– Да. Мы просто устали. Верно я говорю, Мэгз?
Девушка в восхищении посмотрела на нее, будто они обе владели каким-то секретом, не собираясь ни с кем делиться.
– Да, просто устали, – подтвердила Мэгги.
– Там остались макароны с сыром, – предложил Эван, – если хотите, я могу приготовить что-то еще.
– Я не хочу есть, – ответила Лив, – тем более в этот отпуск только и делаю, что уплетаю за обе щеки.
С этими словами она вытащила из холодильника бутылку и сделала глоток воды.
– Давай попозже, – Мэгги тоже взяла бутылку и направилась в свою комнату.
– Точно все в порядке? – уточнил Эван у Лив, когда они остались одни.
Та согласно кивнула.
– Об этом можно будет поговорить позже, но уверяю тебя – с ней все хорошо.
Эван подумал, не рассказала ли Мэгги, почему они в действительности отправились в эту поездку. Об их тщетном расследовании. О парочке, которая хитростью заманила Эвана в Тулум. Если да, то ее настроение было вполне объяснимо.
Пришло время покориться неизбежности и во всем признаться, иначе вся магия их путешествия окажется фальшивкой.
– Мне надо тебе кое-что рассказать, – начал он.
Лив села рядом за обеденный стол.
Эван сделал приличный глоток воды и немного помедлил, соображая, как бы ей все объяснить.
– В отношении этой поездки я кое-что от тебя утаил.
– Когда сказал, что мы можем ее себе позволить? Я, типа, и сама догадалась.
– Дело не в этом.
И он поведал ей о звонке Шарлотты или особы, которая себя за нее выдала. О том, как Мэгги отследила телефон. О парочке, которая все это устроила, чтобы его одурачить. О том, каким идиотом он теперь себя чувствует. Потом собрался с духом и решил покаяться и во всем остальном – работе, их финансах, таблетках, которые он в тот раз принял, – но не успел рта раскрыть, как она сказала:
– Мне тоже есть что тебе рассказать.
Эван склонил голову набок.
Жена ушла в спальню и вскоре вернулась с тоненькой папкой в руках, которую тут же ему протянула.
– Мне дала ее жена Рона Сэмпсона, когда я была в Небраске. Здесь содержится доказательство невинов-ности Дэнни.
– Так почему ты тогда… – начал Эван, но осекся, так как это не имело никакого значения.
– Я знала, что мы приехали сюда из-за Дэнни, – продолжала Лив. – В курсе ваших с Мэгз планов не была, но все равно знала. Прости, что не показала тебе папку раньше. Мы все так здорово проводили время. Дело, как мне казалось, поглотило вас не до конца, и я решила немного повременить. Жена Сэмпсона производила впечатление выжившей из ума, документы выглядели обычными бумажками, да и сделать здесь с ними мы ничего не могли, и я…
– Не переживай, все хорошо, – мягко остановил ее Эван. Он открыл папку с тремя листками и изучил первые два. – Это анализы крови. Похоже на исследование образцов, взятых у Шарлотты и Дэнни.
В папке им были присвоены номера: Шарлотте – 4215, Дэнни – 5094.
Вчитавшись в третий документ, Эван понял, что держит в руке страничку из журнала учета улик. С какой стати Сэмпсону было все это хранить? И тут до него дошло. А если анализ крови Шарлотты подменили другим? По той простой причине, что убили тогда не ее, а совсем другую девушку. Он опять шел по тому же пути. В журнале регистрации запросов не было зафиксировано обращений по поводу образца Шарлотты. Тут до Эвана дошло, что кто-то – а именно Рон Сэмпсон – получил доступ к образцу 5094, крови Дэнни.
Эван ткнул в страничку пальцем.
– Похоже, Сэмпсон запросил доступ к образцу крови Дэнни. А сделанную об этом запись в журнале украл, чтобы об этом никто не узнал.
– И что все это значит?
Эван покачал головой, злясь на самого себя. Он не одну тысячу часов копался в документах, дергал за каждую ниточку и проверял каждую теорию. Но все равно терпел неудачу – полную и безоговорочную.
– А зачем им вообще было проводить анализ крови Дэнни? На месте преступления ее не обнаружили, и улик, основанных на ДНК, против него не было.
– Дабы установить отца ребенка и тем самым доказать предполагаемый мотив, – пояснил Эван. И вдруг он все понял, будто его с силой ударили под дых. – Твою мать. Твою в душу мать.
– Что такое? – Лив даже не думала сдерживать пробивавшееся в голосе возбуждение.
– Дэнни не мог иметь первую отрицательную группу крови, – он показывал пальцем на образец 5094, приведенный в рапорте.
– Ты знаешь группу крови Дэнни?
– Нет, но первой отрицательной у него точно быть не может. Потому что у меня она четвертая.
Лив покачала головой, ровным счетом ничего не понимая.
– У родителя с четвертой группой крови не может появиться на свет ребенок с первой отрицательной.
– Откуда ты знаешь? Что…
– Аппендицит Томми, – объяснил Эван.
Экстренная операция, которую сделали сынишке.
Лив в замешательстве не сводила с него взгляда.
– Томми тогда понадобилась кровь.
– Ну да, пока мы сходили с ума, они воспользовались донорской.
