— Уйди с дороги! — потребовал ангел, выезжая вперед.
— А вопросы? — обиделся демон.
Габриэль медленно, со свистом выпустил воздух сквозь зубы. Ой, что это с ним?
— Хорошо. Какое отношение имею я к твоему появлению на свет?
— Никакого.
— Кто это был? — почти выкрикнул ангел. Вид у него был такой, словно от ответа на этот вопрос зависела вся его жизнь.
Стоп. О чем это я? Вообще-то, так и есть, нас же тут съедать собираются. Или нет?
— Проезжайте. — Демон отступил в сторону.
Я так и застыла с открытым ртом. Если бы Алекс не дернул за поводья, точно осталась бы стоять на месте.
ГЛАВА 8
— Ну и что это было? — теребила я Алекса.
К тому времени, как Страшный лес остался позади, день уже плавно перетек в вечерние сумерки. Вот тебе и два часа! Оптимистический прогноз властелина оказался далек от реальности.
Ответом меня не удостоили. Вместо этого Алекс задумчиво проговорил, обращаясь к Габриэлю:
— Если я все правильно понял, то твое низвержение можно считать снятым?
Тот молчал.
— Ты пойдешь в Воздушный град?
— Не-а. Мне и здесь хорошо. — Ангел ехал, глядя прямо перед собой, чтобы не встречаться ни с кем из нас взглядом.
На некоторое время снова установилась тишина. Изгнанник выглядел еще мрачнее обычного. Да, изливать душу он явно не расположен. А зря. Помогает, по себе знаю.
Алекс то и дело обеспокоенно поглядывал на него, но вопросов больше не задавал. А я… Меня грызло любопытство.
— Неужели ты не скучаешь по дому? — наконец не выдержала я.
— Понятия не имею, где мой дом, но уж точно не там.
— А семья? У тебя же есть семья? — Любопытство не хотело униматься.
Габриэль обернулся и угрюмо зыркнул на меня:
— Если тех крылатых истуканов, которые буквально умоляли Пресветлого Владыку казнить меня, можно назвать семьей, то да, она у меня есть. — Отвернувшись, едва слышно добавил: — Ангелы… У них же все не как у людей!
Гм… А сам-то ты кто?
Задавать вопросы что-то расхотелось. Бедный. Никогда бы не подумала, что стану его жалеть. Кого угодно, только не этого вредного ангела! Дожили, называется.
Вскоре стало совсем темно, а мы все ехали. Занесенная снегом дорога и днем-то была еле видна, а сейчас приходилось двигаться почти наобум. У меня не хватило сил даже на кривобокого светлячка. А что поделаешь? Судя по карте, никакого человеческого жилья мы не встретим до самого Старинска. Любого другого места, хоть сколько-нибудь пригодного для ночлега, тоже пока не попадалось. Не в сугробе же нам на ночь устраиваться. Хотя мое измученное тело уже готово было согласиться и на сугроб. Желательно теплый, мягкий и с одеялом…
Холодрыга стояла жуткая. После всех ужасов прошедшего дня морозец, нахально пробирающийся за ворот плаща, раздражал сильнее обычного. Нет-нет да и появлялась где-то в уголке разума робкая мыслишка о том, что я могла бы сейчас находиться совсем в другом месте. Дома. Впрочем, она была очень быстро выпихана вон моей природной упертостью и, наверное, из чувства самосохранения, больше не являлась.
— Кажется, впереди какое-то село. — Алекс приподнялся в седле, чтобы получше рассмотреть близлежащую местность.
Изо всех сил вытягивая шею, я тоже пыталась хоть что-нибудь увидеть. Ну да, вроде бы так и есть. Правда, самих домиков в темноте не видно, зато окна светились приветливыми огоньками. Неужели я сегодня буду спать на чем-то, хотя бы отдаленно напоминающем кровать? Это же просто чудо!
При ближайшем рассмотрении село оказалось совсем маленьким. Домов — с десяток, не больше. Все они были деревянными, уже потемневшими от времени и почему-то напомнили мне родной домик.
Я тряхнула головой, отгоняя ненужные воспоминания. Только их еще не хватало. Тут с настоящим не знаешь что делать, а если еще начать копошиться в минувшем, так вообще свихнуться недолго.
Было очень тихо. Не лаяли собаки, потревоженные появлением чужаков. Сюда не доносился вой волков, который так пугал меня прошлой ночью. Даже ветер, казалось, затих, запутавшись в черных ветвях деревьев.
— Не нравится мне оно, — скривился Габриэль.
Я посмотрела на него, как на злейшего врага. Нет, ну нормально вообще? Только настроилась на полноценный отдых, как обязательно надо все обломать!
— Почему? — удивился Алекс.
Я заметила, как он подавил зевок. Хоть кто-то со мной солидарен!
— Его на карте не было.
— Ну и что? Ты посмотри вокруг. Три кола, два двора! Картографу просто было лень заниматься ерундой! В конце концов кому оно может понадобиться, это село?
— И собак здесь не держат, — продолжал нудить ангел. Это он из вредности, что ли, издевается?
— Ну А-алекс, — заныла я. — Я спа-а-ать хочу!
Властелин тяжко вздохнул и спрыгнул с лошади.
— Мы едем дальше! — настаивал низверженный.
— Если тебе что-то не нравится, можешь ночевать за околицей, — предложила я. А что, по-моему, очень конструктивное предложение.
— Вот заноза!
— Сам дурак.
