Обшарпанное снаружи здание внутри блестело от аляповатой роскоши — золоченые кушетки, хрустальные метровые люстры, мраморные столы… На всю эту красоту Артур внимания не обращал, как и на полуобнаженную девицу, которая вела его сейчас в гостиную. Сауна успешно предлагала безлимитные услуги высококлассного борделя, и Аракчеев не раз ими пользовался с удовольствием, но вряд ли сегодня у него получится отвлечься.
— Артурчик, дорогой! — поприветствовал его грузный мужчина лет пятидесяти. Одной рукой он обнимал худощавую брюнетку, другую руку протягивал Аракчееву. Тот с готовностью ее пожал. С прокуратурой Артур предпочитал дружить и ни в коем случае не ссориться.
— Что-то ты бледный, парень, зачуханный какой-то. Расслабься, отдохни…
Артур вымученно улыбнулся. Расслабишься тут, как же! Однако спорить не стал и, присев рядом, завел непринужденную светскую беседу. Вскоре на его коленях очутилась симпатичная брюнетка, чем-то отдаленно напоминающая Сашу. Едва Аракчеев это понял, тут же велел заменить девицу. Так он точно не расслабится.
С Дашевской он не разговаривал с того дня, как они поругались из-за этого Смирнова. Она еще грозилась, что посадит Артура. Смешная… Но выбесила своей истерикой знатно. Вот только добраться до нее Аракчеев так и не смог. Да и после стало совсем не до баб.
В тот же вечер, когда он собирался забрать к себе Сашу, нагрянули проверки сразу на три его объекта. Требовалось его личное присутствие. Артуру и его людям пришлось провозиться несколько дней, чтобы все уладить. Он ненавидел давать взятки, хотя давно уяснил, что это неотъемлемая часть его бизнеса, однако сейчас готов был дать кому угодно и сколько угодно, лишь бы понять, кто его заказал. Обычно с выяснением обстоятельств трудностей не возникало. Максимум через три дня Аракчеев уже знал, с кем имеет дело. Но не в этот раз.
Дальше — больше. Сразу два завода отказались от продления контрактов на поставку стройматериалов. С одним, правда, удалось договориться, но уже по более высоким расценкам. Такое и раньше бывало, но не так, чтобы два сразу. Аракчееву пришлось помотаться по стране на прошлой неделе, разруливая ситуацию. А главное тем временем ждало его в Москве — тот тендер, который Артур считал уже своим, прошел мимо. Холдинг Аракчеева не допустили даже к приему заявок, еще и прямо посоветовали навести порядок в личной жизни и перестать путаться с Дашевской. А то слишком часто Артур Булатович мелькает в желтой прессе, нехорошо это для репутации серьезного бизнесмена…
Можно было считать происходящее черной полосой, вереницей случайностей, но Аракчеев не верил в совпадения.
— Что, так и не выяснял, кому ты перешел дорогу? — спросил его через час Кондратьев, когда они, разморенные, вышли из парилки. Руслан развалился в кресле и тяжело дышал, а потом и вовсе потянулся к бутылке.
— Нет, — признался Артур. — Честно говоря, рассчитывал на твою помощь.
— Может, ты чего недоговариваешь? — Кондратьев недобро ухмыльнулся.
Артуру это не понравилось, но он решил проглотить явное недоверие друга. Поэтому ответил вежливо и откровенно:
— Да не было ни с кем базара! После ареста Бори все вообще затухли! — Артур со злостью ударил кулаком по столу, отчего задребезжали бутылки. — Я ничего не понимаю! И главное — никто не колется.
— Это не гуд, — задумчиво протянул Руслан и взял вторую бутылку. — Я тоже не всесильный, брат, но попробую выяснить. Сам понимаешь, обещать не могу.
Аракчеев кивнул.
— И главное, тендер! Рус, они не допустили меня только из-за того, что когда-то я помогал Блэтфорду! Помнишь, его года три назад осудили в Штатах за мошенничество? Да я уже забыл о нем!
— Тендер международный, — спокойно отреагировал Кондратьев, пристально глядя на нервного друга. — Какие-то иностранцы могли возбухать…
Аракчеев не сдержался и громко выругался. Руслан поспешил сменить тему.
— Как наша бездомная красавица поживает?
— Понятия не имею! — выплюнул Артур. — У меня нет на нее ни времени, ни сил. Своя жопа горит!
— Ясно, — протянул Руслан. — Милая у нее квартирка… мне понравилась. Кстати, Бориса скоро могут выпустить. Имей в виду.
— Вообще?! — встрепенулся Аракчеев. Не сказать, что он боялся этой встречи, однако сейчас ему точно было не до разборок с Дашевским. А вопросов к несостоявшемуся зятю могло возникнуть немало.
Руслан ответил не сразу — внимательно изучал содержание своего мобильного.
— Пока домашний арест. А потом… потом, если сделает, что надо, то будет свободен. — Он поднялся с кресла. — Ладно, я поехал дальше веселиться. Бывай!
— Я с тобой!
Артур тоже встал, но Кондратьев лишь покачал головой:
— Извини, брат. Очень личная встреча. Я ее очень долго ждал.
Глава 27
Перед глазами все расплывалось — как я ни старалась сфокусировать взгляд, видела лишь яркие пятна. Меня постоянно толкали. Или это я толкалась? Голова кружилась — в момент картина превратилась в одно сплошное огромное разноцветное марево. Я закачалась и стала оседать. Кто-то подхватил меня. Кажется, я что-то попыталась сказать, потом куда-то шла. Или это меня вели? Все мысли заслонила ужасная боль в голове и животе, меня тошнило, выворачивало. Так хреново мне не было давно…
— Саша! Саша!
