В настоящее время точно атрибутировано 12 пушек Чохова. 7 из них находятся в Военноисторическом музее артиллерии, инженерных войск и войск связи в Санкт-Петербурге, 3 (в их числе «Царь-пушка» – в Московском Кремле), 2 орудия, захваченные шведами во время Ливонской войны, – в Швеции.
Чохов занимался и отливкой церковных колоколов. Самым известным из них был «Реут» (2000 пудов; ок. 32 т), изготовленный для колокольни Ивана Великого в Московском Кремле. В. В.
ЗАСЕ́ЧНЫЕ ЧЕ́РТЫ 16–17 вв. – система оборонительных укреплений на южной и юго-восточной окраине Московского государства, окончательно оформившаяся в кон. 16–17 вв.
Предназначались для защиты страны от татарской и ногайской конниц. Первоначально представляли собой заградительные полосы из деревьев, поваленных сплошным рядом или крест-накрест и расположенных заостренными вершинами и сучьями в сторону возможного нападения неприятеля, состояли из устроенных завалов, которые чередовались на открытых пространствах с полевыми укреплениями – земляными валами, рвами, частоколами и надолбами. В лесах, через которые проходила засечная черта, запрещалось рубить лес и торить дороги. Лишь в исключительных случаях, для пропуска своих отрядов устраивались сторожевые башни с подъемными мостами и «засечными» воротами.
В нач. 16 в. было начато сооружение засечной черты по Оке, включившей в себя южные города-крепости Козельск, Калугу, Коломну, Касимов, Муром и Нижний Новгород. Южнее этой черты в «поле» была возведена передовая линия укреплений, связавшая города Новгород-Северский, Путивль, Мценск, Одоев, Пронск. В 1566 г. эта линия послужила основой для создания Большой засечной черты, протянувшейся от Жиздры до Переяславля-Рязанского. На важнейших участках этой оборонительной системы были возведены два, три, а в отдельных местах четыре ряда укреплений, являвшихся серьезным препятствием для неприятельской конницы.
Во время Смуты в нач. 17 в. татары воспользовались отвлечением всех русских сил для борьбы с поляками и шведами и разрушили большую часть укреплений засечных черт. Лишь в 1635–1638 гг. были проведены восстановительные работы на южных рубежах, потребовавшие введения для тяглого населения особой подати – «засечных денег».
По мере продвижения России к берегам Черного и Азовского морей для защиты завоеванных земель строились новые засечные черты. В 18 в. они получили официальное название «линий».
Общая длина всех засечных черт в сер. 17 в. составляла около 1400–1800 км.
Основные засечные черты и время их постройки:
1. Большая засечная черта 1521–1566 гг.
2. Передовая засечная черта 1571 г.
3. Белгородская засечная черта 1635–1646 гг.
4. Симбирская засечная черта 1648–1654 гг.
5. Закамская засечная черта 1652–1656 гг.
6. Изюмская засечная черта 1679–1680 гг.
7. Сызранская засечная черта 1683–1684 гг.
8. Исетская засечная черта 1685 г.
В. В.
ВОЕ́ННЫЙ ФЛОТ. Первые попытки создания регулярного военного флота в России относятся к сер. 16 в. В апреле 1557 г. по указанию царя Ивана IV Грозного началось строительство города и гавани при устье р. Нарова, ниже Ивангорода, «для корабельного пристанища», т. е. для стоянки кораблей. В мае 1558 г. русское войско овладело городом Нарва, получив выход к Балтийскому морю. Для защиты морских коммуникаций Иван IV Грозный начал создавать военный флот.
В марте 1570 г. датский моряк Карстен Роде получил от московского царя жалованную грамоту, в которой новому «царскому наказному капитану» позволялось вести военные действия против шведских и польских кораблей. В навигацию 1570 г. флотилия из 6 русских каперских судов захватила 22 шведских и польских корабля с товарами. После попытки шведского военного флота напасть на стоянку кораблей «наказного капитана» у острова Борнхольм Карстен Роде увел свои корабли в Копенгаген. Однако шведы повторили нападение, Роде был настигнут и разбит, а уцелевшие каперские суда в октябре 1570 г. были захвачены датчанами.
Вторую, после Ивана IV Грозного, попытку построить флотилию военных судов предпринял в кон. 1660-х гг. царь Алексей Михайлович. 19 июня 1667 г. государь «указал» делать корабли в расположенном на Оке селе Дединово. Для охраны караванов на Каспийском море были построены большой трехмачтовый корабль, яхта, две шнеки (иногда неточно именуемые шлюпами) и бот. Постройка всех этих судов, обошлась казне в 9021 рубль. Для государевой корабельной службы в Голландии были наняты капитан Давид Бутлер и 14 моряков. 25 апреля 1669 г. царским указом новому кораблю, который должен был стать флагманом русской военной флотилии на Каспийском море, было присвоено имя «Орел». И если о других построенных в Дединове судах мы ничего не знаем, то об «Орле» сохранились достаточно полные сведения: водоизмещение этого корабля составляло около 250 т, длина – 24,5 м, ширина – 6,5 м, осадка 1,5 м. В мае 1669 г. «Орел» вышел из Дединова и, спустившись вниз по Оке, прибыл в Нижний Новгород, где был вооружен 22 пищалями. Экипаж корабля состоял из 58 человек – 22 матросов и 36 стрельцов («солдат корабельных»).
