– Где находится объект?
– В санатории «Исток», – произнес Забелин в трубку. – Сёма, привет, это Максим.
– Привет, какой этаж?
– Пока не знаем.
– Тогда уточняйте, а мы с Гришей возле санатория пошастаем. Там рядом есть старая дорога, заросшая кустарником, если на нее поставить машину, ни одна зараза не заметит. Макс, правда, что Крыська была в Париже?
– А то. Хочешь, фотку потом сброшу, она стоит в сарафанчике и шляпке возле Эйфелевой башни, хвост трубой, а сама скалится.
– Ой, я не могу, – загромыхало в трубке.
– Сёма, вы там поаккуратнее с поисками, как бы наш клиент вас не засек, очень он борзый.
– Не боись, если надо, на пузе проползем.
– Тогда договаривайся о встрече с Гришей. Пока, Семен.
Слыхали, Андрей Петрович, в каком Крыська авторитете, – улыбнулся Забелин.
– Боюсь, что через пару лет мне придется ей спецотдел передавать, – притворно вздохнул Веселов. – Борис, Сноу все еще на выставке?
– Если Исса молчит, значит там. Минуточку, он звонит. Я включаю громкую связь. – Докладываю, объект вышел из галереи, немного постоял, осмотрелся, направляется в сторону курортной зоны, услышали все голос Иссы.
– Ты видишь его лицо? Какое оно? Спокойное, настороженное? – спросил подполковник.
– Трудно понять, на нем темные очки. Идет не торопясь, не оглядывается, вижу женщину средних лет, она вышла из парка, следует за ним.
– Спасибо, Исса. Твое дежурство закончилось. Жду снимки. Андрей Петрович, если женщина – Клавдия, то где дед?
– Степан Иванович уже что-то придумал. Максим, почему мы ничего не слышим?
– Потому что они молчат.
– Клав, ну ты чего, обиделась? – внезапно раздался громкий голос деда.
– Да ну тебя, Степа, такая выставка интересная, а ты не дал мне толком на кошечек полюбоваться. То тебе душно, то толкают, то чих напал, мог бы и потерпеть. Я же хожу с тобой на собак смотреть, и не возмущаюсь, когда ты по полчаса простаиваешь перед каждой.
– Ну ладно, не сердись, смотри, что я тебе купил.
– Ой, мороженое. Вкусное. А себе, конечно, бутылку пива прихватил.
– Клав, давай не будем ругаться, мы ж на курорте. Придем сейчас с тобой в пансионат, отдохнем, поужинаем, в клубе кино посмотрим. Не жизнь, а малина, зачем же ее портить.
– И правда что. Вечером дочке позвоним, очень я беспокоюсь, как она без меня с детишками управляется.
– Отличный дуэт у них сложился, – заметил Громов.
– Да, дед у нас замечательный, и Клавдия ему под стать, – произнес Веселов. – Это Аня обратила мое внимание на него и посоветовала привлечь к оперативной работе.
– А Клаву Алешка порекомендовал на должность завхоза и шеф-повара в нашу столовую, – заметил Комаров. – Скорей бы он уже возвращался на службу.
– Дед, давай поднатужимся и на следующий год отдохнем в санатории, – продолжался диалог супружеской пары.
– Дороговато будет.
– Я познакомилась на ваннах с женщиной, которая отдыхает в «Истоке», так путевка туда не намного дороже, чем в наш пансионат.
– Есть, – воскликнул Максим. Наши предположения оправдались, Сноу свернул в санаторий «Исток». Мы с Клавуней договорились, как только она скажет «дед», значит, последует важная информация. Теперь выход Шепель. Оля, ты меня слышишь? Он идет в «Исток».
– Конечно. Уже лечу к тебе, мой ненаглядный.
– Ты там поосторожнее, птичка-синичка.
– Максим, слушай синичку, а я звоню министру, – произнес генерал. – Добрый день, Игорь Николаевич, это Веселов, наш фигурант проживает в санатории «Исток», можно информировать чекистов. Но к вам большая просьба, уговорите их разместиться в резиденции Диарова.
– Понял, идею поддерживаю, постараюсь убедить.
– Кого-нибудь пришлете из министерства?
– Сами с Громовым справитесь. Если появятся затруднения, обратитесь за помощью к Жеребцову, – рассмеялся министр. – О результатах встречи я вас извещу. Успехов.
– Ну что? – спросил Комаров.
– У нашего министра хорошее чувство юмора и это радует. Борис, определяйтесь с Головкиным, где ставить машину у санатория. А я свяжусь с Никитиным и мы с Сашей пойдем с ним встречаться. Будет срочная информация от Ольги, звони. Всем быть на связи, как обычно собираемся в 19 часов. Гриша, ты тоже приходи.
– Андрей Петрович, подождите, – сказал Забелин, – сейчас Исса придет с фотокамерой, я снимки Сноу сброшу на свой компьютер, а потом подполковнику Никитину.
Через двадцать минут Веселов и Громов входили в кабинет заместителя начальника Тригорского управления ФСБ. Взглянув на лицо генерала, Никитин спросил, – тревожные новости?
– Иван Алексеевич, открывайте почту, Забелин вам снимки переслал, – ответил тот. – Посмотрите внимательно, вам знакомо это лицо?
– Похож, очень похож, – забормотал подполковник. – Черт, неужели это Патрик Сноу?
– Он самый. По нашим предположениям появился в Тригорске дней семь-десять назад.
– Тогда рассказывайте. Выслушав Веселова, Никитин спросил, – Москва знает?
