На экране появилось несколько газетных статей.
Флэнаган был замешан в секс-скандале с бывшим губернатором. Этот нечистый на руку адвокат, не чуравшийся грязных делишек, устраивал вечеринки для Тернера и его состоятельных друзей: наркотики, несовершеннолетние. Большая коллегия присяжных выдвинула против Флэнагана обвинения, и все ожидали, что он вот-вот даст показания против бывшего покровителя и его приближенных.
С какой стати этому подонку приезжать к Дэнни Пайну в тюрьму? Причем всего за две недели до того, как семья парня погибла. Она не могла наверняка сказать, что между этими событиями есть какая-то связь, но чувствовала ее нутром. Ей вспомнилась встреча с киношниками. Те сказали, у Шарлотты была тайная жизнь, она встречалась с мужчиной постарше. В некоторых газетах упоминался главный обвинитель на его процессе, помощник федерального прокурора из линкольнского офиса. Келлер отправила Стэну письмо. Поговорить с Флэнаганом надо было незамедлительно.
Глава 56
Мэтт шагал по дороге под темным зеленоватым небом. На его лицо упала одна-единственная капля – предвестник грядущего дождя. Сирены умолкли, и воронок нигде не наблюдалось, так что если ему теперь что-то и грозило, то только промокнуть до нитки. Надо бы вернуться в церковь. Иначе потом он будет сожалеть, что не остался на похороны. Хотя будет ли на самом деле?
Он бесцельно брел вперед. Папийон-роуд представляла собой полоску асфальта, ведущую в никуда. Чтобы не столкнуться с журналистами, стоящими перед церковью лагерем, Мэтт пересек детскую площадку воскресной школы и перебрался через окружавший ее забор.
Усеянная камнями обочина напомнила ему о гонке на выживание в Тулуме. Неужели с тех пор прошло всего три дня? Быть того не может. В узких туфлях болели ноги. У него был всего один костюм и одна пара хорошей обуви. Перед отъездом из Нью-Йорка в комнату Мэтта ввалился Ганеш и упаковал все необходимое для похорон. Мэтт поклялся себе больше никогда не считать друзей чем-то само собой разумеющимся. Раньше он слишком многое воспринимал как данность, но теперь этому пришел конец.
Сзади дважды коротко просигналили. Мэтт обернулся и посмотрел на машину, тащившуюся за ним по пятам. Разглядеть водителя за забрызганным каплями дождя ветровым стеклом ему не удалось. Говорить с репортерами у него желания не было. Машина все так же ехала рядом. Потом с жужжанием опустилось окно.
– Эй, ты что, не слышал предупреждения о торнадо?
Чуть приподняв в улыбке кончики губ, на него из салона смотрела Джессика Уилер, в черном, с пучком на голове и ниткой жемчуга на шее. Скорее всего, она увидела, как Мэтт вышел из церкви, и решила поехать за ним.
– Куда собрался?
– Никуда.
– Вот и я никуда.
Машина катила рядом на черепашьей скорости.
Когда он остановился, она тоже затормозила. Мэтт заглянул внутрь.
Джессика кивнула на пассажирское сиденье.
По правде говоря, Мэтт хотел побыть один – по крайней мере, ему так казалось.
Джессика спокойно сидела, дожидаясь его решения.
Подумав, что всему виной стертые ноги, парень сел в машину, где его встретил аромат ее духов, пряный и приятный.
Джессика включила передачу и тронулась с места.
Дождь по-прежнему моросил, не переходя в ливень. Стеклоочистители бегали туда-сюда, рисуя на стекле круги, коричневые от пыли и мороси.
– Хочешь поговорить об этом? – спросила наконец Джессика.
– Не особо.
– Ладно. Тогда, может, выпьем?
– А вот это уже звучит заманчивее.
Она кивнула, глянула в зеркало заднего вида и резко развернулась.
Вскоре девушка уже отпирала дверь «Трубоукладчика». В баре, закрытом для посетителей на несколько часов, было тихо и темно. Джессика шлепнула ладонью по выключателю, бросила на барную стойку ключи и направилась к музыкальному автомату.
Устроившись на высоком табурете, Мэтт смотрел на ее отражение в зеркале за барной стойкой. Строгое черное платье, в котором она склонилась над музыкальным автоматом, смотрелось здесь не совсем уместно. По помещению поплыла музыка.
Джессика вернулась обратно и нырнула за стойку.
– Бон Джови? – удивился Мэтт.
Девушка встала перед ним:
– Пластинки для этой штуковины мой дядя тщательно подбирал тридцать лет назад, а заменить их на новые не хватает духу. Да и потом, как вообще можно не любить Джона Бон Джови? – Потом махнула рукой на выстроившиеся вдоль стены бутылки: – Что будешь пить?
– Пиво было бы просто супер.
– Ой, да ладно, – она явно разочаровалась его ответом. – Погоди, я сама знаю.
Джессика взяла стакан, бросила в него кубик льда непомерных размеров и принялась готовить какой-то коктейль. Потом подвинула ему.
Он взял напиток, поднес к глазам и посмотрел на прозрачный кубик, залитый коричневой жидкостью.
– Что это?
– Один старомодный рецепт.
Он приподнял бровь.
– Твоя личная фантазия в духе Дона Дрейпера или…
– Хватит болтать. Давай пробуй!
Он сделал глоток. Оказалось и правда совсем недурно. Чуть сладковато, с привкусом дыма.
