пециальное меню: куриный бульон и мягкий хлеб со сливочным маслом. В итоге к вечеру, вроде бы, прихожу в себя.
Чтобы в понедельник дать третий, заключительный концерт в Токио. В конце мы исполняем «We are the World» с токийским детским хором. Получилось забавно. Маленькие япошки так старательно пели, что вся женская часть коллектива чуть не прослезилась от умиления. И публике финал концерта тоже понравился. После, еле живыми ползем в отель. А вот у нашего техперсонала впереди тяжелая ночь. Из-за сбоя в гастрольном графике им теперь достается ничуть не меньше нас. За ночь технарям нужно по-быстрому упаковать все сценическое оборудование и музыкальную аппаратуру в трейлеры, чтобы сразу же выехать в Киото. А уже во вторник вечером начать монтаж аппаратуры на новом месте – в среду по плану первая репетиция. Именно из-за этого техперсонал, тяжи и музыканты едут в Киото раньше нас.
Ну, а мы – оставшиеся, во вторник утром хорошо выспались, не спеша позавтракали и в сопровождении аж семи машин папарацци отправились на вокзал. Нас ждет синкансен – японский скоростной поезд. Почему едем на поезде? А нет в Киото своего аэропорта, и «Кансай» в Осаке еще не построен, так что без вариантов. Этот город – туристическая Мекка Японии, ее старая столица, и этим все сказано. В Киото вообще много чего нет. Нет метро, нет небоскребов, штаб-квартир крупных корпораций, ослепительной неоновой рекламы, огромных торговых центров и толп спешащего куда-то народа, хотя население города полтора миллиона человек. Крытых арен и больших концертных залов, которые нам бы подошли, там тоже кстати нет. Поэтому выступать мы будем на самом большом в Киото футбольном стадионе Нисикегоку под открытым небом. На специально возведенной для этого сцене.
Сопровождать нас в Киото будет посольский переводчик Дмитрий Соболев. А с Николаем Николаевичем мы прощаемся до воскресенья. Работы в японской столице у него теперь прорва, благодаря нашим с ним совместным усилиям. Одних новых контактов среди японских бизнесменов появилось столько, что из Москвы в Токио срочно вылетели два его помощника. Не удивлюсь, если «сбитого летчика» Полянского отзовут в Москву еще до нашего отлета – власть в посольстве вот-вот перейдет в руки товарища Соловьева. Зато к моему удивлению с нами увязывается посольский резидент Владимир Петрович. Хотелось бы узнать зачем? Я переглядываюсь с Вячеславом – тот лишь пожимает плечами. Сам не знает.
В поездку берем с собой только самое необходимое, лишние вещи и покупки остаются в отеле. И малыш Хатико тоже остается в Токио на попечении Ичиро. Нечего его таскать с собой и мучить переездами – все равно скоро вернемся.
…Скоростной синкансен, в который мы садимся, выглядит футуристично. Местные называют его «пулей», что вполне соответствует его внешнему виду – своей обтекаемой формой именно на пулю поезд и похож. Расстояние в 515 км из Токио в Киото он сейчас пролетает примерно за 2,5 ч. Отправляется в путь каждый час. Внутри вагонов очень удобные мягкие кресла. Причем есть такие, что расположены рядами, как в самолете, а есть и со столиками перед креслами – как в купе. Чтобы не терять в дороге драгоценное время, я пригласил поехать с нами в Кито господина Ёсикаву – японского художника – мангаку, который недавно обратился к Гору с предложением о сотрудничестве. За столиком мы с ним сейчас удобно и расположились.
Идея у известного художника в общем-то незамысловатая – я в качестве главного героя его манги, а в основу сюжета лягут мои приключения в разных странах мира, происходящие с нами на гастролях. Первая часть манги естественно про Японию. Вполне себе традиционная такая манга, которая будет с успехом продаваться до тех пор, пока «Red Stars» остаются на пике своей популярности. Мне даже показывают предварительные эскизы: я в образе анимешного красавчика с глазами на пол лица, няшная конфетка Лада, холодная красавица Альдона. Художник даже успел подсуетится с Хатико – ему тоже отведена немаловажная роль во всех наших приключениях. Видимо по замыслу художника пес будет колесить с нами по всему миру.
Предложение в принципе интересное, и приключений в моей жизни уже столько было, что на многотомное издание манги потянет. Да и финансовую прибыль эта затея однозначно принесет. Другой вопрос – как мне из Москвы контролировать потом фантазию художника, который находится в Японии? И понравится ли вообще эта затея Веверсу и Романову? Мало ли чего этот мангака напридумывает…
– Господин Ёсикава… – осторожно начинаю я – Ваша идея мне симпатична. Но для окончательного решения нужно получить одобрение от моего московского начальства. А для разминки хочу сначала предложить вам поучаствовать в создании клипа на одну из наших песен.
– Клипа…? – растерянно переспрашивает японец – но какое отношение имеет музыкальный клип к манге?
– О…! Дело в том, что это будет очень необычный клип! – с воодушевление начинаю я излагать свою идею – В нем натуральные съемки мы совместим с мультипликацией, сделанной путем ротоскопирования. Эта такая анимационная техника, когда изображения проецируются на кальку и обрисовываются художниками вручную.
