– Я сначала не хотел, – ответил Чебурашка. – А теперь решил купить, чтобы помочь вашей корпорации. Только ты обязательно проведи мне туда телефон.
– Ой, Чебурашка, это же сейчас не проблема! Были бы только деньги. Не только телефон, телевизор туда тебе проведём. Будешь ты жить, как все люди. Кстати, ты знаешь, что по телевизору сегодня большое рекламное шоу о домашних будках?
– Гена, мы обязательно будем смотреть это шоу.
– Нет, – ответил Гена. – Я не могу смотреть.
– Почему?
– Я сам участвую. Так что ты смотри меня по тридцать первому Простоквашинскому каналу.
Ровно в 19.00 по 31-му каналу прозвучало:
– Внимание! Внимание! Приглашаем всех к телевизору! Перед вами «Будка-Шоу!» Автор текста песен и текста музыки Андрей Элегантов. В «Будке-Шоу» принимает участие крокодил Гена!
На экране появился очень элегантный мистер Элегантов и начал элегантным голосом:
– «Собака». Поэма!
Тут же сзади него появились три актёра в собачьих масках и в качестве ритма начали повторять всего одно слово «гав»:
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Элегантов:
В те времена, когда росла
Страна, края объединяя,
Собака главною была,
Собой славян оберегая!
Актёры:
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Элегантов:
Когда злой по́ловец плясал
Свои половецкие пляски,
Наш славный пёс врагов кусал
От Украины до Аляски.
Актёры:
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Элегантов:
За серой паутиной буден
Полезно вспомнить иногда,
Как шёл обыкновенный пудель
Дорогой мира и труда.
Не зря им дедушка гордился.
Он начал жизнь простым щенком.
А до медалей дослужился
Быстрей, чем главный военком!!!
Актёры:
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Элегантов:
А собака без будки —
Как Жванецкий без шутки.
Как цыгане без обмана,
Как Обломов без дивана.
Актёры:
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
Гав-гав-гав-гав-гав!
(Аплодисменты, переходящие в овацию).
И наконец, к радости всех телезрителей, появился спокойный и мудрый крокодил Гена и хрипатым голосом актёра Ливанова запел:
Мне за предков не дали
Ордена и медали…
Я не чистых английских кровей.
Не хвалюсь родословной,
Но горжусь, безусловно,
Замечательной будкой своей.
И сижу я в этой будке
У прохожих на виду.
К сожаленью, будки дарят
Только раз в году.
Я скажу без обмана:
Не достичь добермана
Мне в уменье квартиру стеречь,
Но решил я, однако,
Что не только собака
Может пользу из будки извлечь.
Вот сижу я в этой будке,
Словно в бочке Диоген.
Хорошо, что к этой будке
Мы попали в плен.
На другой день после передачи «Будка-Шоу» один маленький мальчик шёл по магазину «Хозяйственные товары Петрова» вместе с мамой. Он увидел паркетную домашнюю собачью будку и запросил:
– Мама, купи мне такую будку. Я вчера по телевизору видел. В ней крокодил Гена сидел.
– Да ты что, Гоша, – сказала мама. – У нас же и собаки нет.
– Мама, мама, а ты купи вместе с собакой.
– Да что ты, Гоша, у нас денег на собаку нет!
– Мама, мама, а ты всё равно купи. Я у нас буду собакой.
И, разумеется, получил такую же будку Чебурашка.
Она была торжественно установлена в квартире крокодила Гены.
Туда, конечно, провели телефон.
И если Чебурашка оставался у Гены ночевать, он ночевал в этой будке.
А если к Чебурашке приезжали родственники из Африки, их поселяли там же с их маленькими чемоданчиками.
Но главным сюрпризом было то, что будки пользовались огромным спросом у малогабаритных рабочих из страны Кинконгии, которые работали на лесопилке. Они покупали будки, ставили на газонах, обносили маленьким заборчиком и жили там.
Глава девятаяОТЧЁТ ПРЕЗИДЕНТА КОРПОРАЦИИ
В конце года собрались директора корпорации «Домашняя собачья будка» – фермер Кравчук со своей Соней, Елизавета Бонч-Бруевич, Дюпон Иванович Рокфеллер и лев Чандр с крокодилом Геной. Председательствовал инженер Кочин.
– Господа! – сказал он. – Мы сейчас должны оценить работу руководимой мной компании, узнать всё о её доходах и расходах и решить главный и самый трудный вопрос: что же делать с прибылью?
Фермер Кравчук сказал:
– Это самый простой вопрос. Вы дайте мне прибыль, я уж соображу, что с ней делать.
