Кристина подошла ближе, её планшет был заполнен данными.
– Мы готовы запустить видео сразу, как только получим его, – сказала она. – Но у нас должен быть план на случай, если это не сработает.
Кирилл кивнул.
– Если видео не сработает, мы устроим диверсию в его армии. Наши агенты уже работают среди его солдат. Мы используем их для создания хаоса.
Алина внимательно посмотрела на карту, отображающую позиции войск Дария.
– У нас есть шанс. Если мы подорвём их изнутри, они потеряют координацию. Но это должно произойти до того, как начнётся осада.
Кирилл перевёл взгляд на Риту и Кристину, затем на Алину.
– Мы не можем позволить себе ждать. Свяжитесь с Руфианой. Убедитесь, что она готова действовать. Мы должны завершить это прежде, чем Дарий войдёт в Изград.
Рита усмехнулась, её лицо было напряжённым, но в глазах горел огонь.
– Ну что, Пророк, – сказала она. – Ты уверен, что мы выдержим этот удар?
Кирилл слегка улыбнулся, но его взгляд оставался серьёзным.
– У нас нет другого выбора, – тихо сказал он.
Они знали, что впереди их ждёт самый рискованный шаг. Теперь каждый их поступок решал судьбу не только Изграда, но и всей Ксенополии.
На следующий день день Кирилл созвал Биржевой комитет. Голографические лампы, освещающие зал заседаний этого скорее политического, чем экономического органа, отбрасывали мягкий свет на строгие лица собравшихся. Просторная комната с идеальными линиями и стерильной симметрией, олицетворяющая власть и контроль, теперь больше напоминала арену для словесного боя.
Кирилл стоял в центре зала. Его фигура излучала спокойствие, но взгляд – решимость. Рядом с ним сидела Рита, облачённая в строгий наряд тетрарха. Её сосредоточенный взгляд и выправка выдавали готовность вмешаться в любой момент.
– Дарий уже на подступах к Изграду, – твёрдо произнёс Кирилл, обводя взглядом всех присутствующих. – Ксенополия осталась без лидера. Казявичус, наш так называемый Генеральный директор, бежал, оставив нас перед лицом величайшей угрозы.
Шёпот пронёсся по рядам, и несколько человек начали переглядываться. Кирилл сделал паузу, позволяя им переварить услышанное.
– Но город ещё не пал, – продолжил он. – Мы можем остановить Дария, если будем действовать слаженно. Нам нужно объединить ресурсы и поддержать тех, кто готов бороться.
Рита поднялась, её голос прозвучал твёрдо:
– Если мы не остановим Дария здесь, он уничтожит всё. Его армия, пропитанная фанатизмом, не оставляет выбора: либо подчинение, либо гибель.
– Что вы предлагаете? – раздался голос из середины зала.
Кирилл повернулся к говорившему. Его взгляд был твёрдым, как сталь.
– Я предлагаю сделать всё, что в наших силах, чтобы разрушить его власть. Руфиана уже действует. Скоро у нас будет инструмент, чтобы показать миру истинное лицо Дария.
– А если это не сработает? – снова спросил кто-то из зала.
Кирилл сжал кулаки, затем спокойно произнёс:
– Тогда мы будем драться. Изград – это не просто город. Это символ сопротивления. И мы не позволим этому символу пасть.
Рита слегка кивнула, её взгляд обшарил лица присутствующих.
– Мы вместе. Либо мы удержим город, либо будем знать, что сделали всё, что могли.
Тишина в зале стала почти осязаемой. Все понимали, что теперь каждая минута имеет значение.
Голографический экран в кабинете Кирилла разрывали тревожные сообщения, а в зале заседаний Биржевого комитета развернулась дискуссия, которая должна была определить судьбу Ксенополии. Войска Дария приближались к столице, и город стоял на грани осады.
Кирилл стоял в центре зала, его взгляд был сосредоточенным, голос твёрдым:
– В этой ситуации необходимо срочное решение. Я прошу вас назначить меня временным Генеральным директором Ксенополии, чтобы объединить страну и организовать оборону.
– Это абсурд, – раздался голос главы Ксенонефти, пожилого мужчины с холодным взглядом. Он приподнялся, его тон был резким. – Вы – Пророк, духовный лидер. Как вы собираетесь управлять страной в такой кризисный момент?
– А кто лучше него? – бросила Рита, но её слова утонули в шуме возгласов других членов комитета.
Глава Ксенонефти поднял руку, призывая к тишине, затем посмотрел прямо на Кирилла.
– Я предлагаю другую кандидатуру, – произнёс он. – Руфиана, глава клана Ксеносекс. Она доказала свою способность принимать сложные решения. Её клан стабилен, у неё есть ресурсы и поддержка. Я считаю, что она должна стать временным Генеральным директором.
В зале зашептались ещё громче. Все взгляды обратились к Руфиане, которая сидела в дальнем конце стола, расслабленно скрестив ноги. Её лицо оставалось спокойным, но в глазах читался вызов.
Руфиана поднялась, её движение было плавным и уверенным. Она посмотрела на главу Ксенонефти, затем перевела взгляд на Кирилла.
– Это лестно, – начала она, её голос был мелодичным, но в нём чувствовалась сталь. – Но я должна отказаться.
