— Настоящие подозрительные вообще ничего не пишут. На то они и подозрительные. А есть еще такие, что пишут, а к ним ни разу и не придерешься. Наверняка что-то скрывают, хитрые сволочи!
— Выходит, настоящие подозрительные, получается, выглядят совсем не как подозрительные? — растерялся практикант.
— Точно! А самые хитрые среди них – это те, у кого все в меру! И пишут они не слишком много, но и не так, чтобы мало. И подозрительные письма у них случаются, но опять не много, а как у всех.
Примерно с полминуты практикант обдумывал новую информацию.
— А скажите, господин старший офицер первого ранга, — наконец спросил он. — А какие из всех этих подозрительных самые… ну, самые-рассамые подозрительные?
Главный цензор ухмыльнулся.
— А это уже не наше дело. Это уж пусть начальство решает. Наше дело – маленькое: в случае чего подтвердить, что мы тоже не лопухнулись и сигнализировали.
Немного помолчав, он, вздохнув, грустно добавил.
— Знаешь, парень, ты об этом никому не говори, но мне кажется, сколько бы мы этих подозрительных не выявляли, а самые хитрые все равно как-то выкручиваются…
Главный цензор был прав. Одно из писем, прошедшее через его отдел и совершенно невинное на первый, второй и последующие взгляды, на самом деле содержало в себе следующее послание:
Стрелок – Центру.
Жители одной из крупнейших стран Филлины достигли соглашения с имперскими силами, разделив с ними сферы влияния. Вторжение затронет только половину планеты. До окончания его первой фазы установление контакта с филитами проблематично. Меры по осуществлению этого контакта, равно как и оказанию филитам посильной помощи, находятся в стадии разработки. Подробный отчет о событиях на Филлине будет отправлен позднее…
Глава 22. За два часа до рассвета
Облака внизу были похожи на странное замерзшее море, освещенное призрачным светом двух лун. Три с половиной часа самолет догонял зарю, да так и не догнал, и словно смирившись с поражением, изменил курс с западного на северо-северо-западный. До места назначения – столицы Вилканда города Тарануэс – оставалось немногим более часа.
Это был обычный рейс. Самый обычный рейс авиакомпании "Элиэньети Виалакана" – "Воздушные линии Вилканда" из Ньидерферазы – столицы государства Зеннелайр в северо-восточном Заморье. Самый обычный, если не считать того, что для Либсли Ворро это был первый рейс в должности командира экипажа.
Либсли Ворро было тридцать лет. От отца-вилкандца он унаследовал невысокий рост, крепкое телосложение и почти круглое широкое лицо с тяжеловатой нижней челюстью. От матери-чинетки – русые волосы, темные глаза и совершенно непроизносимое с точки зрения любого вилкандца имя Либсли (в вилкандском языке в середине слова после согласной должна обязательно следовать гласная, так что друзья называли его Ли или уменьшительно Лиу). Любовь к небу, решительность и независимый характер он развил в себе сам.
Выполнив маневр и снова включив автопилот, Ворро покосился на сидящего в кресле второго пилота Лагана Коэна – одного из самых опытных летчиков "Воздушных линий Вилканда", игравшего в этом рейсе для Ворро роль целой экзаменационной комиссии. На лице Коэна, как обычно, не отразилось никаких эмоций, и Ворро оценил свои действия как абсолютно и единственно верные. Штурман экипажа Кисо Неллью, высокий (для вилкандца) и немного нескладный блондин с честным открытым лицом положительного киногероя, земляк и ближайший друг Ворро, за спиной Коэна одобрительно поднял большой палец.
И тогда Ворро решил, что имеет полное право отлучиться на несколько минут в туалет.
Едва покинув кабину, он вдруг оказался на импровизированной выставке зеннелайрских сувениров. Выставку устроила Маре, молоденькая стюардесса, впервые побывавшая в Ньидерферазе и истратившая там за сутки чуть ли не половину месячной зарплаты.
— Сто двадцать лаков, — мимоходом оценил Ворро очередной экспонат – красивое ожерелье из шлифованных камешков. — Ну, может быть, сто тридцать.
— Пятьдесят! — гордо заявила Маре, лучась от счастья.
— Не может быть! — Ворро даже остановился. — Это что, получается, на наши деньги меньше восьмидесяти тысяч?… А ну, покажи-ка… Странно, ничего не понимаю. Это не подделка, настоящий драконий глаз, и работа неплохая. Но почему так дешево? Ты что, торговалась?
— Да нет, — пожала плечиками симпатичная пухленькая светловолосая Маре. — Я же помню, в Зеннелайре торговаться не принято. Я купила это в одной маленькой лавочке в каком-то тупичке за железнодорожным вокзалом.
— Смело, — прокомментировал Ворро. — Или глупо. Скорее, второе.
— Но почему? — захлопала ресницами Маре, беспомощно глядя на Ворро. — Это же такое живописное место. Старинные домики, узкие улочки, там еще такие миленькие крытые водостоки…
— Самое бандитское гнездо, — безапелляционно заявил Ворро. — Туда даже полицейские по одиночке не ходят. И ожерелье твое наверняка краденое. Ты чем слушала?! Сказано же было, в трущобы за вокзалом не соваться! В следующий раз чтобы и не думала куда-то в одиночку лезть!
