На экране высветился мексиканский номер. Женщина села, включила стоявшую на тумбочке лампу и провела пальцем по экрану.
– Это Карлита Эскобар.
Мысли в голове Келлер все еще путались, и она на секунду застыла, не понимая, о ком идет речь. Потом туман рассеялся. Ну конечно же, сотрудница консульства Карлита Эскобар. Та самая, что «не имеет никакого отношения».
– Ах да, здравствуйте… спасибо, что позвонили.
– Прошу прощения, я вас разбудила? Вы сами говорили звонить в любое время, когда появятся новости. Если что, я могу перезвонить завтра.
– Нет-нет, пожалуйста…
– Я установила имя девушки.
– Хэнк?
– На самом деле ее зовут Джоанна Грейс. Для близких Джои. Она действительно из Оклахомы, хотя работает совсем не парикмахером-стилистом.
Келлер почувствовала, как по жилам рванулся адреналин. Вымышленное имя означало – ее встреча с Мэттом была совсем не случайна, и она обманом заставила его поехать с ней, чтобы впоследствии кому-нибудь сдать. Но потом девушка передумала.
– Она профессиональная тусовщица, – продолжала Эскобар, – работает в компании из Нью-Йорка.
– Вы хотите сказать, проститутка?
Келлер уже вскочила на ноги и расхаживала по комнате.
– Не совсем. Я навела справки. В качестве ее нанимателя выступает некая компания, которую можно назвать лизинговой. Только в аренду она сдает не товары, а симпатичных девушек. Ночные клубы и другие туристические заведения платят за то, что у них тусуются американские девушки, для которых это что-то вроде подработки.
– Такое и правда существует? Кто бы мог подумать.
– Во времена моей молодости в ночных клубах устраивали бесплатные вечера для девушек, но сейчас этого уже недостаточно. Подозреваю, некоторые девушки время от времени подрабатывают на стороне не только своим лицом. В остальном этот бизнес вполне легален.
– Вы с ней говорили?
Повисла долгая пауза.
– Нет. Грейс мы смогли установить так быстро лишь потому, что другие девушки, работавшие вместе с ней в клубе под названием «Moloko Бар», заявили о ее пропаже.
Келлер почувствовала, как у нее внутри все сжалось. Она остановилась, отдернула на окне штору и выглянула на улицу безо всякой на то причины. На парковке стояло несколько мини-вэнов новостных телеканалов со спутниковыми антеннами на крышах.
– Дайте-ка угадаю. Ее никто не видел с тех пор, как она провела вечер с Мэттом Пайном.
– Точно.
– Думаю, она подалась в бега. По словам Мэтта, Хэнк страшно перепугалась, а раз так, то теперь может прятаться от своего нанимателя.
– Как и другие девушки, Грейс жила в комнате над клубом. Мы обыскали ее шкафчик и кровать. Паспорт она с собой не взяла. А ее машину – арендованную вместе с двумя подругами – нашли в Чан Чемуйиле, примерно в пятнадцати минутах езды от Тулума. – Немного помолчав, Эскобар добавила: – Мне очень жаль.
– Что еще нам о ней известно? Приводы или, может, связи?
– В Оклахоме ее однажды привлекали за хранение кокаина, но не более того. Ничего, способного идентифицировать мужчину с ней на фото. Ей в жизни пришлось несладко. Отец погиб во время теракта в Оклахома-Сити, когда она была еще маленькой. В подростковом возрасте воспитывалась в приемной семье, затем поступила на работу в клуб для мужчин, где ее и подцепила та компания.
– О мужчине со шрамом от заячьей губы ничего? – Келлер стиснула зубы, чувствуя, как подскочило давление. Она задернула штору и села на кровать. Надо успокоиться и думать трезво.
– Не человек, а призрак. Судя по всему, жилье, адрес которого вы мне прислали, снял именно он.
Тот самый адрес, который упорная Мэгги Пайн отыскала через сервис геолокации. Келлер в голову пришла шальная мысль: а ведь девушка вполне могла бы стать агентом ФБР.
– Назвался Смитом, расплатился наличными. Хозяин его не видел – деньги поступили онлайн, – но вот соседка с ним сталкивалась. Что до самого арендованного жилья, то его выскоблили буквально до дыр с применением дезинфицирующих средств. Не думаю, что там когда-либо было настолько чисто.
– Уборщики обычно не так дотошны. Я могу послать туда бригаду и…
– Вы меня, похоже, не слушаете. Жилище выскоблили до дыр. И совсем не сотрудники клининг-компании. Больше похоже на работу эксперта-криминалиста.
– Значит, профессионал, – констатировала Келлер. Это в полной мере соответствовало и постановочному характеру места преступления, и телефонам, из которых удалили всю информацию.
– Похоже на то.
– Камеры видеонаблюдения в том квартале есть?
Она знала ответ, но не спросить не могла.
– Прошу прощения, агент Келлер, но это вам не Манхэттен.
– Какие-то зацепки, по которым можно было бы идентифицировать этого парня, у вас есть? Хоть что-нибудь?
Ответ на этот вопрос ей тоже был хорошо известен.
Немного помолчав, Эскобар ответила:
– Гуттиэрес что-то знает, нюхом чую. В их рядах коррупция дальше некуда.
