Утром прибежал Паккун. Псы–ниндзя нашли убежище «Акацуки».
Мы бежали на юго–восток от Суны в Страну Рек, обходя горный перевал, где–то среди этих гор было убежище. С нами отправилась лишь бабулька Чиё, как представитель деревни Песка. Темари, которая просто рвалась с нами, не отпустили старейшины, я сразу вспомнил о том, что говорил мне Гаара меньше месяца назад про «упрямое старичьё».
В дороге Чиё пространно рассуждала про оружие, коим является биджу и призналась, что была той, кто помогал в запечатывании в младшем сыне четвертого Кадзекаге Шукаку.
Пустыня вот–вот должна была закончиться. Как вдруг Какаши, бежавший впереди, резко остановился. Мы замерли, вглядываясь в человека, преградившего нам путь.
Ветер вздымал полы черного плаща в красных облаках. Лицо одинокой фигуры было скрыто высоким воротом плаща и широкополой плетёной сугэгаса с ниточкой колокольчика, который слегка позвякивал.
Видны были лишь кроваво–красные глаза на бледной полоске кожи.
— Не ожидал, — пробормотал Какаши, в образовавшейся тишине его слова грянули, как гром среди ясного неба.
— Наруто… — прозвучал следом хриплый незнакомый голос.
Часть 3. Глава 3. Герой в чёрном плаще
Память мне явно с кем–то изменяла, потому что я не узнавал голоса Итачи, да и встретиться он нам должен был дальше, уже в Стране Рек, а не на границе Страны Ветра.
Но этот шаринган, фигура, рост…
И тут до меня дошло, кто ещё обладает вышеперечисленными достоинствами.
— Саске! — я бросился к нему. Чёрт, он как всегда со своим «художественным вкусом» не мог обойтись без театральщины. Я чуть инфаркт не заработал вместе с воспалением мозга. Он бы ещё какую–нибудь музыку «в тему» с помощью гендзюцу внушил, как на собрании у «Акацуки». Хотя колокольчик как–то подозрительно громко звенел, возможно, что звук был иллюзией усилен.
— Стой, бака! Мы ведь не знаем, враг ли он! — закричала Сакура.
Неужели так переживает за меня? Она ведь так горевала из–за похищения Саске… Меня это не остановило, и я подбежал к Саске, который при ближайшем рассмотрении, хитро улыбался в свой высокий воротник. Я обнял его и встряхнул так, что его дурацкая шляпа отлетела в сторону.
— Я ведь обещал, что мы ещё встретимся? — как ни в чём не бывало заявил этот жук, широко улыбаясь, словно и не было этих трёх лет.
— Саске!!! — даже сейчас мой друг обманчиво пах как в детстве — сливой. Этот запах захлестнул меня, бросая в пучину воспоминаний. О нашей дружбе, юности, миссиях, расставании на долгих три года, моих переживаниях, крошечных весточках от его брата о которых я не должен ему рассказывать…
— Не вздумай заплакать, всю торжественность встречи испортишь, — проворчал Саске и его слова
словно открыли краник в моих глазах. Не ожидал от себя, но я и, правда, разрыдался.
— А ладно, не сдерживайся, чего уж там, плащ непромокаемый, — наигранно бодро сказал Саске, хотя его голос тоже дрогнул и он прижал мою голову ближе, вплетаясь пальцами в волосы на затылке.
— Давно не виделись, — сказал он уже нашей общей подруге. Через миг я ощутил чувствительный удар в бок, это Сакура тоже подбежала и обняла Саске и меня, заодно.
— Угх… Сакура, ты стала ещё сильнее, — с хрипом выдохнул Саске, которого я поддерживал на ногах.
Сакура тоже расплакалась на втором плече Учиха.
Вот ведь жук, зуб даю, он репетировал.
— Какаши–сенсей, — как–то радостно, что я сразу почуял подвох, сказал Саске. — В честь такого праздника Вы тоже можете меня обнять. Но не дольше полминуты — я всё ещё помню о Вашей любви к извращенским книжкам Джирайи.
— Мма… Мма… — побулькал Какаши.
Похоже, эти звуки только Саске в состоянии выбить из нашего бывшего наставника. — Ты сильно изменился Саске, — закончил «мысль» наш дзёнин.
Хотя я бы поспорил, по–моему, так Саске ничуть не изменился, разве что подрос и повзрослел, так ему уже шестнадцать лет, полтора месяца как.
— Три года в преступной организации кого угодно изменят, — тоном, которым он когда–то сказал брату «цукиёми для детского организма даром не проходит», ответил Саске.
— Но теперь ты решил вернуться? — Какаши сощурил оба глаза, он уже успел снять повязку со своего шарингана, готовясь к возможному бою.
— Да. Моя миссия закончена, — хмыкнул Саске. Мы с Сакурой во все глаза уставились на его серьёзное лицо.
— Миссия? Что за миссия? Я не слышал ни о чём подобном, — голос Какаши по–прежнему был строг и холоден.
— Шпионаж, — пожал, освободившимися от нашего натиска, плечами Саске. — За это время я собрал всю информацию о каждом из «Акацуки» — доступные техники и способности, характер, предпочтения, привычки, биография, — перечислил он.
— Но, насколько мне известно, никто тебя на такую миссию не отправлял, — Сложил руки на груди Какаши. Хотя это уже было хорошим знаком и показывало толику доверия нашего капитана к моему другу. — И тебя на самом деле объявили нукенином.
