МИФЫ ПЛОДОРОДИЯ
Миф о Кадимакара[34]
(Племя диери)
Когда-то пустыни Центральной Австралии были плодородными равнинами. Там росли леса гигантских деревьев. Их пересекали реки, было много озер и лагун, окруженных шелестящим тростником.
Небо было покрыто облаками так густо, что казалось сплошь состоящим из одного облака. Воздух, который сейчас полон слепящей соленой пыли, был промыт мягкими, прохладными дождями.
Равнины, берега озер и рек были покрыты богатой растительностью. Стволы высоченных эвкалиптов поднимались над мелколесьем и поддерживали небо на переплетении своих ветвей и листвы. В этой небесной стране на кронах деревьев жили чудовища, называемые Кадимакара.
Запахи сочных трав с земли часто доносились до этой страны и искушали Кадимакара спускаться с эвкалиптов на землю.
Однажды, когда чудовища спустились на землю и лакомились сочными травами и фруктами, упали три эвкалипта, которые поддерживали небо. Кадимакара не смогли больше вернуться в свою небесную страну и были вынуждены бродить по земле и барахтаться в болотах озера Эйр вплоть до самой смерти.
До сегодняшнего дня их кости лежат там, где они умерли.
После того как упали три эвкалипта, поддерживавшие небо, маленькие дыры в листве эвкалиптов, образующей тогдашнее небо, начали увеличиваться. Они увеличивались до тех пор, пока не слились в одну. Все небо стало одной сплошной дырой, которую называют Пура Вилпанина, что означает «Великая дыра».
Во времена, когда страна была опустошена длительной засухой, аборигены-диери совершили паломничество к костям Кадимакара. Они устроили корробори и жертвоприношения с целью умилостивить духов умерших Кадимакара и упросить их походатайствовать перед теми, кто еще живет на небе и управляет дождем и облаками.
Черепаха Гарун
(Рассказал Мути, племя биррикилли)
В стране Бамману, на острове Элко, мужчина по имени Кананика и его сын Улорумбо сделали лодку.
— А что это такое? — спросил мальчик про лодку.
— Это торпинта, — ответил его отец.
Затем они взяли веревку и гарпун и поплыли на своей лодке, высматривая в воде черепах. Кананика и Улорумбо увидели большую черепаху с длинной шеей и острым носом. Эту черепаху называют Гуартьи. Они подплыли к ней поближе. Улорумбо встал в лодке во весь рост и ударил черепаху Гуартьи копьем.
— Очень хорошо, сын мой, — сказал Кананика. — Ты убил черепаху очень кстати. Я как раз хочу есть.
В это время человек-Белогрудый Орлан, Тьютпалла увидел, что двое людей убили черепаху.
«Хорошо бы эта черепаха досталась мне», — подумал он.
Тьютпалла превратился в орлана и устремился вниз к лодке. Он схватил черепаху, взлетел с ней — и был таков. Сверху он крикнул:
— Эта черепаха принадлежит мне!
— Нет, она принадлежит нам! — ответил Улорумбо.
Люди в лодке бросились за Орланом.
— Пусть Тьютпалла отнесет черепаху на берег. А мы последуем за ним, — сказал Кананика.
Человек-Орлан долетел с черепахой до берега и сел на песок, чтобы съесть ее. Люди в лодке тоже добрались до берега и кинулись на Орлана с веслами в руках.
— Эй, Тьютпалла! — крикнул Кананика. — Убирайся отсюда! Эта черепаха принадлежит моему сыну и мне.
Кананика подбежал к Орлану и ударил его веслом:
— Убирайся! Иди сам поищи для себя черепаху.
Тьютпалле было очень больно. Он отлетел и сел на
большую скалу около соленой воды.
— О, — сказал он. — Я умру здесь. Я оставлю здесь свое тело, а мой дух улетит в другую страну.
Люди следили за Тьютпаллой. Они видели, как он летел и как сел на большую скалу у соленой воды. Затем они разделали черепаху. Панцирь, кости и кожу они оставили на берегу.
Гуартьи, черепаха, проговорила:
— Очень хорошо. Я оставлю свои кости и панцирь здесь. А мой дух вернется в соленую воду.
Кананика сказал своему сыну:
— А теперь давай пойдем и поищем что-нибудь еще.