В Астрахань «Орел» прибыл 31 августа 1669 г. накануне восстания Степана Разина. Корабль, оборонявший подступы к Астрахани, был захвачен казаками. После разгрома он еще долгое время стоял в полном бездействии в протоке Кутум. Последние сведения об «Орле» относятся к 1678 г.
Дальнейшие шаги в развитии русского военного флота связаны с деятельностью царя Петра I, создавшего первое соединение военных кораблей – Азовский флот. В. В.
КАЗА́ЧЕСТВО (от тюркск. казак – вольный человек, удалец) – население некоторых приграничных русских территорий, объединившееся в войсковые товарищества.
Существовало казачество служилое и вольное. Первое летописное упоминание о служилых казаках относится к 1444 г. Находясь на городовой и станичной службе, эти казаки обороняли русскую границу, вели дозорную и разведывательную службу в степи. Получали от правительства денежное жалованье. Сохранялись в южнорусских гарнизонах вплоть до 18 в.
Вольные казаки появились в степях за пределами Московского государства во 2-й пол. 15 в. – на Дону, Яике (Урале), в Запорожье и в других местах. В кон. 16–17 вв. в жизни казаков южнорусских степей, дороживших и гордившихся своей «вольностью», происходят очень важные изменения – они все в большей степени оказываются связанными с обороной рубежей Московского государства.
Процесс этот шел постепенно. Сначала изредка, а затем все чаще и чаще донские атаманы и казаки приезжали в Москву с известиями о передвижении в степи татарских орд и отдельных отрядов. За это их жаловали деньгами и сукном; отличившимся в борьбе с общим врагом посылали подарки. Со временем в своих посланиях российским властям донцы стали прямо писать, что они служат государю, но служат добровольно, «с травы и воды», не поступаясь своими вольностями. С кон. 16 в. регулярно посылаемое на Дон царское жалование «атаманам и казакам» состояло не только из денег и продовольствия, но и из крайне необходимого жителям степного приграничья пороха и свинца.
Большие отряды казаков участвовали в Казанских и Астраханском походах, Ливонской войне 1558–1583 гг., в покорении и освоении Сибири. В ополченских армиях Смутного времени также было много выходцев из казачьих областей.
После освобождения Москвы от поляков новый русский царь Михаил Федорович пожаловал донцам похвальную грамоту и знамя. В 1614 г. царь повелел именовать южнорусское казачество Великим войском Донским и отпускать ему ежегодно 7000 четвертей хлеба, 500 ведер вина, 230 пудов пороху, 150 пудов свинца и 17142 руб. денежного жалованья, да на будары (суда) еще 1169 руб. Постепенно Дон, а затем Волга и Яик (Урал) становились форпостами России в степях, а жившие там казаки – постоянным источником комплектования русского войска закаленными и отважными бойцами.
Заметно улучшившиеся взаимоотношения донских казаков с русскими властями серьезно осложнились в 1630 г. после убийства ими московского посла. За это патриарх Филарет все казачье войско отлучил от церкви. Московские власти примирились с казаками спустя два года, в начале Смоленской войны 1632–1634 гг.
Основными занятиями живших на берегах больших и малых степных рек казаков были рыболовство, охота, торговля, походы за «зипунами» (военной добычей) и «ясырем» (пленниками). Земледелия на Дону и в других казачьих землях не было. В условиях постоянной войны с ногайскими и татарскими ордами сколько-нибудь оседлая жизнь – основное условие хлебопашества, была невозможна и опасна.
Все важнейшие дела – вопросы о походах, разбор преступлений перед войском и товарищами, наказание изменников и трусов, раздел (дуван) добычи и царского хлебного, порохового и денежного жалованья, выбор атаманов, есаулов и войсковых дьяков – решались казаками на общем сходе на Дону. Сход назывался «кругом», а у запорожских казаков польским словом «коло», означавшим в переводе на русский тот же круг. В 17 в. в среде донского казачества уже наметилось расслоение на «домовитых» (зажиточных), преобладавших численно в низовьях Дона, и «голутвенных» (казачьей бедноты), оседавших в верховьях этой реки. А поскольку войсковой круг собирался в «низовом большом войске», то и решали все вопросы на нем, как правило, «домовитые» казаки.
Столицей Дона были последовательно городки Раздоры (сборный пункт казаков в месте слияния Дона и Северского Донца), Монастырский городок, а затем Черкасск.
Поворотным в судьбе донского казачества стал 1671 г., когда после подавления восстания Степана Разина донцы были приведены к присяге на верность московскому царю.
Отправляясь в поход, казаки не отягощали себя большими обозами. С собой они брали лишь небольшой запас сухарей, оружие и боеприпасы. За малейшее нарушение, за обман и воровство у товарищей ее атаманы и есаулы карали самым жестоким образом – виновных зашивали в куль (большой мешок) и бросали в реку. На время военных действий под страхом смерти казакам запрещалось употребление хмельных напитков. Вооружены казаки были ручницами и пищалями, копьями и саблями, легкими пушками. Если в бою их окружала превосходящие силы противника, то донцы, спешившись и образовав круг, отстреливались от нападавших, прикрыв