– Тот самый коп, который не хотел отдавать тела? И в придачу устроил Мэтту Пайну веселую жизнь?
– Si[33].
– Вы с ним беседовали?
– Пыталась, но он не пожелал со мной говорить.
Келлер задумалась. Заставить сотрудника муниципальной полиции другого государства сотрудничать она не могла. А по заявлению Госдепа, если кто и мог войти в контакт с правоохранительными органами Тулума, то это Карлита Эскобар. И вот теперь даже она уткнулась в глухую стену.
– Идеи по этому поводу есть?
Собеседница опять помолчала и ответила:
– Способ развязать Гуттиэресу язык все же имеется.
Келлер не могла взять в толк, как ее понимать. Но то, как она произнесла эти слова, настораживало.
– Что вы хотите этим сказать?
– На мои вопросы он отвечать не станет. Знает, что я ограничена американскими методами ведения допроса…
Агент силилась понять, к чему клонит Эскобар, хотя это ей совсем не нравилось.
– Но у моей семьи есть друзья, состоящие в прекрасных отношениях с одним из сенаторов здешнего штата. А тот, в свою очередь, обладает немалым влиянием на федеральную полицию и уж точно сможет натравить их на Гуттиэреса.
В этот момент Келлер засомневалась, что ее собеседница действительно не имеет отношения к Пабло Эскобару, и представила местного полицейского сидящим в подвале на полу со сливным отверстием посередине.
– Я ни о чем таком их не попрошу. Но сенатор, узнав, что Гуттиэрес опечалил Государственный департамент США, вполне может взять ситуацию в свои руки…
Келлер требовался мужчина с заячьей губой, имеющий отношение к убийству пяти человек – Джои Грейс и семьи Пайн. Но нарушать закон она не станет.
– Назовем это План Б, – решила она.
– Разумеется, я не предполагала, что…
– Больше вы ничего не нашли? – перебила Келлер, избавляя собеседницу от лживых отрицаний.
– Только одно. Бармена заведения, в котором работала девушка. Он видел ее с мужчиной, подходящим под ваше описание. Один-единственный раз. Но он это запомнил, так как Джои Грейс сделала ему самому необычное предложение.
Келлер вновь охватил трепет возбуждения.
– В чем оно заключалось?
– Заплатив бармену четыре тысячи песо, она попросила его позвонить, если в бар кто-нибудь заявится в поисках американской девушки.
– Ну и как? Он позвонил?
– Si. Сказал, как-то вечером пришел мужчина, американец, и стал выспрашивать о девушке.
– Эван Пайн…
– Si. Когда я показала бармену фотографию, он подтвердил это.
Агент прокрутила полученные сведения в голове. Человек со шрамом от заячьей губы нанял местную тусовщицу, чтобы та, изобразив из себя Шарлотту, помогла ему сделать дипфейк. Затем с помощью этой уловки заманил Эвана в Тулум и сделал так, чтобы бар было просто отследить. Потом заплатил бармену, попросив позвонить, если мужчина придет и начнет задавать вопросы.
Точно, профессионал, иначе и быть не может.
– Спасибо за упорные усилия, которые вы приложили ради этого дела, – поблагодарила Келлер.
– Пожалуйста, – ответила Эскобар и будничным тоном, от которого по спине Келлер пробежала дрожь, добавила: – Когда найдем тело девушки, я вам позвоню.
Глава 52
До этого
Рука об руку с отцом Мэгги шагала по пыльной дорожке, пролегавшей среди развалин Тулума. На них обрушивало свои лучи полуденное солнце. Мама бросилась вслед за Томми, убежавшим вперед. Мэгги от этих развалин было одно только разочарование. Слишком много туристов, а самих развалин кот наплакал. Да что говорить, там даже имелся «Старбакс». Окрестности напоминали старый, полуразрушенный каменный кампус колледжа. Гвоздем программы был высокий храм, выходивший на чистое поле и окруженный строениями поменьше. Но располагался он не в джунглях, в отличие от фильмов об Индиане Джонсе, которые любил пересматривать Мэтт, а на вершине возвышавшейся над океаном скалы.
– Пап, ты же понимаешь, все это неправильно. Слишком безупречно. Номер телефона привел нас прямо сюда. Бармен, из всех посетителей запомнивший именно Шарлотту? И который хочет, чтобы сегодня в полночь ты опять туда пришел? Тем более один.
Отец поднял руки, стараясь ее успокоить. Потом опять посмотрел на Томми с мамой.
– Давай обсудим это позже.
Мэгги нахмурилась. Поговорить после вчерашнего вечера им так и не удалось. К тому же ей не нравилось, что все приходилось скрывать от мамы. Когда она посмотрела на отца, ее охватило тягостное чувство: до нее дошло, что никакие слова его уже не остановят. Бесконечный замкнутый круг жизни: Эван Пайн выходит на след, сосредоточивает на нем все силы, тщательно отрабатывает, падает духом, клянется, что с этим покончено, но потом обнаруживает новый и повторяет весь цикл. Наркоман в поисках дозы. И вот теперь он вбил себе в голову испортить всем поездку – подвергнуть себя риску! – и отправиться прямиком в ловушку. Ловушка ли это? Или розыгрыш? Попытка вытрясти из него деньги? Этого она не знала. Зато понимала, что здесь что-то не так. Что в этот «Moloko Бар» их заманили неспроста.