Они сели в свою лодку и поплыли по соленой воде вдоль берега, держа наготове гарпун.
Две черепахи вышли из джунглей в стране Куррка-ингурра. Они выбрались на берег и начали откладывать яйца в песок. Кананика и Улорумбо увидели этих черепах, подплыли к берегу и вылезли из лодки. Они так замерзли, что их ноги сводило судорогой и они еле передвигали ими.
У Кананики была сумка-дилли, которая висела у него за спиной на веревке, повязанной вокруг лба.
В это время черепаха с зеленым панцирем, которую» называют черепахой Гарун, откладывала яйца. Канани- ка крикнул своему сыну:
— Убей ее!
Улорумбо поднял большой камень, ударил им черепаху Гарун по голове и убил ее.
— Разведи костер, — велел сыну Кананика. — Сейчас мы разделаем эту черепаху.
Люди разложили огонь на берегу и разделали черепаху Гарун. Они зажарили ее на огне и съели.
Дух черепахи Гарун сказал:
— Вы убили мое тело… Но вы не можете убить меня. Я ухожу обратно в соленую воду и останусь там, в моей стране Гурая.
После того как люди съели черепаху, Кананика предложил:
— Пойдем посмотрим вокруг. Может, мы найдем еще черепаху.
Они спустили лодку на воду и поплыли вдоль берега. Они плыли мимо мангровых зарослей, мимо скал и песчаных берегов, и их гарпун лежал наготове под; рукой.
Тем временем дух черепахи Гарун поднялся из воды и огляделся вокруг. Он увидел людей, плывущих в лодке.
— О, — сказал дух. — Они опять здесь. Я разожгу огонь. Ведь эти люди могут попытаться убить и дух...
Когда Кананика и Улорумбо подплыли ближе, дух черепахи Гарун развел большой костер.
Вдруг люди увидели огромную волну, идущую за их. лодкой. Она поднималась до небес, и ее гребень нависал над ними. Люди в лодке устремились к берегу, но дух черепахи Гарун взял большую палку и бросил ее в лодку. Лодка попала в ревущий огонь, и в тот же миг море со страшным шумом обрушилось на людей и утащило их на дно. С этими людьми было покончено.
И тогда дух черепахи Гарун сказал:
— Кананика, и ты, Улорумбо, вы убили мое тело, и оно осталось на этом берегу. Вы опять пришли сюда. Вы пришли, чтобы убить мой дух, но вышло так, что мой дух убил вас.
Человек-Крокодил и человек-Цапля
(Рассказал Кьяну Тьимаири, племя муринбата)
Два старика, Мунтунгун и Валгуткут, шли вброд по биллабонгу, ощупывая глину руками и ногами в поисках луковиц лилий. Один старик бросал найденные луковицы на один берег биллабонга, другой — на противоположный.
Первый обнаружил этот биллабонг под названием Тюмунга старик Валгуткут. Но старики всегда добывали себе пищу вместе.
Наконец старики набросали две большие кучи луковиц. Они вылезли из воды, собрали все луковицы и завернули их в кору. Валгуткут нашел хорошие луковицы, по Мунтунгун нашел луковицы еще лучше.
— Куда мы пойдем, чтобы приготовить пищу? — спросил один из стариков.
— Мы испечем их где-нибудь здесь, — ответил второй.
Старики уселись, развели костер и положили на угли свои луковицы. Затем они выгребли печеные луковицы из углей и разделили их между собой.
И тут Мунтунгун обнаружил, что все луковицы, которые дает ему Валгуткут, горькие. Тогда Мунтунгун незаметно переложил эти горькие луковицы у себя за спиной в кучу Валгуткута. Но Валгуткут увидел, что делает Мунтунгун, взял эти луковицы и так же незаметно перенес их у себя за спиной обратно в кучу Мунтунгуна.
Затем каждый из них взял свои луковицы и завернул их в кору.
— Куда ты сейчас пойдешь? — спросил Мунтунгун.
— Я пойду в Нгаррай и остановлюсь там, — ответил Б а лгу ткут.
— Хорошо, — сказал Мунтунгун. — А я пойду вдоль Нунинтунга. Там я добуду свежей воды.
Продолжая перекликаться, старики разошлись каждый своим путем, неся на голове луковицы, завернутые в кору.
