– Твоя супруга перерыла много материала по криминалу нашего города, – проговорил Киселев. – Вероятно, она и подскажет тебе, как действовать дальше.
– Ты прав, надо спросить ее, – Скворцов поднялся и протянул приятелю руку. – Ну, бывай. Не забудь позвонить мне насчет распечатки разговоров Аверьянова.
– Обязательно.
Друзья попрощались, и Константин вышел из отделения и сел в машину, прокручивая в голове разговор с Валерием. Спору нет, Павел прав: ни один здравомыслящий судья не поверит в этот бред. Нужно было искать другие факты его невиновности. Скворцов достал телефон и набрал номер супруги. Катя откликнулась сразу:
– Ну, как дела, дорогой? Что удалось узнать?
– Мало чего дельного, – муж вкратце пересказал ей разговор с Аверьяновым. – Я просто ума не приложу, как спасти Валерку от лап Железнова. Он ведь не даст ему дожить до суда.
Катя задумалась:
– Надо обмозговать. Ты поедешь домой?
– Нет, любимая, – ответил супруг. – Хочу наведаться к Таньке Шараповой. Вдруг ее слова об отношении людей к Мишке не были пьяным бредом.
– Поезжай, – согласилась Зорина. – А я подумаю, как тебе помочь.
Глава 9
Закончив разговор с мужем, Катя подошла к окну и задумалась. Полина играла со своими многочисленными Барби в манеже, не выражая никакого желания побродить по комнате или пообщаться с мамой, и у журналистки появилась возможность остаться наедине со своими мыслями. Да, конечно, такой человек, как Виктор Железнов, не допустит, чтобы убийца его сына провел в заточении долгое время. Он обязательно постарается расправиться с ним, и это убийство необходимо предотвратить. Но как это сделать? Катя наморщила лоб и принялась вспоминать о криминальном окружении Железнова. Она давно тщательно изучила книгу, написанную ее коллегой, журналистом Игнатом Панковым, «Криминальный Приреченск» и теперь перебирала в памяти тех людей, которые могли повлиять на бывшего мэра. Несколько фамилий сразу пришли на ум, однако Зорина не имела с ними никаких точек соприкосновения. И вдруг ее осенило. Да, конечно, есть один человек! Если он захочет, то обязательно повлияет на Железнова. Женщина кинулась к городскому телефону и позвонила маме.
– Слушаю тебя, милая, – отозвалась Евгения Георгиевна, врач на пенсии.
– Мамуля, – жалобно попросила Катя, – прошу тебя, приезжай ко мне и побудь с Полинкой. Меня и Костика вызвали на работу. Помоги нам. Это ненадолго, я обещаю.
– Почему ты оправдываешься? – удивилась мама. – Да для меня, как и для твоей свекрови, счастье побыть с внучкой. Разумеется, я сейчас приеду. Даже одеваться не придется. Ты перехватила меня на пороге. Я как раз собиралась в магазин.
– Спасибо, мамуля, – поблагодарила Зорина. Она подумала: как хорошо, что у них с Костиком такие родители! Только позови – и они прибегут и помогут в любое время дня и ночи.
Евгению Георгиевну не пришлось долго ждать. Она жила неподалеку от остановки маршрутного такси, и как раз машины, следовавшие до дома Скворцова, ходили чаще других. Женщина крепко обняла и расцеловала дочь, а потом скинула пальто и направилась в комнату к Полинке:
– А где моя проказница?
Девочка встретила ее таким же радостным гуканьем, как и Тамару Михайловну.
– Посмотри, что я купила моей сладкой, – Евгения Георгиевна принялась расстегивать сумку. Кате тоже стало любопытно. Она до сих пор не была равнодушна к детским игрушкам. Бабушка с гордостью вытащила такую же Барби, что вчера подарила Тамара Георгиевна.
– Вот, держи.
– Мама! – рассмеялась Зорина. – Вы бы с Тамарой Георгиевной хоть изредка договаривались, что дарить ребенку. Посмотри, у нее уже есть такая игрушка.
Евгения Георгиевна увидела такую же Барби, но не расстроилась:
– Ну и что, будет сестра-близнец!
Зорина захлопала в ладоши:
– Как вы похожи с моей свекровью. Ее тоже не смутило, что у Полинки этих Барби чемодан.
– Не вижу в этом беды, – отозвалась мать. – Вообще, ты куда-то собиралась. Наверное, уже пора.
– Пора, – согласилась Катя, помахала дочери рукой, вышла в прихожую, надела шубу и помчалась в редакцию «Вестей Приреченска».
Константин переминался с ноги на ногу возле трехэтажного коттеджа Татьяны Шараповой и проклинал себя. Падал легкий снежок, мороз щипал уши и лицо, холодил ноги в ботинках, а одноклассница не отзывалась на звонки. Скворцов корил себя за то, что не узнал номер ее телефона и не договорился заранее. Вот сейчас он замерзнет на ее пороге, и супруге доставят его хладный труп! Впрочем, хозяйка особняка замерзнуть ему не дала. Она подрулила на белом кроссовере и лихо затормозила возле посетителя.
– О, кто ко мне пожаловал! – рассмеялась Татьяна, выйдя из автомобиля. – Что надо от меня доблестной полиции? Или просто решил сменить обстановку и сбежать от жены?
– С такой женой мужчине не нужно менять обстановку, – парировал Скворцов. – Я к тебе по делу.
