– Стоп! – внезапно скомандовала Лендис, выхватывая из рукава небольшой камешек с дыркой посередине. – Вот ты где! – радостно закричала она, глядя сквозь дырку на замшелый валун, возле которого были разложены принесённые Годвином подарки. – А ну-ка явись! – она метнула в сторону валуна горсть серебристого порошка, снежинками закружившегося в воздухе. Стоило порошку опасть наземь, как перед нами появилось огненно-рыжее существо ростом чуть выше колена, с глиняной флягой не то в руках, не то в обезьяньих лапках. Заметив, что потеряло невидимость, остолбеневшее существо перевело взгляд на каждого по очереди участника вечеринки и заорало пронзительно, загребая лежащие перед ним дары руками:
– Не отдам! Здесь всё моё!
– Конечно-конечно, – улыбаясь, подтвердила Лендис, медленно, шаг за шагом, приближаясь к рыжему жадине.
– Моё! – поглядев на приближающуюся женщину, повторил неизвестный.
– Конечно, это твоё. А это, – она протянула руку и сорвала с головы дебошира зелёную шапку с алым пером, – моё!
– Отдай! – сразу теряя интерес к колокольчикам, цветным лоскутам и ячменным лепёшкам, завопил рыжий. – Отдай! А не то я сейчас!
– Ну-ну-ну, – погрозила ему пальцем Лендис. – Три желания.
– Я защекочу тебя! Я укушу тебя! Я оторву тебе уши! – неистовствовало существо.
– Три желания, подарок Кернунноса. – Она покрутила шляпой перед носом коротышки.
– У-у-у, злая! – протянул тот в отчаянии. – Загадывай.
– Знакомьтесь, друзья мои, – почти нежно проговорила Лендис, указывая на обиженного коротышку, огорчённо нацепившего на себя ожерелья и теперь пытающегося прикрепить серебряные бубенцы к полам своего кафтана. – Любимый шут бога чащоб и лесного зверья Кернунноса – Рыжий Гном.
– Бе-бе-бе-бе! – представляемый вставил указательные пальцы рук себе в рот и, растянув его на ширину плеч, высунул длинный, как у хамелеона, язык.
– Ну, то, что он рыжий, это и ежу понятно, – критически оглядывая нового помощника, пробормотал Лис, – но для гнома он как-то подозрительно безбород.
Только стремительная реакция помогла моему другу уклониться от брошенной фляги.
– Никогда ничего не говорите ему о бороде, – замахала на нас руками Лендис. И продолжила, переходя на шёпот: – Из-за этой самой безбородости гномы не признают его за своего. Подозреваю, здесь не обошлось без эльфийской крови.
– Ладно, – примирительно кинул я. – Рыжий Гном, так Рыжий Гном. Звать-то его как?
– Кабы знать его имя, не нужно было бы сейчас его ловить, – вздохнула кузина. – Хозяин имени – его хозяин… – она ещё что-то хотела добавить, но Рыжий Гном, стартовав с места, вцепился ей в рукав и, болтая в воздухе ногами, заверещал истошно:
– Загадывай желание, злюка!
– Слушай меня, – сурово приказала Лендис, пытаясь стряхнуть зловредного шута. Раздался треск рвущейся материи, и гном грохнулся на землю вместе со своей добычей и обрывком шнуровки, крепившей рукав к платью. – Ты должен помочь этим людям одолеть великана, живущего… Кстати, где он живёт?
– В бывшей пещере Мерлина, – бросил Годвин, вылавливающий из ледяного ручья плащ королевы.
– Вот как? – удивилась моя родственница. – Как интересно. Хорошо, ты должен помочь им одолеть великана, живущего в бывшей пещере Мерлина. Знаешь, где это?
– Знаю-знаю, – закивал гном. – Большой груагах. В пещере опц, ревёт у-у-у! Голодный.
– Воет от голода? – переспросила королева. – Неужели ему нечего есть?
– Нечего-нечего-нечего! – захихикал гном, натягивая оторванный рукав платья Лендис на свои рыжие космы. – Совсем нечего!
– Роднуля, – заторопил её Лис, – давай побыстрее. А то великан в тоске и печали без нас погибает.
– Конечно, – кивнула Лендис. – Рыжий Гном, что тебе нужно, чтобы победить груагаха?
– Пиво, – выпалил гном, отчего-то становясь на руки. – Много-много.
– Я дарю тебе всё пиво, что ты сможешь отыскать в той округе.
– Хе-хе! – наш новый союзник стал на ноги и алчно потёр ладони. – Хе-хе-хе! Я в ущелье опц! Жду там! – он крутанулся на месте и исчез.
– Могу предложить остаться до утра, – улыбаясь, поглядела на меня Лендис. – Но вижу, вам не терпится пуститься в дорогу. Я распорядилась приготовить ваших коней и смирную лошадку для Годвина. Ты сможешь сам держаться в седле, дружок?
– Н-не знаю, – пробормотал овидд. – Наверное, смогу.
– Вот и славно. Надеюсь, мы с вами вскоре встретимся.
Утро застало нас неподалёку от заветного ущелья, в котором, по утверждению Рыжего Гнома, с нетерпением ожидал нашего возвращения изголодавшийся груагах. Мы бы, может, двигались и быстрее, но темнота и не слишком умелое управление лошадью овидда, впервые самостоятельно севшего в седло, заставляли нас то и дело замедлять ход. И если Годвин час от часу делал успехи, демонстрируя невесть откуда взявшуюся ловкость прирождённого наездника, то с ночной тьмой ничего поделать было нельзя. До самого рассвета.