Саске снова хмыкнул.
— Вот об этом я и хочу поговорить с Хокаге. Меня похитили, а в Конохе никто даже пальцем не пошевелил, чтобы меня спасти. Да ещё и объявили меня преступником, а ведь я всего лишь пытался выжить.
Я кивал словам Саске, он подтверждал нашу с ним легенду и мои предположения и слова, что я постоянно говорил всем нашим.
Какаши насторожился, словно усмотрел в словах Саске какую–то угрозу.
— Спокойнее, Какаши–сенсей, — не ускользнуло это от моего друга. — Думаю, Цунаде–химе будет рада моему визиту, — он улыбнулся, что Сакура тихо ахнула.
Я даже сразу расслабился по поводу её влюблённости, наверное, прошла сразу, как явился наш герой в чёрном плаще с красными облаками.
Какаши хмыкнул, но всё–таки убрал под повязку свой шаринган.
— Кстати, вы ни о чём не забыли? — обратился ко мне Саске. — Вы вроде как собирались спасать Гаару.
Моё сердце ухнуло куда–то вниз. Я так надеялся, что Саске уже как–то помог ему, но это было бы слишком просто для моих «кукловодов».
— Вперёд! — скомандовал Какаши и мы уже впятером, побежали дальше.
В месте, где нам обычно встречался Итачи, появился совсем другой шиноби в чёрной хламиде с красными облаками.
— Я уговорил брата уйти из «Акацуки» вместе со мной, — сказал Саске, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Это Юра, дзёнин из нашей деревни, — с удивлением узнала нашего противника старушка Чиё.
С этим Юрой всё закончилось быстро. Больше заняло времени на сетования бабульки и на то, чтобы она отправила донесение насчет этого шиноби в деревню при помощи заводной птички.
— Скорее всего, он был направлен на убой, чтобы задержать нас, — заметила Чиё. — Наверное, им осталось совсем немного, чтобы полностью извлечь биджу. А когда извлекают биджу, джинчурики умирает.
Сакуру впечатлили эти слова.
— Но, как же Гаара… Он что… Тоже… — из её зелёных глаз потекли слёзы.
— Тебя как всегда легко довести до слёз, Сакура–чан, — хмыкнул я. — Не волнуйся, я спасу Гаару.
Ведь мой секрет в том, что я всегда верю в то, что говорю.
— Поспешим, — напомнил о нашей миссии Саске, и мы отправились дальше.
На следующее утро, после короткого ночного отдыха, мы встретились с командой подкрепления возле входа в пещеру закрытой огромным камнем. Тентен, Неджи и Ли были удивлены и рады появлению среди нас Саске, да и меня они ещё не видели. Но распинаться в приветствиях времени не было. Распределившись, они сняли наложенный на убежище барьер пяти печатей, а Сакура разбила одним мощным ударом тот шар–каменюку двадцатиметрового диаметра, что была на входе. Я, кажется, говорил, что удар этой девушки в десятки раз сильнее моего? Я ошибся, в несколько десятков раз сильнее, даже Саске округлил от удивления глаза. Сакуре удалось его удивить.
Мы забежали внутрь. И снова я увидел эту сцену, которая часто снилась мне в последнее время. Двое в чёрных плащах с красными облаками. Один из них, без руки, со светлыми длинными волосами, частично перехваченными в высокий хвост на макушке, сидит на теле моего друга. Гаара бледен, его глаза впали и чёрные веки закрыты, на лица сеть трещин, словно у разбитой фарфоровой куклы.
— Мы слишком поздно? — эхом по каменным сводам расходятся слова Какаши. Моё сердце застывает в груди и кажется, что разорвётся от беззвучного крика. Снова! Это случилось снова! Гаара, почему ты? Почему ты умираешь снова и снова?
— Ты! — неожиданно нарушил молчание глухой хриплый голос грузного мужика с тряпкой на лице и странной причёской из торчащих веером тонких хвостиков на макушке. — Так и знал, что тебе нельзя доверять, — за его спиной появился длинный хвост с острым «жалом», который показал на Саске.
Это был Сасори, внук бабульки Чиё, который прячется в кукле.
— Сенсей… Почему? — тот блондин, что сидел на Гааре кажется растерялся. Интересно, он назвал Саске учителем…
— Меня так и не взяли в «Акацуки», — я не оборачивался, но готов поклясться, что Саске улыбнулся своей «маньячной» улыбочкой. — Мне просто надоело это терпеть.
Я чувствовал, что с трудом себя контролирую, чакра лиса смешивалась с моей и, наверное, у меня уже появилась частичная трансформация в виде красных глаз и увеличения полосок на щеках. Светловолосый пристально посмотрел на меня и с некоторым задором сказал своему напарнику.
— Извините, данна, возможно, Вас это расстроит, но я возьму джинчуурики на себя.
Я вспомнил, что его зовут Дейдара, бомбист–террорист, о котором мы собирали информацию с Джирайей два года назад в Цучидо. Парень, немногим старше меня, точнее моего тела в этой жизни, создал глиняную птицу с размахом крыльев в пару метров, та заглотила в здоровый клюв тело Гаары и вылетела из пещеры с этим Дейдарой на спине.
— Верни Гаару! — заорав, я выбежал за ним из пещеры. У меня словно весь мир сузился до цели: найти, отобрать своё и разорвать похитителя.