– Никогда не считал себя старомодным, но это действительно здорово.
Она кивнула и налила себе пива с улыбкой, без слов давая понять, что просто прикалывалась над ним за его заезженный выбор. Девушка отпила глоток, а когда отняла стакан ото рта, на ее верхней губе осталась пена.
Они немного помолчали. Мэтт допил коктейль, и она сделала ему еще один. Прикончив пиво, Джессика плеснула себе еще, будто они затеяли соревнование.
Времени захмелеть им понадобилось совсем немного.
В кармане у Мэтта то и дело вибрировал телефон, но он ни разу на него не взглянул.
– Хорошие были похороны, – заметила Джессика.
– В смысле, до того, как завыли сирены и оттуда свалил оставшийся в живых сын?
Она скривила лицо:
– Твой дедушка выглядел неплохо. Я уже сто лет не видела его в городе.
Мэтт любовался приготовленным по старомодному рецепту напитком, держа его в руке.
– Ты даже не представляешь, насколько я это ценю, но говорить сейчас нет никакой нужды, – он осушил бокал.
– Да? Как скажешь.
Девушка перегнулась через стойку, схватила Мэтта за шею и поцеловала. Для него это оказалось полной неожиданностью, по жилам рванул адреналин, усиливая кайф. Не отрывая от него губ, Джессика перемахнула через стойку, сметая стаканы, и оказалась рядом с ним. Когда она отстранилась от него, они с трудом могли перевести дух, а у нее вконец растрепались собранные волосы.
– Наверху есть комната, – сказала она.
Он кивнул и вслед за ней направился к двери в глубине зала. Она нащупала ключи и еще раз поцеловала его, когда стала открывать дверь на узкую лестницу. Мэтт взял ее за руку.
У него кружилась голова. От выпитого, от желания обладать ею, от сюрреалистичности происходящего за этот день. Джессика нетвердой походкой стала подниматься по ступенькам.
На него накинулись сомнения. Он попытался их прогнать, но они все равно упорно лезли в голову. Об этой девушке Мэтт мечтал долгих семь лет, но разве ему хотелось, чтобы все произошло именно так? По пьяни, в комнате над баром, в порыве глупой страсти, да еще и – на минуточку – в день похорон его семьи? Но он действительно ее хотел, и ему позарез требовалось хоть что-то, способное принести облегчение. Как сказала Кейла, завершить связь, которая у него осталась с Джессикой. Но мысли о Кейле еще больше усугубили ощущение ошибки.
Наверху лестницы располагалась небольшая комнатка с односпальной кроватью, тумбочкой и телевизором. Джессика стащила с Мэтта пиджак, ослабила и сняла через голову галстук, расстегнула сначала рубашку, затем брюки. Потом остановилась:
– Подожди, я сейчас вернусь.
После чего выскользнула в примыкавшую к комнате ванную.
Мэтт сел на кровать, воюя с самим собой. Опять зажужжал телефон. Наверное, его ищет тетя. Или друзья. Он вытащил мобильный из кармана, чтобы перевести его в беззвучный режим.
В глаза бросилось светящееся сообщение на экране. Хотя в нем была всего пара слов, одно из них было «срочно».
Не надо ничего читать. Не читай и все. Но большой палец сделал по-своему и полностью вывел эсэмэс от агента Келлер.
Срочно. Позвоните мне, пожалуйста.
Просто и по делу, вполне в ее духе. Она не принадлежала к числу тех, кто станет разбрасываться словом «срочно», и парень ткнул пальцем в ее номер.
Когда она подняла трубку, из ванной вышла Джессика в одном лишь жемчужном ожерелье. От вида ее молочно-белой кожи Мэтт на мгновение потерял дар речи.
Девушка выглядела потрясающе.
Мэтт уже собрался было сбросить звонок, но тут до него донесся голос Келлер:
– Спасибо, что перезвонили, Мэтт, у меня для вас скверные новости. – Она чуть подождала и добавила: – Это касается вашего брата.
Глава 57
До этого
Они провели на пляже еще один день. Как и любому человеку, Лив нравилось нежиться на берегу океана, но с шестилетним малышом приходилось нелегко. У нее совершенно не было возможности расслабиться. То она боялась, как бы он не утонул, то без конца водила его в туалет, то строила из песка чертов замок. Жаловаться не приходилось; все когда-то были маленькими, но когда они вернулись в дом, она вздохнула с облегчением.
Лив то и дело поглядывала на Холмса и Ватсона. Эван с Мэгги усиленно делали вид, что даже не думают заниматься расследованием, но маму им было не провести. Совместное дело объединяло Мэгги с отцом в единое целое, и Лив не думала, что между отцом и дочерью вообще могут существовать настолько близкие отношения, как у них. Она понимала, что вся эта поездка так или иначе связана с делом Дэнни. Но сейчас ей на это было наплевать.
Лив изучающе посмотрела на мужа. Он сидел за кухонной стойкой и тыкал в клавиатуру ноутбука. Мэгги смотрела ему через плечо. Вид у нее был еще меланхоличнее обычного. С самого начала путешествия Лив чувствовала: дочь что-то беспокоит, та то и дело намеревалась с ней чем-то поделиться, но в самый последний момент сдерживалась. Возможно, это было связано с очередным следом по делу Дэнни, но для этого им требовалось побыть наедине и поговорить как мать с дочерью. Поэтому, когда все приняли душ, Лив предложила Мэгги прогуляться.