ойны.
Не менее интересны и переживания, когда человек в состоянии расширенного сознания идентифицирует себя с представителем любой расы, любой эпохи, поскольку все они относятся к одному биологическому виду – человек. Именно здесь вступает в дело юнгианская теория коллективного бессознательного. В том, что люди, не знакомые с работами К. Г. Юнга, под воздействием ЛСД могут видеть эпизоды, связанные с различными периодами мировой истории, относящиеся к современности или далекого прошлого, С. Гроф видит экспериментальное подтверждение теоретических разработок основателя «аналитической психологии».
Роль пациента при этом может быть пассивной (наблюдатель) или активной (отождествление себя с одним или даже несколькими из действующих людей). Если наследственная память отправляет сознание человека к истокам зарождения человечества, когда у наших далеких предков впервые «появились пальцы рук и ног, позволившие им вскарабкаться на деревья»[24] , то более глобальное расширение сознания охватывает прежде всего цивилизации, пусть древние, но находившиеся на высокой ступени развития (Древний Китай, Индия, Египет, Месопотамия, античные Греция и Рим, цивилизации доколумбовой Америки и т. п.).
Куда забросит коллективная память сознание испытуемого, никогда предварительно определить невозможно, поскольку здесь уже никакой роли не играют национальность и происхождение, даже хобби или уровень образования. Зато, как утверждает С. Гроф, полученная в таких путешествиях информация всегда находит научное подтверждение: «Информация, получаемая благодаря таким переживаниям, обычно совершенно достоверна, что можно проверить в консультациях с археологами и антропологами»[25] .
Детали, описываемые пациентами доктора С. Грофа, поражают своей точностью и скрупулезностью. Например, кто-то подробнейшим образом рассказывал о прохождении погребального ритуала в Древнем Египте, технологии бальзамирования (например, из какой ткани бинты использовались для изготовления мумии, в каком количестве, в какие сосуды, называемые египтологами канопическими (от греческого названия древнеегипетского города Канобос), бальзамировщик складывал вынутые внутренности умершего). Такие детали известны лишь узким специалистам или людям, всерьез интересующимся историей древних погребальных обрядов: сосудов для внутренностей, или каноп, было четыре; каждый из них имел крышку в виде головы божества подземного мира мертвых (Анубиса-шакала, Гора-сокола и др.). Тонкость состояла еще и в том, что определенные внутренности должны были быть помещены в определенную обрядом канопу, посвященную конкретному божеству (например, в канопу Гора клали печень и желчный пузырь). Картины разных культурных традиций часто сопровождались ритуальными жестами, сложными последовательностями действий, предусмотренных обрядом, или же позами танца, йоги и т. д.
В самых крайних проявлениях коллективное бессознательное дает себя знать в ощущениях, свойственных всему человечеству в целом, чувстве соучастия и непосредственной втянутости в великое космическое действо.
Наконец, еще одна возможность погрузиться в жизнь прародителей – это глубокий сон. Во сне сознание отключено и не пытается вмешаться во всплывающие из закоулков мозга воспоминания. Если вы покопаетесь в своей памяти, то наверняка вспомните некоторые сны, показавшиеся вам по пробуждении слишком уж реальными. Вы были в них главным участником, но наблюдали за всем словно со стороны. Например, я помню сон, не показавшийся мне страшным – мне отрубали голову на гильотине, детально, с мельчайшими подробностями: эшафот, палача, толпу людей вокруг, сильную струю крови... Что это: разыгравшееся воображение (надо сказать, Великая французская революция и ревтеррор далеко не те страницы зарубежной истории, которыми я когда-либо интересовалась) или проявление генетической памяти? А может быть, свидетельство переселения душ, о котором и повествует наша книга?