Через некоторое время Мунтунгун остановился и присел, чтобы поесть своих луковиц. Луковицы оказались горькими. Мунтунгун вскочил и бросился обратно. Он кричал:
— Эй! Валгуткут! Эй! Я хочу поговорить с тобой!
Валгуткут услышал эти крики.
«Видимо, Мунтунгун обнаружил мою проделку, — подумал Валгуткут. — Пожалуй, мне следует обзавестись хорошей палкой».
И он вырезал дубинку.
Старый Мунтунгун остановился и тоже вырезал дубинку. Подойдя к Валгуткуту, он начал кричать:
— Я хочу поговорить с тобой! Ты дважды всучил мне эти луковицы!
— Про какие луковицы ты говоришь? — спросил Валгуткут.
— Про эти горькие луковицы, — ответил Мунтунгун.
Старики начали драться. Один метнул в другого дубинку, но тот пригнулся к земле, и дубинка пролетела мимо. Они дрались и приближались при этом к тому же биллабонгу. Оба вцепились в кору, в которую были завернуты луковицы противника, и тащили ее к себе. Луковицы высыпались из коры и усеяли весь их путь к биллабонгу. Валгуткут лупил Мунтунгуна по шее своей дубинкой, и Мунтунгун отвечал ему тем же.
Наконец старики опомнились:
— О, мы же идем вдоль воды.
— Мы можем охладиться.
Они влезли в биллабонг и уселись рядышком в воде.
— Ой! Ой! — кряхтели они, сидя в биллабонге.
Пока они купались в холодной воде, старый Мунтунгун превратился в пресноводного крокодила Ягпу. А старый Валгуткут превратился в большую цаплю. У этой птицы длинный клюв. Когда она взлетает, она кричит:
— Кроак! Кроак!
Все луковицы, которые выпали из свертков стариков, пока они дрались, находятся теперь в водоемах. Из такой луковицы вырастает красивый пурпурный цветок.
Мы никогда не убиваем старого Ягпу с длинным хвостом. Мы можем видеть его, но ударить его копьем нельзя. Если кто-нибудь метнет в него копье, то, как только он зайдет в глубь водоема, старый Ягпа обязательно утащит его на дно.
Женщина-Мойтьинка
(Рассказал Кьяну Тьимаири, племя муринбата)
Старая женщина-Мойтьинка хранила у себя в лагере священный предмет Нговару (гуделку), С этой женщиной все время оставалась маленькая девочка, ее внучка. Мойтьинка как-то сказала девочке:
— Внучка, разведи костер. Может быть, твой брат или кто-нибудь еще увидит дым и придет к нам.
Девочка разложила огонь, и дым от него поднялся высоко в небо.
В это время неподалеку от них охотились два молодых человека. Они увидели дым от костра и решили подойти к нему. Девочка заметила, что к костру подходят двое мужчин, и обратилась к Мойтьинке:
— Бабушка, вот пришли двое моих братьев.
— О, — сказала старая женщина. — Скажи им, что здесь вокруг в траве много гоан. Пусть они подожгут траву и тогда смогут поймать их.
Девочка передала мужчинам слова бабушки, и те отправились поджигать траву. Они убили много гоан вокруг этого места, так как гоаны выскакивали из горящей травы.
Ветер донес дым, треск и шум от огня туда, где сидела старая Мойтьинка со своей внучкой. Женщина и девочка превратились в двух гоан. Они нырнули в траву и залезли в нору, уходящую под землю. Нора привела их под землей в маленькую пещеру, в которой- лежал большой камень. Две гоаны уселись в этой пещере и стали прислушиваться.
Тем временем черный дым от огня, который развели двое мужчин, поднялся до неба и закрыл солнце. С треском и шумом огонь пожирал траву. Он пробежал по тому месту, где старая женщина и девочка ушли под землю, перемахнул через него и, вздымая клубы черного дыма, помчался по долине.
Мужчины подошли к норе, ведущей под землю.
— Эй, братец! — воскликнул один из них. — Посмотри, какая большая гоана залезла туда. Мы должны убить ее.
Следы большой гоаны, от ее хвоста и когтей, вели вниз, в нору. Братья стали стучать по земле своими вумерами, чтобы по звуку определить, куда ведет нора.
