…Спрятанный в рукаве куртки кинжал незаметно скользнул в ладонь…
— Могу я узнать, на чём основывается ваше обвинение?
— Чего?
— Чем докажете, говорю!
— А это уж не твоего ума дело! Если по-хорошему не хочешь, можем и по-плохому отвести.
— Я бы не советовал.
— А я и не спрашиваю. Взять его!
Это он зря. В принципе, могли бы договориться…
Молниеносное движение кистью и тонкое лезвие с чмоканьем вошло в глазницу обиженного бандита. Забавно — тот самый нож, отобранный у него прошлой ночью.
Пары секунд, на время которых стражники отвлеклись, хватает мне, чтобы врезать ближайшему из них кулаком в висок. Дурёха Лерда все ещё висит на моей правой руке, но и левой получилось вполне удачно. Одновременно хорошим пинком по голени вывожу из строя соседнего стража, расчищая себе путь. Упал на соседа. Удачно! Тела ещё не успели упасть, а я уже устремляюсь в прорыв, увлекая за собой девушку. Десяток шагов до ближайшего переулка были, наверное, самыми быстрыми в моей жизни. Боги, какое счастье, что страже запрещено использовать арбалеты в черте города! Какое счастье, что мы оставили Мрака в переулке! Какое счастье, что городские ворота в двух шагах!
Ну, если выберемся… богиня, я прощу вам все пакости за последнюю сотню лет!
— Вы увидели всё, что хотели, таэ? — Начальник городской стражи смерил недобрым взглядом собеседника.
— Да, вполне, — Высокий человек в плаще с капюшоном так и не отвернулся от окна. На улице отряд стражников грузил на телегу труп. Чуть в стороне лекарь возился с пострадавшими. — Это именно тот, кто мне нужен. Распорядитесь, чтобы их не преследовали.
— Да как же можно?! После всего, что он тут…
— Распорядитесь. — Интонация не изменилась ни на йоту, но стражник прикусил язык. — Вам он всё равно не по зубам. Только моим планам помешаете.
— Слушаюсь, — воин развернулся и вышел, чуть излишне громко хлопнув дверью.
— Но как двигался, паршивец! — негромко фыркнул человек, оставшись в одиночестве, — Паршивец… хм…
И человек тихо рассмеялся неизвестно чему.
Разведённый на небольшой лесной полянке костёр отбрасывал вокруг оранжевые блики. Притихшая Лерда сидела на груде лапника у огня, по-степняцки скрестив ноги и опираясь на отставленные назад руки, щурилась на пламя.
— О чём думаешь? — бесшумно выныриваю из зарослей на противоположном конце поляны.
— Что? — девушка вздрогнула. — Ты меня напугал!
— Извини, — подхожу к костру, перекидываю через плечо мокрую шевелюру, — Там озеро. Можешь умыться, если хочешь.
— А не холодно?
— На мой вкус не слишком.
— Хорошо. Там — это где?
— Прямо, не заблудишься.
Девчонка скрылась в кустах.
Стою у огня, механически перебирая волосы. Эх, ещё бы гребень… но, чего нет — того нет.
После купания на меня как всегда снизошло умиротворение. Не знаю, почему, но в воде мне всегда хорошо и спокойно. Возможно, дело в том, что мое появление на свет неразрывно с ней связано. Или в том, что люди там попадаются как-то реже… Так что я теперь могу перестать злиться на весь мир и начать строить планы на будущее. Хотя злиться было на что: в комнате постоялого двора остались почти все мои вещи. Сменная одежда, книги, письменный набор, меч… Наверняка теперь какому-нибудь стражнику достанется! Или Гармелю — скорее всего именно он и рассказал, где нас искать, вполне мог услышать, как за завтраком обсуждали. О запасе целебных трав и разных полезных мелочах вроде гребня или письменных принадлежностей вообще молчу! Хорошо хотя бы шкатулка с побрякушками в кармане куртки сохранилась.
Ладно, ищем плюсы. Деньги есть, о покупке всего нужного можно не беспокоиться. Не в пределах астая Сэлис, разумеется. Однако завтра вечером мы, если поторопимся, будем уже на территории городка, принадлежащего астаю Ашшиан. Там можно обо всём и позаботиться, благо законы одного астая на территорию другого распространяются с изрядным скрипом. А оттуда… а оттуда в Шенгреил! С тамошним астаэ[7] у меня весьма тёплые отношения, можно будет Лерду пристроить, да и просто пожить, пока с планами на будущее не определюсь. Эх, такие были перспективы в северных астаях! Накрылись плошкой. Зато теперь у меня есть очень симпатичная подопечная, о которой можно заботиться в своё удовольствие! Сомнительный плюс, если честно. Жаль, вариант со знахаркой не прошёл. Тащить теперь эту обузу через пол Альянса! Впрочем, всё это мелочи.
Я смотрю на сплетающиеся языки пламени. Строчки складываются легко, нанизываются как бусинки на шнур. Шепчу только для себя, костра и леса:
Выжить и жить, взлететь, не упасть,
Суметь удержаться на лезвии слова,
Тропою эпохи сквозь тысячелетнюю грязь,
Потом по стерне да по иглам сосновым.
До первой звезды, что так далека,
И не было вести, что кто-то добрался,
Но в день, когда нас утащила с собою река,
Мы сделались частью всемирного братства.
Странники…[8]
— О чём задумался? — Лерда, мокрая, дрожащая и довольная, ступила в освещённый костром круг, разрывая плетение слов. Впрочем… скорее придавая им завершенность. Да, так лучше. Не все истории следует рассказывать до конца.
— Ни о чём, — слегка поворачиваю к ней голову, — сушись давай, а то простудишься.
