Мы внимательно слушали. Редкость для нас но так и было.
— Мне нравилась моя работа. Ничуть не хуже, чем любая другая. Даже лучше, — посмотрел он прямо в глаза Деи, и та подняла брови, — Дорогая, ничего против ведьм не имею. Плохих созданий надо везде уничтожать.
Согласится с ним было трудно, но, по-справедливому, надо. Пока же мы выдержали нейтралитет. Ведьмы же, если бы о каких-то эльфах дело было...
Но это уже по моим личным «симпатиям»...
— Так вот, мои заклинания ввели в оборот. Их надо было кормить зельями силы. Лили в них все подряд — эффект был потрясающий. Пока в дело не вмешался случай...
И демон замолчал. Надолго замолчал, глядя на гладкую поверхность стола.
Дея сделал шаг к нему и половица заскрипела. Кристобальт как будто очнулся.
— Умер коллега. Заклинание не растворилось в нем и он попал в настоящее месиво... — воспоминания были тяжелые, как глыбы камней, и даже чуть приподняв их, демон скривился, как от боли.
Дея не выдержала и подошла к мужу, встала за кресло и положила руку ему на плечо в жесте молчаливой поддержки. Охотник не охотник, а любовь сильнее.
Кристобальт благодарно поцеловал руку и продолжил:
— Меня отстранили на пять лет. Отправили дорабатывать идею. Верхушке она пришлась по вкусу, но нести потери они не хотели. А в академии я мог спокойно вести исследования.
— А почему именно ведьминский факультет? — спросила я.
— Как почему? — удивился демон. — Кто же еще варит в таком количестве зелья?
В кабинете повисла минутная тишина, а потом Дейка вздрогнула, вспомнив:
— Так как у тебя оказалось зелье Фабиана?
— А-а-а! А вот и подобрались к нашей истории, любимая! — жаркий взгляд демона опалил подругу с ног до головы. — Кто же знает, как бы без этого сложилась наша судьба...
— Ха! Да я бы все равно тебе на голову свалилась! — заявила самая взбалмошная ведьма Жизни.
— Не сомневаюсь! — хохотнул Кристобальт. — Не так, так так!
Я тоже рассмеялась, признаваясь самой себе, что Дейка бы за свои шалости точно у него в кабинете прописалась. Не в этот, так на следующий год. Ну а зелье просто ускорило процесс, так сказать...
— А зелье, дорогие мои ведьмы, вспомните ка! Под каким видом вы его подкинули Фабиану?
— Пузырек и подкинули... — вспоминала подруга, а меня озарило: — Точно! Под видом энергетического зелья! Он же спортсмен!
— Вот-вот! Вот я как-то увидел, что он пьет зелье, и попросил один образец, якобы для себя.
— Так ты его сам и выпил! — обвинительно впьявила в него пальчик подруга. — Нет, чтобы своим жилкам скормить!
— О, нет! Я боюсь, эффект был бы непредсказуем! — загородился руками в шутку Крис.
Да уж, как минимум — дохлые жилки. Как максимум — бешено делящиеся...
— А выпить мне его пришлось! Ректор застал нас, когда Фабиан передавал мне зелье и подумал неладное. Пришлось демонстрационно выпить его при нем. Думал, вреда не будет!
Обвинительный конец речи Дея и не заметила.Ее больше интересовало, что же такое ректор мог подумать.
— Как что? Адепт передает магистру зелье. Учитывая, что адепт — оборотень, а у них сами знаете, есть страсти к запрещенным зельям.
— Ну а то что ты выпил сразу уверило ректора в обратном?
— Конечно! Чувствуется, ты о них совсем не знаешь. Если бы это было запрещенное зелья, мои глаза тут же заполнили зрачки. Вот ректор убедился что все в порядке и пошел дальше.
— Мне всегда казалось, что у Вас хорошие отношения... — заметила я.
— Хорошие, — согласился демон. — Вот только тогда мы как раз повздорили насчет одного дела, вот я и перестраховался.
— И что, — Дея обошла кресло и облокотилась о стол. — Ты и дальше продолжишь карьеру охотника на ведьм?
Ведьма Жизни скрестила руки на груди, весь ее вид говорил: «Только через мой труп!»
Демон посмотрел на жилки, посмотрел на жену, а потом с надеждой на меня. А я что? Я не надежда, я, вообще, ведьма Смерти. Мы по статистике чаще других в список охотников попадаем. Так что я промолчу...
Такие как Кристобальт не сдаются. Может, он сейчас и сделал вид, что прислушался к словам Деи, но упрямо выдвинутый подбородок говорил о том, что он все равно сделает по-своему.
В чем-то я его понимала. Менять не только привычный уклад — стиль жизни, достаточно сложно. А если нет желания — то практически невозможно.
Недаром у него такая лаборатория. Не зря он пошел в охотники и внедрил туда свои живые заклинания. Тяга к этому была в душе демона, и он бы был другим, если бы не она.
Разговор был не для посторонних ушей, поэтому я, сославшись на дела, выскользнула из кабинета. Благодарный взгляд подруги говорил о многом.
Надо уметь вовремя уходить. Хотя бы иногда.
Задумавшись, я бы так и врезалась в Гидеона, если бы не писк Арри:
— Да она тебя не видит, громила!
И тут же подняла голову. Из-за пазухи у этой горы мышц торчала маленькая мордашка Арри и разглядывала меня.