— Эта гоана здесь, брат мой! — крикнул один из охотников. — Встань рядом со мной. Мы убьем ее.
Один из братьев принялся бить по земле ногой, а второй стоял наготове у входа в нору. Вдруг под первым земля провалилась, и он упал в подземную пещеру, где сидели гоаны. Мойтьинка схватила большой камень и убила его, ударив камнем в грудь. Когда второй охотник подбежал к тому месту, где исчез его брат, Мойтьинка стащила его вниз и тоже убила камнем.
Девочка начала плакать. Ей было жаль братьев. Мойтьинка пригрозила ей:
— Если ты будешь их жалеть и плакать, я убью этим камнем и тебя.
Женщина отнесла братьев в лагерь, а девочка отнесла туда гоан, убитых братьями. Женщина соорудила земляную печь и изжарила в ней братьев. Затем она сказала девочке:
— Тебе нельзя есть это мясо. Тебе можно есть мясо гоан.
Но девочка вышла из лагеря, села на землю и стала плакать по тем двум охотникам. Пока ее не было в лагере, Мойтьинка съела обоих братьев. Потом она отнесла их кости к крику и бросила их в воду.
Девочка целый день оплакивала двух братьев. Женщина позвала ее и сказала:
— Ты плачешь целый день. У тебя глаза полны воды.
— Нет, больше нет, — ответила девочка. — У меня в глазах только дым от костра.
Тогда Мойтьинка притворилась, что она тоже плачет. Она села на землю и сделала вид, что бьет себя по голове острым концом своей палки-копалки.
Через некоторое время Мойтьинка снова проголодалась. Она сказала девочке:
— Внучка, иди и разведи костер. Может быть, кто-нибудь увидит его и придет.
Девочка вышла из лагеря, подожгла траву, и высоко в небо поднялся дым от ее костра.
Двое других мужчин охотились в этих местах. Они увидели дым и пошли в его сторону.
— О бабушка! — закричала девочка. — Пришли двое моих братьев.
Старая женщина сидела на земле и делала вид, что она плачет и бьет себя камнем по голове.
— О, скажи им, — простонала она. — Пусть поищут для меня гоан. Я сама не могут ничего найти.
Девочка передала охотникам то, что сказала ее бабушка, и все повторилось. Этих охотников постигла та же участь, что и двух предыдущих.
Так продолжалось долгое время. Старая Мойтьинка заставляла девочку разводить костер и заманивать в лагерь молодых охотников. Мойтьинка просила их убить для нее несколько гоан. Затем она превращала себя и девочку в гоан, убивала охотников большим камнем к съедала их.
Иногда она съедала одного, а второго прятала на дереве и съедала на следующий день. Все кости съеденных людей она бросала в реку.
В конце концов отцы всех убитых и съеденных ею охотников стали удивляться, куда же исчезают их сыновья. Они отправились на их поиски. Двое отцов, один из которых был левшой, отправились вместе. У каждого из них была большая связка копий. Далеко впереди они увидели дым от костра, змеей поднимавшийся к небу.
— Может быть, этот костер развели наши сыновья, — сказали они.
Они направились к костру. Девочка увидела их из лагеря старой Мойтьинки и сказала:
— О, вот идет мой отец.
— Кто идет? — спросила старуха. — Твой брат или твой отец?
— Мой отец. Это пришел мой отец, — ответила девочка.
Двое мужчин подошли к лагерю и спросили старую Мойтьинку, не видела ли она их сыновей, которые здесь охотились. Старуха сделала вид, что плачет.
— О, — простонала она. — Вы потеряли своих сыновей. Мы не видели их.
Мужчина, который был левшой, спустился к реке, чтобы напиться. — Он лег на край крика, наклонился к воде и увидел на дне кости. Он поднялся и вернулся в лагерь старухи.
— О старейшины, — обратилась к ним Мойтьинка — здесь в траве очень много гоан. Вы легко поймаете их. Вы можете оставить здесь свои копья. Они вам не понадобятся.
Мужчины отправились поджигать траву. Охотник- левша быстро разжег огонь, в то время как второй охотник взобрался на дерево и следил оттуда за старой Мойтьинкой. Когда огонь разгорелся, он увидел, как старуха превратилась в большую гоану, а девочка — в маленькую и они обе скрылись в подземной норе. Охотники бегом вернулись в лагерь и взяли свои копья. Затем они отправились к норе, в которую залезли старуха и девочка.
