дара. И моей семьи. Я не могу сказать тебе даже то, что хочу. У меня связан язык и…
— Я вижу, у тебя какая-то нитка идет здесь, — Малерн провел рукой напротив сердца.
— Это заклятье тайны. Петля, которая меня задушит и остановит сердце, если «провалюсь». Мои… те, кто прислал меня, верят мне не больше, чем я верю принцу. Они пользуются моим даром. Для них я всего лишь отмычка. И мои брат и сестра — тоже.
Лавира грустно опустила глаза. Воришка ободряюще каркнул и перепрыгнул ей на плечо. Потерся крылом и щеку. Они сидели на обочине арены для тренировочных боёв, издали наблюдая за доблестью Светодара. И держали для него оружие.
— О чем секретничаем? — откуда ни возьмись, перед ними вырос принц. Сообщники так увлеклись, что пропустили его последний бой. — Едем кататься? Кони оседланы!
— Ваше высочество получили радостные вести? — спросила Лавира, видя, что принц буквально сияет. Его волосы слегка шевелились на ветру.
— Наступление скоро! Не могу дождаться! Хватит сидеть без дела! — имел Светодар в виду себя или их парочку, только он поспешил к коню, вскочил в седло и предоставил слугам догонять его. Они выехали за ворота и помчались галопом через холмы и рощи. Недалеко от укрепленного королевского дворца были отличные просторы для верховой езды. Там росли барьеры из подстриженных колючих кустарников, были выкопаны канавы, которые кони перепрыгивали с маху.
— У принца — настоящий военный дар, — шепнул Малерн Лавире во время остановки. — Не знаю, как это назвать, и откуда берется, но в бою Светодар побеждает даже одаренных. Он много раз не казнил захваченных в плен пэров, а вызывал их на смертельный поединок. Обещал жизнь в случае победы. Пэры бились за свою жизнь, мечтая уничтожить врага, но принц всё равно побеждал. Я видел это сам.
— Ты думаешь, Малерн…? Но это невозможно! — Лавира не могла допустить мысли, что Светодр сам не подозревает, кто он, а его дар скрывают тот всех. — Он сильный боец, тренировался с детства и он использует защиту против магии!
— Всё так, но у него не только сила. Военное чутье, везение, похожее на чудо. Считай, я этого тебе не говорил, просто имей в виду. Принц под какой-то особой защитой. Может, поэтому его не удалось убить, когда он только родился?
— Всё возможно, — кивнула Лавира. — Но мне нельзя отставать, я ведь его охрана! — Она пришпорила коня и поскакала вслед за принцем.
21
Когда пришла новость, что «парии» совершенно обнаглели, вклинились в наступление светлов и отбили важную крепость Борас, которая теперь торчит на фронте, как кость в горле у армии Осветории, Лавира впервые не радовалась успехам «своих».
— Как он уедет? Надолго? До бала меньше трех недель! Я должна ехать с ним!
— Похвально, что ты переживаешь о безопасности его высочества, — прохладно улыбнулась Радея. — Но на войне у принца достаточно охранников. Тебе сейчас важнее научиться полностью ориентироваться в полном тронном или бальном зале. Осваивай новое оружие и бери уроки танцев. Светодар вернётся, как только отобьет крепость.
— Вы так уверены в успехе его похода? Там лучшие отряды ничего не могут сделать.
— Где принц, там удача. Это давно заметили в армии. Думаешь, иначе его величество позволил бы восемнадцатилетнему наследнику с самого начала войны ввязываться в опаснейшие сражения? Это сейчас у Светодара опыт, умение, привычка к битвам… Он сразу был рядом со знаменем Осветории. И солнце удачи сияло ему с самого начала.
— Тогда зачем ему вообще телохранители? — проворчала Лавира, скрывая тревогу.
— Не стоит гневить судьбу! — сурово ответила Радея. — Никто не позволяет принцу слишком рисковать, его берегут, как всякого наследника! Но иногда его невозможно остановить. Сейчас не такой случай. Это обычный военный поход на Борас. До бала Светодар вернется непременно, возьмут они крепость или нет. Если обстоятельства…
— День памяти его матери?
— Нет, такой день принц предпочел бы провести в бою. Скоро узнаешь… Поэтому тоже необходимо усилить охрану праздника, чтобы — ни малейших провокаций!
Сам Светодар зашел к Лавире попрощаться. На тренировках они общались по-приятельски, на придворных обедах и совещаниях соблюдали официоз. Но в последние недели стало привычкой, что его высочество проводит вылазки из дворца не только с адъютантом, а вечером приходит поболтать не только со слугой. Лавира быстро вошла в ближний круг принца. Но, как ей и советовал Грозвит, не торопилась лезть в мысли принца. Достаточно, если она чувствовала его настрой и могла предугадать поступки.
Своим решением снова сорваться на войну, после того, что было недавно с его отрядом, Светодар шпионку не удивил. Он только и мечтал о битвах, и не хотел сидеть взаперти в столице. Но как его отпустил отец? Король Борислав совсем из ума выжил?