— Мареу, дорогая, тебе просто повезло, — наставительно заметила старшая бортпроводница. — А то накинули бы на голову мешок, затянули в подворотню, и все. И очнулась бы ты на каком-нибудь невольничьем рынке. Или, в лучшем случае, в борделе.
— Ой, — тихо потухла Маре. — Но ведь рабство в Зеннелайре еще до войны отменили. Я чита-ала…
— Это в Зеннелайре отменили, — авторитетно разъяснил Ворро. — А если на Круглом океане взять, но там не особенно-то и отменяли. Тем более, что там все женщины темные, так что от блондинок все местные прямо шалеют.
— Командир не шутит, — добавила старшая бортпроводница. — Вот в прошлом году, помню, похитили там дочку баргандского посла. Так всю страну тогда перетряхнули и все-таки нашли ее в каком-то городке почти в пустыне. Едва успели караван работорговцев перехватить.
Инцидент был исчерпан. Маре спешно запаковывала обратно свои покупки. Старшая бортпроводница с чувством выполненного долга понесла пассажиру из первого класса чашечку скайры. Но Ворро, повинуясь какому-то неясному предчувствию, поспешил вернуться в кабину.
И был встречен там встревоженной фразой Коэна.
— Первый, посмотрите внимательно, что там впереди. Или нам со штурманом это только мерещится?
Ворро пригляделся.
— Если вы имеете в виду небольшой черный круглый или немного овальный предмет впереди и немного ниже нас, то, наверно, не мерещится, — проворчал он. — Если это, конечно, не размазавшаяся по стеклу букашка…
— Эта штука вынырнула из облаков прямо под нами с минуту назад, — сообщил Неллью. — Тогда она выглядела гораздо крупнее. Несколько мгновений словно висела на одном месте, а затем так резко ускорилась, что шутя обогнала нас и за пару секунд почти исчезла из виду. Потом также резко сбросила скорость, и мы, похоже, начали ее потихоньку догонять.
— Что интересно, — добавил Коэн. — с земли ее не видят. Из Лимеолана сообщили, что мы у них на экране радара как на ладони и ничего вокруг больше не наблюдается.
— Не может быть! — вскинулся Ворро. Он сам был уроженцем Лимеолана и после переезда в столицу сделался несколько преувеличенным патриотом родного города. — Не ослепли же они там! Может быть, эта штука просто слишком маленькая?
— Маленькая? — с сомнением протянул Неллью. — Ой!
Темный предмет впереди вдруг стал стремительно увеличиваться в размерах. Не самолет настигал его, а сам он двигался навстречу. Огромный чечевицеобразный корпус промелькнул снизу вверх в стеклах кабины и исчез из поля зрения. Тут же самолет резко бросило в сторону. Несколько секунд длилась яростная болтанка. Из пассажирского салона доносились крики и вопли.
— Что это было? — испуганно спросил Неллью.
— Инверсионный след, — невнятно ответил Ворро. Он прокусил губу, и теперь слизывал языком кровь. — Мы вляпались в инверсионный след этой штуки. Второй, успокойте, пожалуйста, пассажиров. Скажите, мы попали в зону турбулентности, и больше это не повторится…
Снова ровный гул моторов. Наконец Ворро не выдерживает.
— Похоже, все понимают, в чем дело, но боятся признаться! Так я первый скажу. Это были пришельцы, разве нет?!
— Ваши предложения? — невозмутимо спрашивает Коэн.
— Какие тут предложения?! Немедленно доложить об этом! И продолжать полет.
— Итак, вы утверждаете, что этот предмет был большой и круглый? — переспросил полковник Ринан Ауто.
— Круглый или слегка овальный, — терпеливо объяснил Ворро. — А если смотреть сбоку, так он был больше всего похож на диск. Только не плоский, а такой выпуклый и словно с обрезанным краем.
— В форме двояковыпуклой линзы, — уточнил Коэн.
— Верно. Именно линзы. А насчет размеров, повторяю: мы видели вблизи эту штуку всего несколько секунд, но у нас всех возникло впечатление, что она очень большая. Величиной с наш самолет, как минимум. Или даже еще больше.
— А когда этот предмет был вблизи, вы не заметили на нем каких-либо огней, отверстий или иллюминаторов? — поинтересовался полковник.
— Нет, ничего такого, — покачал головой Ворро. — Но учтите, был поздний вечер, солнце уже давно зашло, а при лунном свете таких подробностей и не разглядишь.
— И вы решили, что это пришельцы?
— Да, решили! — Ворро уже начал терять терпение. — Эта штука так резко изменила скорость и направление движения… Ну, это надо было видеть. И еще, их действия были вполне логичными: сначала вынырнули из облаков, рванули вперед, затем заметили нас, остановились, разглядели, кто мы такие, и снова чухнули куда-то по своим делам.
— Большое спасибо, господин Ворро, — вежливо сказал полковник. — Мы примем во внимание вашу версию. Наравне со всеми остальными. Пока у меня к вам больше вопросов нет.
— Зато у меня есть! — сердито произнес Ворро. — Я рассказываю вам все это уже шестой раз. И вы все время пытаетесь поймать нас на противоречиях, и по одиночке, и всех вместе, как сейчас. Вы же не слушаете нас, а только стараетесь уличить во лжи! Почему вы нам не верите?!