Очевидно, что генетическая память проявляет себя лишь в ситуациях, когда сознание отключено: под гипнозом, во сне или под действием наркотического средства. Как художественное средство этот прием проникновения в далекое прошлое применялся различными писателями. Кроме упомянутого выше И. Ефремова, следует сказать о Джеке Лондоне, в романе которого «Прежде Адама» (1907) главный герой, современный мальчик, обладает генетической памятью, или, как ее называет писатель, эволюционной, в полной мере. Он также доступно объясняет, чем же теория генетической памяти так отличается от реинкарнации: «Самая распространенная эволюционная память, которая есть у нас, – это сновидения с падением. Единственное, что есть у такой неопределенной личности, – это память о падении. Но многие из нас имеют более четкую, более ясную другую личность. Многие из нас летают во сне, другим снится, как их преследует чудовище, цветные сны, кошмары удушья, сны со змеями и паразитами. Короче говоря, в то время как в большинстве из нас эта вторая личность почти не проявляется, а в некоторых почти стерта, в других она проявляется больше. Некоторые из нас имеют более сильную, более полную эволюционную память, чем остальные <...> Я полагаю, что именно преобладание второго «я» – но не в такой сильной степени как у меня – вызывает кое у кого веру в переселение душ... Но они ошибаются. Это – не перевоплощение. Я помню, как иду по дебрям, и все же все это видел не я, а тот, который является только частью меня, как мой отец и мой дед, частицы меня, только менее отдаленные. Этот «другой я» – мой пращур, предок моих предков в древней линии моего вида <...> Инстинкт – эволюционная память. Прекрасно. Тогда вы, я и все остальные получаем эти воспоминания от наших отцов и матерей, так же как они получили их от своих отцов и матерей. Но в таком случае должна иметься некая среда, посредством которой воспоминания передаются от поколения к поколению. Эта среда – то, что Вайсман[26] называет «гермоплазмой». Именно она несет в себе память о всей эволюции человечества. Эта память очень тусклая и запутанная, и многое в ней утеряно. Но некоторые участки гермоплазмы несут в себе значительно больше наследственной памяти или, чтобы быть более научным, более атавистичны, чем другие...»[27] .
При реинкарнации одна душа вселяется в разные тела, а генетическая память предполагает не столько существование единой бессмертной души (хотя и, конечно, не исключает: она просто не останавливается на этом вопросе!), сколько долгое существование и совершенствование – онтогенез отдельного вида животного мира, человека.
Итак, третий вид памяти о прошлом – воспоминания о жизнях прошлых воплощений одной и той же души. Одни вспоминают свидетельства своего прежнего существования в других телах спонтанно, без толчка со стороны; другим требуется некий катаклизм (катастрофа, несчастный случай, сильное потрясение), который вызывает озарения. Третьим же вообще необходимо полное отключение сознания, чтобы проснулись и проявили себя прошлые существования. Очевидно, реинкарнация – понятие универсальное, и новое воплощение могут получить все без исключения (косвенным доказательством этому служит то, что люди, вспомнившие при разных обстоятельствах свое предыдущее существование, ничем не отличались от абсолютного большинства представителей человечества). Только память у них пробуждалась в совершенно разных обстоятельствах.
В экспериментальной психологии сегодня развиваются 2 основных направления, связанных с получением доказательств реинкарнации – воспоминаний о прежних воплощениях. Во-первых, это так называемый метод экспертных оценок, когда на место происшествия, иначе говоря, к человеку, вспомнившему вдруг некоторые подробности из своей прошлой жизни, выезжает группа ученых. И экспертная комиссия пытается собирать свидетельства того, что ниоткуда, кроме собственной памяти, этот человек получить информацию не мог. Ученые опрашивают родных и соседей вспомнившего, осматривают места, которые он называет в своих воспоминаниях, и беседуют с жителями этих мест, изучают архивную документацию и т. д. и т. п. Если полученные в ходе подобного расследования, часто даже с элементами крутого детектива, данные говорят, что никаких – ни косвенных, ни тем более прямых – связей между нынешней семьей и окружением из прошлой жизни не существует, случай пополняет копилку необъяснимых или, точнее, объяснимых только с помощью теории реинкарнации.
Но как вы наверняка поняли из моих рассуждений, речь здесь идет в основном о ситуациях, когда человек возродился в течение довольно небольшого промежутка времени после смерти своего прошлого воплощения, и люди, которые могут подтвердить те или иные сведения, им сообщаемые, еще живы. А что же с теми случаями, когда человек погружается глубже своего прошлого рождения – в более давние времена?
Надо сказать, что это случается не так уж и часто. Я имею в виду – без всякого вмешательства со стороны. Хотя и такие случаи бывали, и тогда выездом к месту происшествия дело не могло ограничиться: ведь опрос свидетелей попросту невозможен, если воспоминания относятся к энному тысячелетию до н. э.! Но обычно подобное глубокое погружение в память, касающееся уже не десятилетий, а столетий и тысячелетий, происходит лишь под наблюдением опытных психологов и вызывается методикой гипнотической регрессии. Знающий гипнотизер вводит испытуемого в гипнотический транс и затем начинается погружение в далекие воспоминания, затрагивающие, возможно, даже уже не только прошлые жизни, но и генетическую память человечества. При этом первым опорным пунктом являются воспоминания о самых ранних годах жизни, младенчестве, но некоторые пациенты словно «соскальзывают» глубже – в прошлые жизни. Например, гипнологическая лаборатория, которая существует при Мюнхенском университете, провела ряд экспериментов: сотни человек были погружены в состояние гипнотического транса, и каждому был задан один и тот же вопрос: «Что име