В зале наступила тишина. Руфиана медленно обвела взглядом присутствующих и продолжила:
– Я умею руководить своим кланом, но это не то же самое, что управлять всей страной. Времена, в которые мы живём, требуют не просто сильного лидера. Они требуют человека, который может объединить людей, вдохновить их бороться за свою страну. И этим человеком является Кирилл.
Её слова прозвучали громко и уверенно. Некоторые члены комитета начали переглядываться, другие замолчали, внимательно слушая.
– Кирилл не просто Пророк, – сказала она, повернувшись к нему. – Он доказал, что способен принимать решения в самых сложных ситуациях. Он не побоялся взять на себя ответственность, когда другие отступили. Он единственный, кто может дать нам шанс против Дария.
Руфиана сделала паузу, её взгляд стал ещё более жёстким.
– Если мы хотим выжить, мы должны довериться человеку, который думает не о своей выгоде, а о будущем Ксенополии. И я уверена, что это Кирилл.
Зал снова погрузился в тишину. Глава Ксенонефти посмотрел на Руфиану, его лицо выражало смесь удивления и раздражения.
– Значит, вы поддерживаете его? – спросил он.
– Да, – твёрдо ответила Руфиана. – И я призываю вас сделать то же самое.
Глава Ксенонефти тяжело вздохнул, затем обвёл взглядом остальных. Постепенно один за другим члены комитета начали кивать, соглашаясь с её словами. Через несколько минут голосование было завершено, и на центральном экране появилось сообщение:
«Кирилл Говоров назначен временным Генеральным директором Ксенополии».
Кирилл опустил голову в знак благодарности, затем посмотрел на Руфиану.
– Спасибо, – сказал он. – Ты не просто поддержала меня, ты укрепила нашу общую позицию.
Руфиана усмехнулась, её лицо вновь обрело характерное лукавство.
– Не подведи нас, Пророк. Теперь всё в твоих руках.
Рита, наблюдая за происходящим, скрестила руки на груди и усмехнулась.
– Ну что, Пророк, теперь ты управляешь не только душами, но и всей страной. Готов?
Кирилл посмотрел на неё, его лицо оставалось серьёзным.
– У нас нет другого выбора. И я сделаю всё, чтобы мы победили.
На следующее утро тысячи женщин из клана Ксеносекс отправились в путь к расположению войск Дария. Их процессия двигалась сдержанно и размеренно, но выглядела эффектно: яркие наряды, гармоничные ряды, и ни единого слова. Город наблюдал за этим молча, понимая, что каждая из них несёт на себе не просто риск, а часть судьбы всей Ксенополии.
Шествие было громким своим молчанием. Они шли как символ, как вызов врагу. Каждая из них знала свою роль, каждый шаг был частью плана. Спиной к Ксенополии и лицом к врагу – они несли надежду на то, что внутри армии Дария зародится хаос, который может изменить всё.
Кирилл наблюдал за процессией с балкона своего кабинета. Рита подошла ближе, встав рядом.
– Ты думаешь, они справятся? – спросила она.
– Они должны, – ответил он, не отрывая взгляда от удаляющихся фигур. – Иначе мы все проиграем.
Рита молча наблюдала, её лицо выражало смесь сомнений и решимости.
– Они сильнее, чем кажутся, – тихо добавила она. – Возможно, сильнее, чем мы.
Кирилл кивнул, но ничего не ответил.
Процессия секс-работниц, одетых в яркие, эпатажные наряды, двигалась по улицам Ксенополии, словно живой водоворот цветов и дерзости. Каждая женщина выделялась: одна с розовыми волосами и открытой грудью, другая – с длинными спутанными чёрными волосами и резкими чертами лица. Прохожие шептались и следили за ними, но никто не осмеливался встать на их пути.
Розоволосая женщина, слегка нервничая, оглянулась на своих спутниц.
– А что мы будем там делать? – спросила она робко.
Чёрноволосая фыркнула, её голос прозвучал жёстко:
– Нахрен его. Мы трахнем его, как никогда раньше.
Розоволосая прикусила губу, её голос дрожал:
– А если ему это не понравится?
Чёрноволосая бросила на неё насмешливый взгляд.
– Кому, чёрт возьми, важно, понравится ему или нет? Мы не для его удовольствия это делаем. Мы покажем, что он нас не контролирует. Что мы его не боимся.
Они продолжали идти, молча и целеустремлённо, их шаги звучали как марш сопротивления.
Когда они добрались до окраин города, где располагались силы Дария, перед ними открылся лагерь с рядами палаток и вооружёнными солдатами в тёмно-красной униформе. Командир отряда, высокий мужчина с жёстким лицом, вышел им навстречу.
– Стой! – гаркнул он, его глаза сузились, изучая странную группу.
Самая дерзкая из женщин шагнула вперёд и заявила с усмешкой:
– Мы тут для того, чтобы развлечь вас, мальчики.
Командир поднял бровь, на его губах заиграла усмешка.
– Развлечь нас? – протянул он, оглядывая своих людей. – Ну-ну, похоже, у нас тут намечается настоящая вечеринка.
Он указал на большую палатку в центре лагеря.
– Идите туда. Ждите меня.
Женщины, сохраняя внешнее спокойствие, двинулись к указанному месту, но внутри у каждой из них сердце бешено колотилось.