– И это приятно, – отозвалась Шарапова. – Я деловая женщина, – она набрала на двери код и открыла ее. – Проходи. Чаю будешь? Покормить не могу. Домработница придет только через пару часов. А вообще мы с мужем терпеть не можем кушать дома.
– Понимаю, – кивнул Константин, спеша за хозяйкой. – Я тебя надолго не задержу.
Татьяна прошла в холл дома.
– Пообщаемся в моем зимнем саду, – предложила она.
– С удовольствием, – согласился полицейский. Шарапова сняла норковую шубку и небрежно бросила ее на стул:
– Только там не так тепло. Если хочешь – не снимай куртку.
– Хорошо, – послушался майор и вслед за хозяйкой отправился на третий этаж. Зимний сад Шараповой поразил его изысканностью. Стены и пол были облицованы керамической плиткой малахитового цвета, создавшей эффектную имитацию природного ландшафта. На плитке стояли горшки со всевозможными растениями. Через светлые полупрозрачные шторы едва пробивался свет.
– Как здорово! – вырвалось у Скворцова.
– Здорово? То-то же, – обрадовалась Шарапова. – Если понравилось полиции, я спокойна. Присаживайся, – она указала ему на широкое кресло. – Так принести чаю?
– Нет. Я ненадолго.
Шарапова закинула ногу на ногу:
– Так о чем ты хотел поговорить?
– О Железнове.
Улыбка слетела с ее лица:
– Об этой твари? Тогда мы не найдем общего языка.
– Я могу уйти, но его охранники вспомнят твои слова на вечеринке, – заметил Константин. – И тебя вызовут в полицию.
– Это с какой стати? – удивилась Татьяна.
– Вчера вечером ты ему угрожала, а ночью его убили.
– Убили? – хозяйка вскочила и хлопнула в ладоши. – Спасибо, Скворцов. Это самая хорошая новость за последние три года. Ровно столько прошло со дня открытия моего магазина. Но… – она вдруг посерьезнела, – полиция подозревает меня? Почему? Только потому, что я угрожала ему?
Костя кивнул. Она рассмеялась:
– Я не такая дура, чтобы, угрожая при всем честном народе, потом осуществить свою угрозу. Знаешь, – женщина поудобнее устроилась в кресле, – пожалуй, я буду с тобой очень откровенна. – Танька придвинулась ближе: – Если бы я хотела его прикончить, я бы это сделала, а потом шепнула бы своему муженьку: мол, один меня домогался еще со школы, а потом напросился в гости и чуть не изнасиловал. Дескать, извини, ножичком пырнула. У моего муженька имеется кавказская кровь, а они страшные собственники. Он бы тут же обеспечил мне стопроцентное алиби, и все кавказцы Приреченска подтвердили бы, что всю ночь играли со мной в казаки-разбойники.
Скворцов улыбнулся:
– А ты не промах…
– Разве ты раньше не замечал? – Таня развела руками. – Признаю, дурой была, что выкинула такое на вечеринке. Знаешь, сколько этот Железнов моей кровушки попил? Ведь я и после замужества с ним пару раз в койке побывала. Как только узнал о моей свадьбе, тут же телефон набрал и пробормотал елейным голосочком:
– Танечка, неужели ты меня больше не любишь?
Ну, мы, бабы, сам знаешь какие. Нас по шерстке погладь, и мы уже на все готовые. Короче, он напросился в гости, когда мужа не будет, а я не возражала. Очень уж мне хотелось победу протрубить. Ведь он меня еще в школе соблазнил и бросил. Ну, думаю, теперь мой черед. Явится, будет в ногах валяться, а я ему на дверь укажу. Думала, да не вышло. Чувства он прежние во мне всколыхнул. На вечеринке я шепнула ему: «Миша, когда еще раз увидимся?» – а он меня оттолкнул и захохотал:
– Ты, шалава – девка на одну ночь. Кому ты нужна, облезлая кошка, кроме своего муженька?
Ну, самолюбие во мне и взыграло.
Константин внимательно слушал одноклассницу и верил ей.
– Но ты говорила, что у многих из наших были мотивы свести с ним счеты, – вставил он.
– Говорила, – согласилась Таня. – Только, поверь, никто из наших на него бы не посягнул. Они его только втайне ненавидели. А наяву лизали его задницу. Вот Прошку Игнатова Железнов на деньги кинул, тот повозмущался в тряпочку и затих. Ну, а о наших девчонках, которые спали с Железновым, я вообще молчу. Они уже замуж повыходили, им неприятности и проблемы ни к чему. Нет, из наших его никто не трогал. Впрочем, это мое мнение. А ты можешь проверить.
– Проверю, – кивнул Костя. – Но тебе спасибо.
– Пожалуйста, – она встала с кресла. – Пойдем, доведу тебя до твоей крутой машинки. Тяжко пока живется нашей полиции.
Глава 10
Когда секретарь Рита доложила Пенкину о приходе Зориной, тот попросил журналистку сразу пройти к нему и направился к женщине с распростертыми объятиями.
– Привет, Катерина! Смотри, как ты похорошела! Хотя, казалось, больше некуда. Ну, как поживаешь?
– Как видите, цвету и пахну, – отшутилась Катя.
– А я все жду твоего возвращения, – он опустился в кресло. – Чаю?
– Не откажусь.
Попросив Риту приготовить чайку покрепче, Анатолий Сергеевич обратился к Зориной:
– Мы с тобой занятые люди, а посему сразу выкладывай, зачем пришла. Ведь не поздороваться же со стариком.
– Не совсем, хотя и это тоже есть, – рассмеялась Зорина. – Вы об убийстве Железнова слышали?