— И чем вы напоили этого охламона? — упрек ясно чувствовался в ее словах.
А вот я не сразу сообразила о ком идет речь. Сначала осмотрела Гидеона, а только потом поняла, что речь идет о Бакстере.
— А что случилось? — уточнила я.
Рассказывать я ничего не собиралась. Мышь разболтает все что знает, но я буду держать рот на замке. Все же хорошо, что Бакстер улетел показывать силушку очумительную, а то бы точно всем про демона растрезвонил.
— Этот ушастый притащил в комнату целуй куст аралии! С корнями!
Присвистнув, я оценила поступок Бакстера. Выкорчевать малюсенькими лапками самый коренастый в мире куст было делом непростым. Почему именно на него пал выбор спрашивать было бесполезно, даже у Бакстера. Я уверена, он уже и сам не знает.
Мотивы у летучего силача всегда были сомнительные, так называемые «чтовголовувзбредущие».
Куст аралии отличался не только огромными корнями, но и сильно пахнущими цветками. Вот мышка и проветривается, судя по всему.
За пазухой у Гидеона?
Вот мама всегда говорила, что у меня слишком живая мимика лица — все можно сразу прочитать. Так и сейчас, я всего лишь посмотрела на Гидеона, а он уже понял, что за вопрос меня мучает.
— Прикрытие, — важно сказал он.
Ну раз так! Куда мне...
Попрощавшись с милой парочкой, я пошла в сторону общежития. Разговор мог затянуться, а коротать время в гостиной не хотелось.
По дорожкам кружились пыльные вихри, а тучи серой ватой висели над головой. Постоянно потирая глаза, я ругалась на непогоду и мечтала о хорошей тарелке ужина. В любом виде.
Ведьмы же не только на приключениях работают. Они только пищеварению способствуют, и все.
Мне повезло — столовая еще не закрылась. Я успела на остатки, но и они были прекрасны. Я бы сейчас даже черствый рогалик с водой умяла — до того проголодалась.
Ничего сейчас не могло поднять меня со стула. Пять минут — это точно!
Глаза требовали отдыха и так и норовили закрыться, тело само по себе пристраивалось поудобнее, собираясь восполнять силы прямо в столовой.
Широко зевнув, я открыла глаза и увидела пригласительную карточку перед носом.
Ее же здесь не было!
Оказывается, это была противосонная карточка. Всю дрему у меня как рукой сняло от удивления. Протянув руки, я с трепетом и предвкушением открыла маготкрытку...
«Силия. Жду тебя у западных ворот академии. Твой Грег».
У западных ворот академии? А что там?
Воспоминания подкидывали картинки заброшенного маленького прудика и прогнившей скамейки. Его природа не шла ни в какое сравнение с академическим парком, поэтому к заброшенному уголку академии никто тяги не имел.
Оценив оригинальность идеи, я стрелой промчалась по коридорам и забежала в комнату. Ворох одежду был безобразно скинут на пол в описках нужной вещи. Не до морали мне сейчас! У меня всего десять минут!
Да какой десять? Уже пять!
Мысленно нажала на тормоза, приговаривая: « А что, уйдет что ли потом? Подождет как миленький!» и стала нарочито медленно одеваться. Выдержки хватило на две минуты. И уже через оставшиеся три я тряслась от сырости у заброшенного пруда.
Платье было к лешему! Отвратительный выбор...
«Сюда бы штанишки до пят, кофту по пальчики и ворот по горло!» — мечтала я.
Среди старых деревьев было особенно темно. Если еще по академическим аллеям стояли высокие светильники, этот уголок академии такой роскошью похвастаться не мог.
А жаль. Вот на это дерево я бы повесила целых два фонаря. Нет, десять. Чтобы так тоскливо не было.
Нет, ну кто так делает? Еще минута — и ухожу. Будет знать, как заставлять ведьму ждать!
Перетоптывания с ножки на ножку не способствовало согреву. Вредненькая злость начинала точить зубки внутри меня.
Но вопреки такой зловредненькой мне, когда сзади раздался шорох, я повернулась с самой ослепительной улыбкой...
Эм... Это игра моего воображения, или вон тот кустик скрывает деда?
— П-с-с! — раздалось из-за зарослей.
Галлюцинации отменяются, эту седую макушку я бы узнала из тысячи.
— Ты одна? — шепнул он мне.
— Конечно, — несмело ответила я. С дедой вообще надо быть очень осторожной. Не то слово — и провал!
— Нигде нет этой кобры? — показавшаяся голова старого ведьмака под моими совиными глазами заозиралась и после моего клятвенного заверения, что никаких змея рядом и в помине нет, показался весь деда. Собственной нервной персоной.
Откинув маскировочную ветвь в сторону, пожилой мужчина сел на гнилую лавку и шлепнул себя по коленям:
— Дожил, ек-шпенделек! От бабы прячусь! — мужчина сам себе не верил и смотрел в сторону от меня, покачивая головой. — Ты из столовой догадалась что захватить?
— Ам... — моя растерянность была вполне оправдана, но не дедой. Старый ведьмак сорвал травинку и сунул ее кончик в рот наподобие сигареты. А я даже сумочки с собой не взяла, там бы точно хоть одна печенька да нашлась для голодающего...
Поежившись, я осмелилась присесть рядом и с опаской скосила глаза на деда. Тот щурил глаза в темноту и усиленно думал.