Ёсикава понятливо кивает, задумывается. А я продолжаю вещать:
– И тогда изображение на экране становится похожим на комикс. Или на мангу, если добавить в скетч-портреты героев характерные стилизованные черты.
– Но …ведь это очень трудоемкая работа? – удивляется японец
– Да. Работать под вашим руководством будут несколько художников, и по моим прикидкам сделать придется около 3000 карандашных скетчей. Зато все эти скетчи готовый материал для манги. И потом на основе нашего клипа можно сразу будет ее выпустить. А при правильном коммерческом подходе это вообще лучше сделать одновременно – манга поддержит интерес к клипу, хотя будет иметь гораздо больший объем сюжета, а сам клип послужит своеобразным трейлером для манги.
Ёсикава замирает, уставившись на свои рисунки и погрузившись в глубокие размышления. Пусть думает. Откажется – я легко проверну эту идею с кем-нибудь другим. Просто с американцами этот наполовину рисованный клип получится дороже. Намного дороже. А в Японии нанять нескольких начинающих мангак обойдется значительно дешевле. Но вся работа в любом случае окупится сполна – этот революционный для своего времени клип на песню «Take on Me» принес группе A-Ha первое место в чарте Billboard и всемирную славу в 1986 г. К тому же, у меня есть отличная мысль насчет привлечения спонсоров.
– Хорошо… – трет лоб японец – а могу я узнать сюжет э-э… клипа?
– Конечно – с готовностью отвечаю я. Кажется, мангака клюнул, пора подсекать – Действие происходит сразу в двух реальностях, и начинается клип с рисованных кадров – гонки на мотоциклах, в которой участвует наш герой. Потом идут кадры, из которых становится понятно, что это настоящая девушка читает любимый комикс, сидя за столиком в кафе. Реальности соприкасаются, и герой, победив в гонке, приглашает ее пройти в его мир. Так сказать, протягивает ей руку из комикса. Они знакомятся, он поет ей песню, но их ждет погоня и месть проигравших в мотогонках соперников героя. Спасая девушку, наш герой выталкивает ее в реальный мир, и принимает весь удар на себя. Она пролистывает комикс до последней страницы и вдруг видит, что сюжет там обрывается – непонятно выжил ли герой в аварии? Но неожиданно ему удается прорваться в реальный мир, и они снова вместе.
Делаю паузу, давая японцу оценить масштаб предстоящей работы. Он хмурится:
– Это будет еще и довольно дорогой клип. Столько съемок…
– Да. Поэтому мы с вами привлечем спонсоров. Вам знакомо понятие продакт плейсмент?
– Нет, а что это?
– Грубо говоря, скрытая реклама. Аккуратно вплетенная в сюжет, она не выглядит навязчивой для зрителя.
– Разве так бывает?
– Бывает. У нас ведь герой участвует в мотогонке, так почему бы ему не победить на Хонде Голд Винг? Я лично знаком с Соичиро Иримажири, так что беру этот вопрос на себя. Думаю, он будет только рад такой шикарной рекламе своей продукции и окажет нам всяческую поддержку. Возможно, даже разрешит нам использовать в клипе новую модель «Золотого крыла». А героиня будет постоянно слушать любимую группу в плеере Вокман.
Глаза у художника становятся круглыми, как у его рисованных героев. Не ожидал он от меня такой прыти. А я что? Я ничего. Скромно жду его решения. И даже знаю, как значительно улучшить клип a-ha, поменяв финал. У нас герой прорвет грань между мирами, не выпав по-дурацки в тесный коридор, а эффектно влетев в нашу реальность через зеркальную витрину на красивой Хонде… И вот убейте меня, если после премьеры нашего клипа на MTV продажи Хонды Голд Винг тоже не взлетят до небес… Попросить что ли процент от продаж в качестве гонорара?
Пока я размышляю над финансовыми вопросами, место художника в кресле занимает Владимир Петрович. Я вопросительно смотрю на резидента, но тот лишь озабоченно хмурится. Я замечаю, что подход к нам с обеих сторон перекрывают Вячеслав с Лехой.
– Что-то случилось? – в лоб спрашиваю я пэгэушника.
– Предчувствие у меня плохое – тяжело вздыхает резидент – Вить, будь аккуратнее в Киото. В Токио американцы после прессухи толком не успели подготовится, зато в старой столице возможны провокации…
– Да не будут они так подставляться перед японцами – качаю головой я – Там же императорский дворец, Киото не глухая провинция!
– Да плевали они на японцев – морщится Владимир Петрович – Вот увидишь, те еще впереди паровоза побегут лишь бы удовлетворить своих заокеанских хозяев.
– Ну это вы преувеличиваете – не соглашаюсь я
– Думаешь? Вот недавно по управлению проходила рассылка. Имей в виду – резидент наставил на меня палец – сейчас сообщаю тебе секретную информацию. Но генерал Веверс разрешил ввести в курс дела.
– Продолжайте – по коже почему-то побежали мурашки
– Полгода назад частная японская фирма «Сетику» – а я тогда как раз служил в Приморье – так вот, компания привлекла наше внимание тем, что в течение полугода регулярно, раз в месяц, доставляла в порт Находка фаянсовые вазы для последующей отправки их в Гамбург.