Нужна ли для постоянного нахождения в оптимальном психологическом состоянии работа с психологом? Это щекотливый для меня вопрос, и ответа пока нет. Если б я в футболе или обычной жизни имел опыт сотрудничества с такими специалистами, то каким-то мнением бы обзавелся. Но такого опыта у меня пока нет. Поэтому ответить смогу, когда приобрету.
Глава 11Роман со сборной России
О сборной я мечтал всегда, еще, наверное, с детства – когда во время чемпионата Европы впервые увидел Рината Дасаева в воротах сборной СССР. Все крупные международные турниры я хорошо помню с 1994 года, и уже тогда стал понимать, что любой чемпионат мира и Европы – это большое праздничное событие. Попасть на такой турнир в составе своей сборной, увидеть изнутри весь этот праздничный антураж – большое достижение в карьере, об этом я думал еще в юности. Ажиотаж в прессе, горящие глаза болельщиков – все это хотелось пережить как можно ближе к футбольному полю. Хотя праздничный антураж вокруг матчей сборной есть всегда, не только на крупных турнирах. На отборочных матчах тоже. А уж атмосфера чемпионата мира – это нечто особое! Когда мы во время чемпионата мира в Бразилии выходили на поле, я оглядывал стадион, смотрел на трибуны – видел там огромные российские флаги, и тогда хотелось просто наслаждаться моментом. Та атмосфера запала в мое сердце навсегда.
Я думаю, футболисты лукавят, когда говорят, что о сборной не задумываются. Такие амбиции должны быть, это нормально для спортсмена. Если команда выступает удачно, сам футболист тоже играет хорошо, то он вправе рассчитывать на то, что его позовут в сборную. Наверное, в такие периоды все очень внимательно следят за любыми списками кандидатов, надеются попасть и в расширенный список. Я тоже за этим всегда следил. Ждал объявлений, надеялся увидеть свою фамилию, расстраивался и внутренне заводился, если туда не попадал.
Но это было уже в 2014 году. А задумываться о выступлении за сборную я стал в свой первый сезон в «Рубине». Мы тогда очень успешно провели первую треть чемпионата, лидировали. Поэтому я предполагал, что на меня тоже могут обратить внимание. Думаю, в списке кандидатов на участие в Евро-2008 я был, но незадолго до турнира получил травму, шансов поехать на Евро уже не осталось. Хотя вратарская бригада у сборной тогда была очень сильная. Игорь Акинфеев, Вячеслав Малафеев, Владимир Габулов – мне с ними на тот момент конкурировать было тяжело. Вызвали меня уже после чемпионата Европы – осенью 2008 года я впервые попал в заявку сборной России. Мы тогда на выезде играли с Германией в отборе к чемпионату мира.
Перед предматчевым сбором позвонил Александр Бородюк – сообщил, что я вызван. Какие эмоции были? Радость, конечно! Вокруг себя видел сплошную радость. Сообщил о вызове в сборную жене, позвонил папе. Сейчас обо всем этом вспоминаю – и те же эмоции подступают! Опять чувствую тот же душевный подъем, который случился тогда. Кроме радости, было еще очень интересно. От ребят я давно был наслышан о Гусе Хиддинке, очень хотелось с ним поработать. Очень интересно было потренироваться с вратарями сборной, за работой каждого смотрел с большим любопытством.
После первого вызова я стал следить за конкурентами по сборной еще внимательней. И так было до конца карьеры всегда. Следил за Акинфеевым, Малафеевым, Шуниным, Лодыгиным, да за всеми! После каждого тура смотрел, кто как сыграл, сравнивал себя с ними, раздумывал, какой может быть состав вратарей на ближайшем сборе.
Понимал, что первый номер – Игорь Акинфеев, это выглядело полностью заслуженно. Я видел, что своими талантом и трудолюбием Игорь место первого вратаря сборной полностью заслуживает. От него исходила мощная аура уверенности, и это в дополнение к сильным вратарским качествам – игре ногами, технике и легкости перемещения в воротах, психологической устойчивости. Думаю, влияли на Акинфеева и победы. Он к тому моменту все выиграл в России, выигрывал Еврокубок и давно выступал за сборную. Эти достижения, наверное, тоже добавили уверенности Игорю. В нем я увидел вратаря, обладающего прекрасным набором качеств для первого номера сборной.
А себя оценивал так: считал, что стать вторым мне по силам. И за это боролся. Надеялся, что окажусь в ротации вратарей сборной – и буду играть хотя бы в товарищеских матчах. Кроме одного тайма в матче с Катаром, к сожалению, не получилось. Это считаю ложкой дегтя в бочке меда своей карьеры.
Единственный минус Сборной при Хиддинке – отсутствие тренера вратарей. Не было его, и пока меня вызывали при Дике Адвокате. Это удивляло, но я о причинах не спрашивал. Даже с вратарями это не обсуждали. Ребята мне просто сказали: занимаемся сами, пошутили по этому поводу, и все.
Конечно, отсутствие тренера вратарей – очень плохо. Команда по 30–40 минут занимается каким-нибудь упражнением, что-то отрабатывает, а мы готовимся самостоятельно. Слава Малафеев показывал упражнения, Игорь подсказывал, у нас был набор упражнений для разминки – так и работали. Никто нас не контролировал, никто особо за нами не смотрел.