— Ты не всё знаешь, — кисло ответил Светодар. И он был прав, его сегодняшнего состояния Лавира совершенно не понимала. Мысли и чувства принца были закрыты. — Это устроила Радея. Они с отцом уже два года ищут мне невесту. Нашли одну, в соседнем царстве. Пришло письмо, что она явится на бал… Вот радость-то! Я должен развеяться, понимаешь? Не могу я гулять с барышней при луне, когда мои люди гибнут! От праздника никуда не денешься, придется отбыть. Даже если придумают объявить нашу помолвку, я не дрогну. Это мой долг. Отцу нужен военный союзник, а у нее богатое приданое — полцартсва. Но до всей этой расфуфыренной публики, до светских бесед и танцев, я просто обязан сделать что-то значительное! Чтобы пережить всё это празднество, и никого не пристрелить! Или самому не выпрыгнуть в окно. Понимаешь?
— Примерно, — сочувственно вздохнула Лавира. — Но почему вы против, чтобы я ехала с вами? Это — мой долг. Я тоже привыкла к седлу и полевой кухне. Думаете, мне легко зубрить этикет и учиться метать булавки посреди танца, пока вы… Вас могут ранить, убить, завлечь в ловушку… А я здесь… — она замолчала, как будто не в силах справиться с эмоциями.
— Ну-ну, малышка, не реви, — пошутил Светодар. — Я вернусь целым и с победой! И эту крепость я посвящу тебе!
— Оставьте ее лучше в подарок своей невесте! На празднике будет турнир, не забудьте провозгласить ее своей прекрасной дамой! Вы ее хоть немного любите? Или всё только «долг»? Как имя этой соседской царевны?
— Боренция. Да ты ревнуешь! — Светодар громко расхохотался, подхватил Лавиру на руки и закружил. У нее замерло дыхание, когда она взлетела в сильных руках. Для принца это был жест, которым он пытался бы развеселить сестрёнку, но телохранительница-эмпат никак не ожидала подобного порыва. В бою она легко читала Светодара, но тут…
— Ну, не скучай, малышка. Не бойся за меня! Прилежно учись! Я непременно приглашу тебя на танец. Хотя бы один раз мне позволят самому выбирать партнершу!
Принц уезжал с малым отрядом охраны. Лавира видела из окна, как они исчезли за воротами дворца. Сердце ее словно сдавило холодной рукой. Нет, это не предчувствие. Она несколько раз подряд поймала себя на том, что рядом с принцем ее дар сбоит и «засыпает», уступая место глупому волнению. Так бывает только с самыми близкими людьми, за кого сильно переживаешь. Например, за себя. В последний раз, отправляясь вскрывать военный склад, Лавира нервничала, но не почувствовала угрозы. Ведь о тех, кто небезразличен, волнуешься всегда. Вот и получаются «ошибки чтения в сердцах».
Небезразличен? Само собой, ты ненавидишь Светодора! Но раньше почему-то это не мешало считывать его эмоции и поступки. А тут… Антимагическое излучение дворца, что ли, влияет? Но нет, нет, нет! Сердце давит петля заклятия! Её-то не обманешь! Это то самое запретное чувство, с которым нужно бороться изо всех сил, или умрешь! Держись!
Заклятье не позволит «агенту Лавире» перейти на сторону врага. А она, кажется, уже близка к этому? Она стоит над пропастью и вот-вот свалится!
Спокойно, возьми себя в руки. Ты же его не любишь? Ты беспокоишься за принца, только потому, то если он уедет, твое пребывание во дворце — напрасный риск, задание не выполняется, когда объекта рядом нет! Если его убьют, сорвется весь хитрый план с захватом Светодара и его армии! Ты ведь только поэтому переживаешь, правда? Поэтому?
Нет, нет, нет! Не ври себе, Лавира! Твой враг, твой худший заклятый враг стал тебе слишком дорог! Наслушалась Малерна? Поверила, что это белобрысое лохматое чудовище в золоченой кольчуге может испытывать добрые человеческие чувства? Кому ты веришь?..
Себе, своему сердцу. Оно болит, грозя разорваться, петля его задушит. Заклятию виднее, его обмануть не так легко, как аппараты «косарей». Ты его любишь! И тебя огнем жжет мысль о том, что тут появится какая-то невеста!
Какой кошмар. Как, как это могло случиться? Любовь зажглась от ревности? Провал!
Глубокий вдох. Дождемся праздника и появления невесты. Может, всё не так плохо? Может, это ошибка? Вот так одаренный эмпат! Не можешь разобраться с собственных чувствах! Куда тебе пытаться захватить и подчинить других…
«Грозвит сделал ужасную ошибку, я это сразу знала. Я не гожусь для этого задания», — Лавира не могла заглушить внутренний голос, кричащий у нее в голове. Но согласиться с ним и признать, что увлеклась вражеским принцем больше, чем это позволительно шпионке, тоже не могла. Она физически чувствовала, как Светодар удаляется от дворца, и между ними словно натягивалась такая же мучительная нить, как та, что резала ей сердце.
22
Круг пэров получил ещё одно донесение от «агента Лавиры». Она сообщала, что принц Светодар уехал на штурм Бораса без нее. Доверие к ней постепенно крепнет, но предстоит ещё проверка на празднике. Это Грозвит доложил своим, и круг пэров обсудил, какие меры принять. В частной беседе Лавира просила поддержки от своего куратора:
— Я скоро не выдержу! — почти рыдала она. — Я должна знать, хотя бы, что с моими родными? Я не могу себе позволить искать их зеркальцем, но вы могли бы…