В его голове вспыхнуло страшное воспоминание о том дне в отделении неотложной помощи. Когда Эван туда примчался, врач-индус объяснил ему, что у Томми редкая первая отрицательная группа крови. Доктор ее заказал, но было бы быстрее, если в качестве донора выступил сам Эван. Лив со второй положительной этого сделать не могла.
– Они попросили меня сдать кровь, – объяснил Эван, – у Томми она первой отрицательной группы.
С этими словами он ткнул пальцем в образец Дэнни, по группе совпадавший с кровью Томми.
Лив побелела как полотно.
– Врач отвел меня в сторонку, сказал, не знает, как мне об этом сообщить, но я не могу выступать в качестве донора. Человек с четвертой группой крови не может быть родителем человека с первой отрицательной.
На глаза Лив навернулись слезы.
– Так ты знал? Ты все это время знал?
Он кивнул.
– Но почему тогда…
– Потому что он все равно мой сын.
Эван знал, что Томми не его биологический сын, давно собирался ей об этом сказать, но не мог заставить себя это сделать.
– Прости. Прости меня… – заплакала жена.
Эван положил ей на плечо руку, покосился на комнату Мэгги и тихонько прошептал: «Тсс!»
Лив выглядела хуже некуда. Она сделала глоток воды:
– Я не знаю, что…
– Ты любишь меня?
Она подняла на него глаза.
– Оливия Пайн, ты меня любишь? – Эван более настойчиво повторил вопрос.
– Да, – ответила она и заглянула ему в лицо.
На ее собственном отражались отчаяние и смущение.
– Тогда и говорить нечего.
Они сидели, не говоря друг другу ни слова. Лив тихонько пыталась перевести дух, у нее дрожали руки, она тряслась всем телом, словно никак не могла согреться.
– Я хочу, чтобы у нас все вернулось на круги своя, – прошептал Эван, надеясь, что его не слышит Мэгги. – Чтобы все стало как прежде. Чтобы мы опять стали семьей.
– Я и сама только этого всегда и хотела, – всхлипнула жена и вытерла ладонью лицо.
Из комнаты Мэгги донесся шум. Лив опять вытерла лицо, а Эван вгляделся в экран ноутбука, стараясь выглядеть естественно.
И тогда Лив произнесла фразу, от которой накренился мир:
– Но если это кровь не Дэнни, если у него не первая отрицательная, то кому она принадлежит?
Эван поднял на нее глаза и задержал взгляд – достаточно для того, чтобы у нее опять побелело лицо.
– Ноа?!
– Нет, его сын. Это объясняет, почему после вечеринки Шарлотту никто не видел. Объясняет слухи о другом парне. Объясняет, почему Сэмпсон подменил образцы – они с Ноа были друзьями. Вместо крови Кайла Брауна они подсунули кровь Дэнни.
– Значит, отцом ребенка был не Дэнни, а Кайл.
В этот момент из своей комнаты вышла Мэгги.
– В чем дело? – спросила она, глядя на родителей. – Что случилось?
– Мы вычислили его, Мэгпай, – ответил Эван, – мы его вычислили.
Глава 62
До этого
Мэгги не мигая смотрела на родителей.
– Поверить не могу. Пап, ты докопался до истины.
У нее дрожал голос, она буквально трепетала от возбуждения.
Отец выглядел вконец потрясенным.
– Нет, не я, а мы все. – Он сжимал мамину руку. – Но главная заслуга в этом принадлежит тебе, Мэгпай. Тебе.
Мэгги почувствовала, как в груди забурлили эмоции.
– Значит, Кайл Браун. Но почему? Ничего не понимаю.
– Не знаю. Может, когда она от него забеременела, он не хотел, чтобы это помешало ему в жизни.
– И, возможно, ему помогли это скрыть, – вставила мама.
– Ты думаешь, его отец…
Договаривать Мэгги не стала.
Ноа Браун выступал на их стороне и боролся за освобождение Дэнни Пайна. Ее волной накрыло чувство предательства. Он и не собирался никому помогать, просто совершил отвлекающий маневр. Неустановленного Участника вечеринки идентифицировал Рики, с которым дружил Кайл. И именно с подачи Ноа Брауна киношники сосредоточились на Крушителе.
– А кто тогда мужик со шрамом от заячьей губы, кто та девушка? – спросила Мэгги.
– Может, аферисты, может, просто психи. Кроме того, их мог нанять Ноа, чтобы сбить нас с верного следа после того, как жена детектива Сэмпсона предоставила маме улики.
Мэгги все никак не могла понять, зачем им понадобилось заманивать их в Мексику? Зачем понадобилось идти на столь хитроумные уловки и делать вид, будто Шарлотта жива? Впрочем, эти вопросы могут обождать.
– Пойду напишу Мэтту!
Мэгги пришла в такое возбуждение, что у нее слегка закружилась голова. Она влетела в свою комнату, бросилась на кровать, выдернула из телефона шнур зарядки и открыла мессенджер, чтобы набрать сообщение брату. С чего бы начать?
Вдруг в голове смешались все мысли. Комната закачалась из стороны в сторону. Она почувствовала себя плохо и попыталась сесть.
Но Мэгги не смогла сдвинуться с места.
В чем дело?
И тут девушка чуть не подпрыгнула от ужаса.
Силуэт. Из шкафа появился человек! Мэгги попыталась вскочить на ноги и закричать, но напрочь потеряла контроль над своим телом. Что, черт возьми, происходит? В груди гулко колотилось сердце, но сама она была парализована. Организм отказывался выполнять команды, которые посылал мозг.