Охотники подошли и сделали вид, что ищут нору.
— О, — воскликнул один, — здесь прошла большая яюана. Пойдем и убьем ее.
Охотник-левша постучал по земле своей вумерой.
— Она здесь! — крикнул он. Его ноги провалились: под землю, но он не упал в нору. Старуха хотела ударить охотника камнем, но он увернулся, и она промахнулась. Старуха замахнулась камнем и на второго охотника, но и он увернулся.
И тогда охотники убили Мойтьинку копьями. Затем они вытащили из норы девочку и забрали камень старухи. Это был священный камень Ларнья, который не должны видеть ни женщины, ни юноши. Только старейшины, чьи волосы давно поседели, могут увидеть священный камень Ларнья. Мы следим за этим камнем и убиваем всякого, кто посмотрит на него из тех, кому нельзя его видеть.
А два старых охотника забрали священный предмет Нговару, принадлежавший старухе. Маленькую девочку они взяли с собой и вырастили ее в своем племени.
Старая женщина-Орлица[35]
В эпоху Времени сновидений жила среди скал старая женщина по имени Нгарумба. Эта старая женщина принадлежала к племени маледна. У нее были две до- пери, жившие вместе с ней.
Они спускались со скал, старая женщина начинала петь, а ее дочери — танцевать, да так, что поднимали тучи пыли до самого неба.
Однажды двое юношей проходили мимо того места, увидели пыль и приняли ее за поднимавшийся к небу дым от костра. К вечеру юноши дошли до. этого места, где танцевали дочери Нгарумбы. Девушки увидели молодых людей и сказали об этом своей матери.
— О, — воскликнула старая женщина, — будет очень хорошо, если вы подойдете и поговорите с ними.
Через некоторое время Нгарумба сказала юношам:
— Вы можете этой ночью остаться в лагере вместе с нами.
И юноши улеглись по обе стороны костра, каждый с одной из дочерей старухи.
В полночь старуха поднялась, взяла огромный камень и убила юношей, пока они спали. Дочери старухи; проснулись и обратились к ней:
— Мама, мы хотим мяса.
Но старая Нгарумба ответила им:
— Вы должны идти охотиться. — И отправила их из лагеря.
Когда девушки ушли, Нгарумба соорудила земляную печь, изжарила в ней убитых юношей и съела. — После этого старуха превратила свои ноги в лапы собаки динго, стала ходить по всему лагерю и потом вышла из него.
Когда девушки вернулись, она сказала им, что в лагерь приходили дикие собаки динго и съели обоих юношей.
Много раз старая Нгарумба заставляла своих дочерей плясать, поднимая тучи пыли, заманивать и приводить в лагерь молодых людей. Таким образом она убила и съела более ста юношей.
Однажды двое юношей из племени куррабаба подошли к лагерю Нгарумбы, когда там не было ни старухи, ни ее дочерей. Юноши осмотрели все вокруг и заметили множество духов черных людей, блуждавших около лагеря. Юноши ушли из лагеря и, устроившись неподалеку, стали дожидаться вечера. Когда он наступил, они вернулись в лагерь, где были ласково встречены двумя девушками. Девушки сказали юношам, что они могут остаться в лагере с ними на ночь.
Ночью юноши тихо встали и положили около каждой девушки по длинному бревну. Затем они отошли в сторону от мерцающего света костра и стали наблюдать. И они увидели крадущуюся старуху с огромным камнем в руках. Когда она подошла к тому месту, где спала одна из девушек, юноши выскочили из темноты и метнули в старуху бумеранги.
Прежде чем старая Нгарумба умерла, старший из- юношей сказал ей:
— Ты больше не будешь есть черных людей. Ты будешь питаться гоанами, валлаби и ящерицами с синим языком.
Затем братья ударили Нгарумбу тем самым камнем, который она принесла. Старая Нгарумба превратилась в орла.
Сделав свое дело, братья решили между собой:
— Мы должны превратиться в летающих лисиц.
А двум дочерям старой Нгарумбы они сказали:
— Вы превратитесь в двух малиновокрылых попугаев и будете летать среди деревьев.