Для людей ещё слишком холодно, особенно по ночам.
— Угу. — Лерда опустилась рядом со мной на корточки, из расстёгнутого ворота рубашки выскользнул крупный голубой кристалл на серебряной цепочке.
— Что это у тебя?
— Где? — проследив направление моего взгляда, девушка слегка покраснела, спрятала кулон и застегнулась на все пуговки. — Память от мамы, она говорила, что он беду отводит. Но только его никому постороннему показывать нельзя.
— Понятно.
Подобные побрякушки часто носят в северных царствах. Не огранённый кристалл из друзы, их еще часто продают парами. Один носят не снимая, а второй оставляют в каком-нибудь храме, или отдают самому близкому человеку. По поверьям тамошних народов удача любит тех, кто носит необработанный человеческими руками камешек. Чистейшей воды суеверие, разумеется. В реальности всё скорее наоборот.
— Мори, можно личный вопрос? — подняла голову Лерда.
— Ну?
— А тебя возлюбленная есть?
— Нет. — Возлюбленной. — А что?
— Да так. Ты красивый.
— Мммм? — хм, забавно. Каноны прекрасного у смертных не перестают меня удивлять!
— Правда, красивый. Это из-за эльфийской крови?
— Отчасти. Ты ещё мало что понимаешь в красоте.
— То есть?
— Смотреть не умеешь. Я, если честно, создание довольно-таки страшное.
— Это потому что нечёсаный! — довольное хихиканье, — А так вполне симпатичный!
Фыркаю, не снисходя до ответа. Странно, но эта заноза сейчас раздражает меня немного меньше. Дурочка, конечно, но забавная. И безобидная, в отличие от многих её соплеменников.
…Леренва давно спит на груде еловых веток, завернувшись в мой плащ и подстелив конскую попону. Я же всё сижу у костра, задумчиво глядя на пламя. Девушка, сама не подозревая, разбередила старую рану. Красота… да что она в ней понимает! Красив лишь тот, кто талантлив. Только тот, кто создает красоту, может применять это определение к себе. Все остальные могут быть разве что привлекательны.
Красота и гармония — основы этого мира. Каждый раз, привнося в мир красоту, творец наполняет его силой. Создавая что-то истинно красивое. Совершенством может стать как великолепной работы статуя, так и вылепленная с душой чашка. Даже не обязательно что-то материальное, может быть и с чувством исполненная песня, и прекрасный танец, и даже выращенный в любви ребёнок. Собственно, дело не в результате. Дело в самом акте созидания. Творчество, вдохновение… всё это основа той красоты, что врачует раны нашего мира. А любое проявление злобы, ненависти, бессмысленного разрушения ранит его, обрывая связующие его нити.
Магия в этом смысле наиболее опасна. «Собирая магическую силу стихий», маги истончают и рвут ткань мироздания. Да и редкое заклятие не направлено на то же разрушение. Как только смертные узнали магию, мир сдвинулся с точки равновесия. Когда-то ещё существовал народ тех, кто понимал это и мог исправлять прорехи в Полотне. Но теперешний мир все быстрее идет к хаосу. Это мало кто замечает. Частые стихийные бедствия, вымирание целых видов животных, всё большая чёрствость и нетерпимость друг к другу… Я боюсь знать, чем это закончится. Но не думать об этом не могу.
Недвижно сижу, глядя на огонь, пока небо на востоке не начинает светлеть.
Кирн — мелкий городок на границе астая Ашшиан — встретил нас собачьим лаем и привычной человеческой суетой. Приличная гостиница в нем, по счастью, нашлась довольно быстро. Красивое трёхэтажное здание, окружённое запущенным садом, раньше явно было загородным имением кого-то богатого и высокородного, но у его наследников, видно, дела пошли не слишком хорошо, вынудив переоборудовать особняк для приема постояльцев. Свободные покои нашлись на втором этаже — две почти одинаковые смежные комнатки.
Оставив Лерду обедать и обустраиваться, отправляюсь за покупками. Часть лавок в такое время, разумеется, уже закрыта. Стоило бы, наверное, дождаться утра, но ещё сутки без гребня я точно не выдержу. Что ж, будем довольствоваться тем, что осталось.
Самое главное конечно меч и вторая лошадь, но вот на них-то как раз придется сэкономить. Лошадь мне сейчас не по средствам, денег хватит разве что на крестьянского одра не первой молодости, и то если повезёт. Приличный клинок тоже немало стоит, да и не найдёшь в такой дыре ничего достойного, а покупать абы что, только для вида, не в моих правилах. Ладно, кинжалами обойдусь, они у меня достаточно длинные для боя.
Примерно через полтора часа имеющаяся у меня сумма уменьшилась почти на треть, зато мы с Леренвой имели всё необходимое для дальней дороги с постоянными ночёвками под открытым небом. Запас продуктов, корм для Мрака, котелок, фляга, тёплые одеяла, сменную одежду, бельё и носки, разные бытовые мелочи вроде иголки с нитками и гребня… в портновской лавке удалось найти штаны и куртку, вполне подходящие для Лерды и кожаный плащ с меховой подкладкой. Весна, ночи холодные. Заодно пришлось купить пару вместительных сумок, чтобы уложить всё это добро. Мне бы и одной хватило, при кочевой жизни привыкаешь довольствоваться малым, но вряд ли моя подопечная сможет выжить при одноразовом питании и ночёвках почти что на голой земле. Небольшая роскошь — десяток листов хорошей бумаги и рильда — угольный стерженёк, обернутый полоской плотной ткани. Не терплю ситуации, когда срочно требуется что-то написать, а необходимых для этого вещей под рукой нет.