– Ну шо, Капитан, – лениво бросил Лис, глядя на едва краснеющую кромку Чевиотских гор, – огласите трепещущей от предвкушения публике красочный список наших побед за прошедшую неделю.
Я поморщился. Давно уже не выдавалось столь бесплодных дней. Даже пресловутая победа над королём Мехундом, для нас абсолютно бесполезная, не могла быть причислена к… успехам. Во-первых, всё, что проистекало на поле боя, весьма мало соотносилось с тем, что предполагал я, а во-вторых, узнай теперь кто-нибудь, что мне, пусть и против воли, довелось сразить союзника Артура, думаю, пришлось бы долго доказывать, что я непричастен к гибели короля Голуэя.
– Рейнар, – негромко ответил я, стараясь, чтоб нас не слышал едущий чуть позади овидд, – ты не хуже меня знаешь, что сегодня у нас в руках окажется ключ к шифру Мерлина, а без него нам всё равно далеко не продвинуться. Если Ллевелин всерьёз решил подменить истинное пророчество своей фальшивкой, наверняка он предусмотрел способы подмены оставшихся частей пергамента. А есть ещё конкуренты, которые, вероятно, работают на Мордреда и фею Моргану и постараются предложить в Камелоте свой вариант пророчества. Без настоящего текста и, естественно, ключа к его расшифровке не обойтись. Иначе у нас получается на выбор два, а может, и больше вариантов, причём, в отличие от ллевелиновского, текст феи Морганы тоже, вероятно, будет зашифрован по всем правилам криптографии.
– Э-эх! – вздохнул Лис. – А лучше бы попросту умыкнуть все предсказания и на блюдечке с голубой каёмочкой преподнести руководству. В смысле, этому вашему Норфолку. Вот вам, мол, различные версии вашего пророчества, а дальше ешьте, хошь повылазьте. Кстати, Капитан, а что, если в библиотеке графов Перси тоже сохранились фальшивые прорицания?
– Не должно бы. – Я с сомнением покачал головой. – Персиваль и Галахад ушли из жизни до всей этой заварухи… В любом случае нам следует как можно скорее добраться до сэра Борса. Полагаю, что к нашему возвращению и он, и все остальные родичи Ланселота уже будут в Британии.
– Что ж, – резюмировал Лис, – запишем это в актив, хоть к нашим геройским успехам их поход за зипунами никакого отношения не имеет.
Мы были уже совсем близко от ущелья. Впереди маячил тот самый утёс, рядом с которым Лис обездолил семейство падальщиков крельдов. Тут Рейнар остановился, вглядываясь в рассветный туман, и замотал головой, будто силясь отогнать навязчивый морок.
– Торвальд, ты только посмотри, шо тут деется! – он указал на тропу, спускавшуюся в лесную чащобу. Я пригляделся и понял причину Лисовского недоумения.
Вверх по тропе, из леса, стройной вереницей ползли пивные бочки. Через какой-то промежуток времени одна из них останавливалась и сама собой открывалась.
– Это шо ж это такое? – Лис пришпорил коня, спеша воочию убедиться в реальности представшего нашему взору пивного фестиваля.
Глаза не обманывали. То есть, конечно, бочки поднимались вверх по склону не сами собой. Их толкали, тащили, катили тысячи невообразимых существ, порою напоминающих маленьких человечков-фейри, иногда весьма странных полулюдей-полуптиц, полужаб, полу… чёрт знает чего. Над всей этой тягловой силой, подобно надсмотрщику на плантации властвовал Рыжий Гном, понукавший бедолаг самым нещадным образом.
– Хе, хе-хе, хе-хе-хе. – Увидев нас, шут Кернунноса не замедлил вцепиться в хвост Мавра, перепрыгнуть на уздечку лисовского жеребца и, раскачавшись на ней, в невероятном сальто дёрнуть Годвина за ухо. – Где были? Где? – не выслушав наш ответ, он снова бросился догонять подневольных фейри, крикнув нам на бегу: – Я груагаха опц! Буль-буль-буль! Он жалкий трольд! Пить пиво!
Мы с Лисом переглянулись.
– Что он имел в виду? – глядя вслед хвастуну, спросил я.
Система «Мастерлинг» автоматически дословно перевела бессвязную речь гнома, однако от этого она не стала хоть на йоту яснее.
– По-моему, коротышка утверждает, что может перепить великана. Но это явно понты.
Груагах, достигавший в высоту ярдов семь, и гном, едва переросший колено взрослого мужчины – редкий букмекер согласился бы принимать ставки на результат такого состязания.
– Ладно, – пожал плечами я. – Надеюсь, он знает, о чём говорит.
Рассказ Рыжего Гнома о завываниях несчастного груагаха был чистейшей правдой. Стоило нам спуститься в ущелье, как мы сами смогли убедиться в истинности издаваемых шутом Кернунноса звуков.
– А-у-ю-о-и! – жалобно подвывал гигантский тугодум, вызывая каждым подобным криком сход лавин в ближайших горах. – Куша-а-ать!
– Привет, доходяга! – крикнул Лис, когда мы подъехали к пещере. – Ну что, заждался?
– Мой съесть летучих мышей. У-у-у! Золото есть? – донеслось из пещеры.
– Обяза-ательно! – обнадёжил его Лис, доставая из кошеля несколько солидов и подбрасывая их на ладони. – Полная Аляска.
– Золото давай, мой выходить. – Из-за груды камней на нас подозрительно зыркнули два тёмных глаза.
– Твоя выходить золото брать! Твоя камни раскидать, сюда идтить! – переходя на доступный великану язык, заговорил Лис. – Твоя говорить один мешок – два мешка. Золото у-у-у. – Лис покрутил в пальцах блестящий солид.