– Сейчас наш министр встречается с вашим руководством. Полагаю, завтра сюда прибудет большая группа ваших коллег. А пока Иван Алексеевич, давайте порешаем наши вопросы. У вас в санатории «Исток» есть свои люди? Надо срочно узнать, в какой комнате проживает Сноу, и под какой фамилией.
– Это мы сделаем.
– Разрешите? – произнес Громов. – Предлагаю в первую очередь искать гражданина Украины или Белоруссии. Курортников в санаторий оформляют люди опытные, внимательные, поддельный паспорт гражданина России может вызвать подозрение, тем более, что их постоянно призывают к бдительности. А вот с документами граждан Украины и Белоруссии они хуже знакомы, качественно выполненную фальшивку могут и не распознать.
– Толково, – одобрительно сказал Никитин. – Скорее всего, наш фигурант прибыл из Белоруссии. Между нашими государствами практически нет пограничных пунктов, транспортный контроль отменен тоже. Андрей Петрович, что еще от нас нужно?
– Сможете слушать Сноу до утра? Комаров сообщит, где поставить машину.
– Не уверен, у нас нет такой аппаратуры как у вас.
– Тогда отправлю Сомова, а вы ему дайте напарника, я своих ребят уже загонял.
– Без проблем. С утра пошлю за Сноу наружку.
– Не будем торопиться, Иван Алексеевич. Наш противник-профессионал и легко может ее обнаружить. Сегодня вечером мы все соберемся, обсудим этот вопрос тоже. Кстати, пограничники проверили строителей, это боевики?
– Да, все сошлось, они прибыли из Турции и по документам являются гражданами этой страны. По нашей базе проходит только один из них. На остальных собираем информацию. Наши сотрудники за ними присматривают, их телефоны на прослушке. Пока ни с кем в контакт они не вступали.
– Полагаю, это случится накануне пресс-конференции мэра Тригорска.
– Товарищ генерал, давайте одному из боевиков устроим производственную травму, – предложил Громов. – На стройке ведь всякое случается.
– Годится, – улыбнулся Веселов. – Одного выведем из строя, второй будет обязательно звонить, но не Сноу, а его помощнику. Тогда сможем засечь его телефон и узнаем, где он скрывается.
– Андрей Петрович, почему вы предложили вернуть нашего сотрудника в здание администрации? – спросил Никитин.
– Пусть Сноу думает, что мы на дезу купились. Иван Алексеевич, приходите к нам сегодня в 19 часов. Все равно придется работать вместе, единственная просьба – ничему не удивляться.
Подруги с нетерпение ждали Веселова и Громова.
– Ань, я сегодня немножко похулиганила, как думаешь, Андрей будет ругаться? – спросила Гелена Казимировна.
– Уши точно надерет.
– Ну и ладно, мне не привыкать, зато ребят повеселила. Хорошая выставка, столько симпатичных кошечек, но мой Арни ни на одну не запал.
– Откуда ты знаешь.
– Он бы мяукнул, сигнал мне подал. Когда котика привозим к его драной пассии, он тут же начинает орать дурным голосом от вожделения. А тут никакой реакции. И чего он в ней нашел. Ань, посмотри в окно, кажется, Андрей с Сашей идут.
– Ты когда, подруга, очки купишь?
– Никогда. Не хочу скрывать за стеклами красоту своих слегка поблекших глаз, – хихикнула Гелена Казимировна.
– Линзы носи.
– Да ну их. Сначала вставляй, потом выковыривай. Иди, открывай дверь, а то твой муж вечно в кармане копошится, пока ключи найдет.
– Не выдумывай, скажи честно, боишься, что Андрей ругаться станет?
– Боюсь, ну и что.
– Гелька, – раздался голос Веселова.
– Здесь я, чего кричать-то, – вздохнула она, выходя в прихожую.
– Ты когда перестанешь болтать, что ни попадя.
– Так это для конспирации.
– Я вот тебе надаю по одному месту, сразу забудешь про нее. Дай я тебя поцелую, молодец, хорошо сыграла свою роль. Ань, у вас все готово? Через час общий сбор, придет Иван Алексеевич Никитин. Сомов заходил? Покормили? А то у него ночное дежурство.
– И с собой дали. Стол уже накрыт, может, вы с Сашей перекусите?
– Нет, мы сейчас в душ, потом с ним посидим, покумекаем. Крыська дома?
– Должна появиться с минуты на минуту. Хочешь ее тоже привлечь к операции? Вот девочка обрадуется, а то второй день пребывает в переживаниях, что без нее обходитесь.
– Ань, пойдем к себе наверх. Закрыв за собой дверь, Веселов обнял жену, – соскучился. Как хорошо было в Париже, ты все время рядом, никуда не надо торопиться, никого не надо разыскивать.
– Муж, не расслабляйся, отправляйся в душ, я тебе свежую рубашку достану.
– Вот так всегда, никаких ответных чувств, – притворно вздохнул Веселов.
– Иди уже, чувствительный мой, – засмеялась Анна Сергеевна. Коньяк ставить?
– Для снятия напряжения и поднятия духа пару рюмочек Гелиной настойки примем.
Когда все собрались и сели за стол, генерал сказал, – ужинаем и подводим итоги дня.
– Андрей, сначала налей, – закричал Проша, влетая в гостиную. Следом за ним не торопясь вошла Крыся.
– Да что за неслух такой, мы же тебя предупреждали, – всплеснула руками Гелена Казимировна.