Конечно, мы это обсуждали с Виталием Кафановым. Он отсутствие тренера вратарей в сборной воспринял с недоумением. Не понимал, как такое может быть, и у него не было ответа на этот вопрос. Виталич призывал меня не забывать, что есть еще и «Рубин», куда я должен вернуться в хорошей форме. Тем более игровой практики у меня в сборной не было. Я также внимательно следил за питанием, ходил в тренажерный зал.
На тренировках мы и без тренера нормально разминались, в хорошем состоянии подводили себя к работе с полевыми игроками. Может, ничего не развивали, но форму поддерживали. А будь у нас тренер – мы могли бы подготовиться к матчам намного лучше, это однозначно!
Сергей Иванович Овчинников тренером вратарей сборной стал перед чемпионатом Европы 2012 года – и потом работал при Фабио Капелло. При нем я стал вызываться регулярно.
Думаю, что Фабио сам устанавливал иерархию среди вратарей сборной. Амбиции у меня, конечно, били через край – хотелось большего. К тому же анархии в наших занятиях уже не было – с вратарями постоянно занимался Сергей Иванович Овчинников. Но, наверное, на тренировках я не убедил Капелло в том, что готов успешно конкурировать за позицию второго номера.
Фабио наблюдал за нами внимательно. Часто подходил к нам, следил за тренировкой, смотрел удары по воротам.
Единственный минус сборной при Хиддинке – отсутствие тренера вратарей. Не было его, и пока меня вызывали при Дике Адвокате. Это удивляло, но я о причинах не спрашивал. Даже с вратарями это не обсуждали.
Не стоит говорить, что я однозначно заслуживал большего. Что был настолько хорош для использования меня в матчах. Да, тогда я внутренне кипел. Наружу это не выходило, никому ничего не говорил, но сам переживал. Свою роль я понимал и принимал – нужно было в полную силу тренироваться, поддерживать хорошую атмосферу в команде и быть готовым в любой момент выйти на поле постоять за честь российского футбола. Но не знаю, как можно даже в качестве третьего вратаря приезжать в сборную без амбиций и смирившись с ролью третьего номера.
К тому же тренеры никогда в открытую вратарей по иерархии не делили. Для себя они может заранее все определяли, но ни разу не говорилось: «ты первый, ты второй, ты третий». Всегда хочется играть и бороться за место первого номера. Поэтому я каждый раз ехал в сборную с приподнятым настроением, надеясь на лучшее. Зажигал себя на каждом сборе, стремился убедить тренеров на каждой тренировке. Так же я настраивал себя и во всех клубах. На каждой тренировке старался доказать, что по праву нахожусь в команде, – так было и в «Рубине», и в «Крыльях», и в «Тамбове», да везде! Старался убедить в любом упражнении, при любом ударе, в каждом квадрате. Себя оценивал по своей шкале – иногда мог отметить, что вот на этой тренировке был хорош. Но оценивал себя только по своей шкале, сравнивал только с самим собой. С другими вратарями заочных соревнований не проводил. Таких мыслей: «вот он сегодня ошибся, а я был в порядке» – у меня никогда не возникало.
А на участие в матчах я все-таки наделялся, даже рассчитывал. Сборная – пик в карьере футболиста. А для вратаря – особенно! Если ты выходишь в стартовом составе, значит, на данный момент ты лучший вратарь страны, которая доверила тебе пост номер один. Это высший уровень признания! И за хотя бы один официальный матч в составе сборной России я бы запросто отдал сухой матч против Месси.
Думал, что раз меня при Фабио Капелло уже столько вызывают, значит, должны дать сыграть. Но, возможно, Фабио на это не решался из-за опасений, что я сыграю плохо – и его затравят из-за выбора в мою пользу, скажут, что другого надо было брать.
Сейчас уже смотрю на это и оцениваю спокойно. Наверное, чтоб убедить в своем праве на большее, мне каких-то качеств не хватало. К сожалению, один тайм при Дике Адвокате остался для меня единственным выступлением за сборную России. При Капелло поучаствовать в матчах не удалось. Но ту роль, которая мне полагалась, в том числе на чемпионате мира в Бразилии, я сыграл достойно.
Хотя за полтора месяца до чемпионата мира у меня появились сомнения. Список игроков, который поедет на сборы, уже был. Но после матча за «Рубин» у меня заболело колено. Выяснилось, что проблема с мениском. Сделали МРТ и сказали: «Можно делать операцию, можно обойтись без нее». Сильного дискомфорта не было, но боль иногда чувствовалась. Позвонил Сергею Овчинникову, рассказал о своих сомнениях: «Может, кто-то здоровый лучше в Бразилию поедет?» Он меня успокоил: «Серый, шанс попасть на чемпионат мира бывает только один раз. К тому же не такая уж у тебя и проблема с коленом – спокойно сможешь отыграть оставшиеся матчи».
Я и в самом деле к матчам потом готовился нормально, иногда лед прикладывал, уколы делал.
Еще Овчинников сказал, что тренеры уже представляют вратарскую бригаду на чемпионате мира и я туда вхожу. Нас и на сбор перед отправлением в Бразилию вызвали только троих: Акинфеева, Лодыгина и меня.