Нет, я не самоубийца. И по шее получить как-то не слишком хочется. Так что я тоже слезла с лошади и пристроилась за спиной властелина.
Дверь распахнулась почти сразу. На пороге стоял мужик довольно потрепанного вида. Тучный, белобрысый и румяный, с голубыми, почти прозрачными глазами. Ростом он был примерно с меня. При виде нас на краснощеком лице отразилось удивление, впрочем, очень быстро сменившееся радостью.
— Добрый вечер, — улыбнулся Алекс. — Вы случайно не знаете, у кого мы могли бы заночевать?
— Заночевать? Да хоть бы и у меня, — широко улыбнулся в ответ хозяин дома. — Мы с женой гостям всегда рады.
Махнув рукой, чтобы следовали за ним, он скрылся в темном проеме. Миновав три ступеньки, крылечко и дверь, мы прошли через темные, сырые сени и оказались в помещении, являвшем собой нечто среднее между кухней и гостевой. Одну половину комнаты занимали большущая печка, шкафчики с разнообразной посудой и огромный обеденный стол, а вдоль другой были расставлены широкие лавки. За печкой я заметила небольшую дверь, ведущую скорее всего в хозяйскую горницу.
Меня передернуло. От холода, наверное.
Хотя особых признаков нужды здесь не заметно, уютом в доме даже не пахло. Будто он и не жилой вовсе. Пришлось срочно напомнить капризной себе, что мы сейчас не в том положении, чтобы привередничать.
Возле печки возилась хозяйка — тощая тетка неопределенных лет в простом коричневом платье, украшенном тремя большими пятнами неизвестного происхождения.
— Я Марка, — сообщила она, на минуту оторвавшись от своих дел. — Вы пока располагайтесь. Ужин еще нескоро будет.
Услышав это, мой живот обиженно заворчал. Я уселась на широкую скамью, прислонилась спиной к прохладной стене и облегченно вздохнула. Мысль о том, что скоро можно будет наконец-то уснуть, причем в тепле и относительной безопасности, грела сердце. Через несколько минут тело окончательно разомлело, веки прикрылись. В полудреме я слышала, как хозяин выспрашивает у Алекса, кто мы да откуда, как негромко ворчит себе под нос Габриэль да сонно мурчит прикорнувший где-то поблизости кот.
Минуточку… Кот?!
От поисков мурлычущего создания меня отвлек громкий стук в дверь. Все разом замолчали и уставились на вход. Мгновение спустя дверь с протяжным скрипом отворилась, и на пороге возник неизвестный мужик селянской наружности. Выглядел он как копия нашего хозяина, только еще более помятая.
— Доброго вам вечера, — расшаркался он с хозяевами. — Как живы-здоровы?
— Да уж поздоровее некоторых, — скривилась хозяйка. — Что приперся-то?
— А сама ты как думаешь? — обиделся незваный гость. — На ужин пригласишь али как? Я вас в прошлом месяце звал.
— Ладно, приходи.
— И женку мою?
— Так и быть.
— А детишки как же?
Меня начало пробивать на смех. М-да, всегда знала, что наглость — вещь полезная, а в отдельных случаях просто незаменимая. И вообще ужинать в гостях значительно вкуснее.
— И их приводи, — скрипнув зубами, согласилась хозяйка.
— Ну спасибочки! — просиял наглый мужик. — Тогда я еще и тещу прихвачу.
И буквально выскочил за дверь. Наверное, побежал радовать голодное семейство.
С мечтой подремать перед ужином пришлось распрощаться. Вслед за первым визитером появился и второй. На этот раз тощий долговязый мужичонка в лимонно-желтом камзоле, который был ему явно велик, и широкополой соломенной шляпе. На кой ляд она ему сдалась, зимой-то?
— Здравствуйте, хозяева, — лыбился гость, распространяя вокруг себя запах перегара. Я даже с другого конца комнаты унюхала. Фу, гадость какая!
— А тебе чего? — накинулся на пьянчугу хозяин.
— А того, — икнул тот.
— Позже приходи.
Нет, что-то я окончательно перестала понимать, что здесь происходит! Это что за благотворительность такая? Или они тут дармовую харчевню открыть решили? Сомнительно.
И тут о себе решил напомнить кот. Он прошелся вокруг моих ног, потоптался по одной из них, привлекая внимание, и, запрыгнув на лавку, юркнул ко мне за спину.
— Лап? — Я протерла глаза. Может, от энергетического истощения глюки начались?
Впрочем, это был очень осязаемый глюк. «И мерзопакостный», — сделала вывод я, потирая оцарапанный локоть. Вот вредитель, даже через три слоя одежды достал!
— Да тихо ты! — прошипел кот. — Пошли, что ли, воздухом подышим.
— Спасибо, уже надышалась. Лет на десять вперед. — Подниматься с насиженного места было лень.
— А ну, вставай, я тебе говорю! — окончательно распсиховался рыжий. — Или ты до сих пор не поняла, куда вы попали?
Подозреваю, что в бедлам.
Пришлось отдирать свою тушку от лавки. Старательно делая вид, будто направляюсь к деревянной будочке, приткнувшейся в самом дальнем углу огорода, я нырнула за дом, потопталась какое-то время по глубокому снегу и наконец спряталась за толстым стволом яблони. Через минуту ко мне присоединился кот. Он каким-то образом умудрился просочиться на чердак и теперь, спрыгнув (хотя, на мой взгляд, скорее свалившись) с крыши, пробирался ко мне, почти полностью утопая в сугробах.