– Нет, – сказал Кочин, – это будет неправильно, если мы всю нашу прибыль раздадим акционерам. Наше производство растёт. Люди рвут наши будки буквально из рук. И нам немедленно надо бросить часть наших доходов на дальнейшее финансирование производства.
– Это называется внутренним инвестированием, – объяснил лев Чандр крокодилу Гене.
– Инвестирование – какое-то странное слово, – шёпотом сказал Гена. – Наверное, иностранное, совсем не русское.
– Как раз наоборот, очень даже русское, – возразил лев Чандр. – Раньше на Руси бывало мало мыла. И когда шёл человек в стираной одежде, про него говорили: «Инда весь стираный идёт!», значит, очень богатый, в которого вкладывают деньги.
– Я не хочу внутреннего индавесь-стирания, – сказал Гена. – Мне деньги нужны, я костюм купил.
– А тебя никто не спрашивает, – урезонил его лев Чандр. – Всё решает совет директоров. Он хочет направить прибыль на расширение производства, хочет купить новые станки и выпускать не двести будок в месяц, а пятьсот.
– Это здорово, – согласился Гена. – Но нужно очень много денег. Одной прибыли не хватит.
– А помнишь, у нас оставался нетронутый запас акций, 150 тысяч? – спросил Чандр. – Мы можем пустить его в ход. Это даст уже много денег. Потому что акции стали дорогими. Тот, кто сейчас захочет вступить в дело, будет платить больше.
– Но это несправедливо.
– Как раз наоборот – очень справедливо, – сказал Чандр и погрузился в отчёт компании.
– Вот что мы решили, – сказал Кочин. – 195 тысяч простоквашек пустить на внутреннее инвестирование, на расширение производства. А чтобы наши акционеры тоже что-то получили, 65 тысяч про стоквашек раздадим акционерам. Это получается, – он написал мелом на доске:
65000 прсткв.: 250000 акций =
0,26 прсткв. = 26 квашек на акцию.
Гена стал судорожно считать в уме:
– Всего в корпорацию было вложено 2 000 000 простоквашек и пустили в ход 250 000 акций. Значит, каждая акция стоила 8 простоквашек (или 8 долларов). Я купил акции у Чандра на 1000 простоквашек. То есть у меня 125 акций. На каждую акцию дают по 26 квашек. Итого мой доход: 125 × 26 = 3250 квашек. То есть тридцать два с половиной доллара. Не густо!
У других организаторов корпорации получилось побольше денег. Но если бы деньги не вложили в дело, а поделили между участниками, то у каждого прибыль на акции была бы около 13 %. Это достаточно высокий процент прибыли.
Таким образом Гена, имея на руках чек на 32,5 простоквашки, пришёл из корпорации домой. Там его поджидал Чебурашка.
– Ну как дела, Гена? – спросил Чебурашка.
– Вот как, – показал Гена чек. – Разбогатели, целых 32 простоквашки за год. Даже костюм не могу оправдать.
– Ничего, Гена, у тебя же военные акции есть. Они ещё денег дадут.
И тут к ним прибежала старуха Шапокляк:
– Эй, вы! Пока вы тут сидите, там люди разоряются.
– Где – там?
– На бирже. Там военные акции продают.
– Почему продают? Как продают? Почем продают? – заволновались Гена и Чебурашка.
– Почём зря продают.
– Из-за чего?
– Из-за того, что вокруг сплошное разоружение.
– Надо же, – сказал Гена, – и так плохо, и так плохо.
– Бежим! – закричала Шапокляк. – Будем акции продавать. А то совсем разоримся.
– Нет, – сказал Гена. – Никуда я не побегу. Пусть я совсем разорюсь. Видно, я плохой бизнесмен.
И тут в домашней собачьей будке, в которой жил Чебурашка, раздался телефонный звонок. Первой к телефону подбежала старуха Шапокляк:
– Аппарат крокодила Гены у аппарата! – твёрдым голосом сказала она. Потом удивлённо произнесла: – Какого-то товарища Чебурашко просят к телефону.
– Это меня, – сказал Чебурашка и взял трубку. Он укрылся в будке и о чём-то долго говорил решительным и твёрдым голосом. Он вышел из будки и сказал: – Правильно, Гена, не надо продавать эти акции. Более того, надо по дешёвке скупить все остальные. Скоро они сильно поднимутся в цене. В бизнес вступаю я. Мы начинаем создавать новую корпорацию «Домашние войлочные подстилки».
– Ура! – закричала Шапокляк. – Вперёд, ребята, к полной победе над…
– Да здравствует фабрика киноплёнки! – скромно сказал Гена.
КОНЕЦ.