Как в тумане я слышала чей-то голос. Даже понять не могла, мужской или женский. Потом чьи-то руки заставили наклониться. Меня скрутило, от спазмов я почти перестала дышать, однако организм справился со всем самостоятельно. Через несколько минут я уже сидела на холодной земле и, несмотря на продолжающуюся резь в животе, вполне осознавала, где я.
— Держи!
Серебрянская протянула мне упаковку носовых платков. Не сразу я смогла вытащить один из них — руки дрожали. Едва успела вытереть рот, как меня опять вывернуло.
— Ну что, папина принцесса, хорошо на свою блевотину смотреть? — Алиса брезгливо поморщилась и, вытащив телефон, навела его на меня. — Оставлю себе на память. Еще солью в пару каналов, пусть все тебя такой увидят.
— Отойди. — Я с трудом поднялась и, пошатываясь, сделала пару шагов, прислонилась к дереву.
— Странная все-таки реакция, тебя не должно было вырвать, — задумчиво проговорила Серебрянская. — Обычно уже в отключке лежат, а ты даже на ногах держишься.
Она подошла ближе и протянула бутылку воды.
— На, пей. А то несет от тебя… Пей, я сказала!
Сил сопротивляться не было, но главное, с каждым глотком ко мне постепенно возвращались силы. Голова была по-прежнему чугунной, меня шатало, но я хотя бы ходила.
— Стой тут!
Алиса толкнула меня в плечо, я едва удержалась на ногах. Меня начало знобить, я обхватила себя за плечи, стараясь согреться. А потом заметила в руках Серебрянской свою сумочку.
— Отдай!
— Заткнись, тварь! — выплюнула Алиса. Ее лицо превратилось в белую маску, отчего губы казались большой кровавой дырой. Меня зазнобило сильнее. — Привыкла всем приказывать, а ты в полном дерьме. Не поняла еще? Ничего, он тебя… Руслан! — вдруг звонко воскликнула она, глядя в темноту. — Мы здесь.
Я поморщилась от ее крика, попробовала выхватить свою сумку, но не получилось. Что за бред она несла? Зашаталась и… меня снова чуть не вырвало. Спазмы подступили к горлу, когда я увидела этого Руслана.
— Кондратьев? — выдохнула я. — Фу-у…
Нет, меня точно сейчас вывернет. Руслан Кондратьев — самый жуткий и отвратительный друган моего бывшего. Меня всегда колотило от его пустых холодных глаз. Даже страшная морда и костлявое тело Кондратьева так меня не отталкивали, как его жуткая энергетика — липкая, холодная, сосущая из людей силы. Как же он меня бесил, этот урод!
— Привет, Сашенька. — Я вздрогнула от его хрипловатого голоса. — Ну вот и встретились. Хреново выглядишь!
Холодными пальцами он взял меня за подбородок. По коже сразу пробежал озноб. Только не он! Я дернула головой, слишком резко получилось. От этого движения тысячи острых гвоздей впились мне в мозг. Я глухо застонала от боли.
— Ты чем ее накачала? — недовольно протянул Рус. От него омерзительно пахло — смесь алкоголя, сигарет, пота, какого-то парфюма, но главное — запах его тела. — Ладно, сам разберусь. Поехали!
— Что? — еле выдавила из себя, потому что голова разрывалась на части. — Никуда я…
В темноте мелькнула широкая ладонь, щеку пронзила обжигающая боль, я куда-то полетела и… больше ничего не почувствовала.
…Перед глазами мелькали размытые картинки. Я понимала, что сплю, что мне снится что-то нехорошее и надо проснуться, но сил не было.
— Очухалась? Лучше не надо, нам еще полчаса ехать!
От этого голоса я испуганно открыла глаза, несмотря на дикое головокружение. Меня повело, я застонала, но заставила себя выпрямиться.
— Что? К-куда… ты меня везешь?
Мы были в машине — я и Кондратьев. Если бы я верила в загробную жизнь, то решила, что очутилась в аду. Но ад ведь возможен и на земле! В салоне пахло… Кондратьевым. Вот черт! Куда я вообще попала? Как?
В голове пронесся сегодняшний вечер — я поехала в клуб оторваться, потому что Леша… Леша меня предал!
Я громко всхлипнула, разом вспомнив все. Наличие рядом урода Кондратьева уже не казалось самым страшным в жизни. Я знала, что бывает хуже.
— Останови машину и выпусти меня, — потребовала я и услышала хриплый смех.
— Алиса сказала, ты по-прежнему строишь из себя звезду. Очнись уже, Саша! Папы больше нет. И раз Артур не смог тебе мозг вправить, то теперь тобой займусь я.
— Чего?! Ты что мелешь?
— Все бабы — шлюхи, одна дороже, другая — дешевле. И ты не исключение, Саш. Обычная шалава, которая возомнила, что она может мужиков за яйца дергать. — Левой рукой он держал руль, а правую протянул мне. — Узнаешь? Смотри!
Я приоткрыла от удивления рот — в ладони Кондратьева лежали ключи от моей квартиры.
— Хочешь их обратно? — Кондратьев впился в меня взглядом, не обращая внимания на дорогу. — Останешься со мной на выходные — вернешь свою хату.