— Голос? — переспросил я. Насколько мне всегда было известно, просто так голоса не появляются.
— Да, голос моего спасителя! — кивнул маг. — Это он подсказал мне, когда следует сбежать и отправиться в пустыню. Церковники только начали атаковать мирных жителей Турии… Ух… я до сих пор с содроганием вспоминаю их крики… Спаситель мне поведал, что в горах есть тайный перевал, и если бы я поспешил, успел бы по нему пробраться. Но я заплутал немного на этих равнинах… да и перевал нашел не сразу… Но вы представьте: когда меня почти поймали, спаситель пришел ко мне на помощь и переместил меня в этот город! Я упал на какой-то старый курятник, весь вывалялся в перьях, но все равно остался жив. Спаситель сказал, что мой друг скоро явится сюда, и я был уверен, что увижу вас!
— Этот «спаситель». Он назвал свое имя?
— Нет, он не называл себя. У нас вообще не было долгих бесед, все, что я слышал, — лишь пара коротких предложений.
— А тот голос, что посоветовал тебе пробраться на корабль, и тот, что переместил тебя в этот город, — они принадлежали одному человеку?
— Магистр, вы понимаете, что я слышал не голос, а образы и мысли, переданные мне посредством заклинания телепатии. Да, это был один человек.
— Ты уверен?
— Я могу поклясться, что мысли передавал мне один и тот же человек. Но разве это имеет какое-то значение?
— Возможно.
— Спаситель — несомненно великий и могущественный маг. Добродетель его не может быть оспорена. Или вам что-то известно?
— Подозреваю, что твой «спаситель» — это не кто иной, как маг Элло, выручивший меня в Гинне и создавший талисман, из-за которого поднялся весь переполох. Он, кстати, еще у тебя?
— Да, — Герман коснулся груди. — Интересно, почему похитители не забрали его у меня? Возможно, они просто не знали его ценности.
— Или им было приказано проследить, чтобы он оставался при тебе.
— Магистр, что вам известно?
— Талисман, что ты носишь у себя на груди, — это единственный в мире объект, с помощью которого можно воссоздать заклинание, запечатавшее Вельзевула тысячу лет назад.
— Что? — поперхнулся кушаньем маг. — Неужели я ношу с собой такую ценную вещь! Вот почему за мной охотятся. Если… Если еретикам удастся освободить демона-разрушителя, а я буду лежать где-нибудь мертвым, Вельзевула не удастся остановить. Я… я просто не могу взять на себя такую ответственность! Может, я передам его вам?
— Нет. Кто-то хочет, чтобы он был у тебя. Из-за него ты все еще жив. Но почему именно ты? Такая длинная вереница невероятных совпадений… Настолько невероятных, что можно засомневаться в том, были ли это действительно совпадения…
— О чем вы, магистр? — не понял Герман.
— Так, кое-какие странные мысли и безумные предположения.
— Вы можете мне доверять!
— Я и так доверяю тебе, Герман. Но я пока сам ничего не могу толком сообразить. Какие-то беспочвенные сомнения. Возможно, я просто стал излишне подозрителен…
— Да, я вас понимаю, — кивнул он. — Я вот тоже не могу избавиться от подозрения, что вон та смуглая красавица проявляет слишком много внимания к нашему столу. Может, я ей понравился? Что вы думаете об этом?
— Мне так не кажется…
Странно, я почему-то не заметил ее раньше. За нами наблюдала та самая девушка, которую я избавил от приставаний назойливого ловеласа. Видно, не без помощи Эфира, я неосознанно игнорировал любое постороннее внимание, которое не несло потенциальной угрозы. И интерес симпатичной смуглянки уловил не сразу. Либо я обманывал себя, и мои чувства после минувшего сражения заметно притупились.
— Нет, все же она смотрит на вас, магистр, — чуть приуныл Герман. — И почему все внимание постоянно достается вам?
— На мою долю и тумаков выпадает больше, — заметил я.
— Кстати, о тумаках. Лилия тоже в городе? Бьюсь об заклад, она не отпустила вас одного.
— Лилии здесь нет, — ответил я. И ответил на удивление спокойно.
— Неужели? — не поверил маг. — Она осталась в своем дворце? Вместе с Бертой?
— Нет, не во дворце. Мне неизвестно их точное местонахождение.
— Что это значит? Они в безопасности?
— Их безопасность зависит от меня. От того, как я выполню одно сомнительное задание.
— Сомнительное задание? Это не похоже на вас, магистр.
— Я взялся в одиночку остановить пробуждение демона-разрушителя. Выяснить, правда ли это, или угроза Вельзевула — лишь огромная утка…
— Вельзевул — огромная утка? — Герман чуть не упал со стула, уставился на меня округлившимися от удивления глазами.
Да, в просветлении человечества я преуспевал. Рассказал, что бог — это маленький зайчик, а дьявол — огромная утка. Но в ту пору для меня это было не важно.
— Нет, в другом смысле этого слова. Уткой в моем мире называют крупный обман, провокацию. Ведь все может оказаться так, что никаких сектантов, призывающих демона-разрушителя, нет.
— Но разве это возможно? Неужели может начаться война без причины? Столько людей погибло, сколько еще погибнет, — и все из-за какой-то утки?
— Насколько мне известно, некоторые кровопролитные войны начинались и с еще более нелепого пустяка, чем какая-то утка.
— А как вы планируете все это выяснять? — Герман задумался. — Я, безусловно, помогу вам, но разве нас двоих хватит, чтобы выполнить задание, которое поручали целой армии?
— Должно хватить. Я уверен, что тайна раскроется именно в этом городе.
— Почему?
— Потому что мне тоже пришлось упасть на тот курятник…
Герман не переспросил сам, но его лицо показало, что нужны объяснения.
— Элло о многом умолчал. Но все же ему кое-что известно. Иначе он не отправил бы нас обоих в этот далекий город. Здесь что-то не так. Я пока не знаю, что именно здесь не так, но очень скоро это выясню. Для начала мы потрясем местную власть. Станет ясно, замешаны ли они в чем-нибудь, или у них есть информация о тех, кто замешан.
— Магистр, а вы понимаете все, о чем говорят местные жители? Я видел, как вы заказывали нам обед, но не слышал разговора…
— Понимаю? А разве они говорят на каком-то другом языке?
— В том-то и дело, магистр! Я тут уже третий день, но ни слова не пойму из того, что говорят эти смуглолицые!
Я покосился на смуглую красавицу, что наблюдала за нашим столом. Она тут же встрепенулась, заулыбалась, потом слегка смутилась. Ясно было одно, она хочет со мной пообщаться.
— Нам повезло. Не знаю, как, но я прекрасно понимаю местную речь. Мне кажется, стоит пообщаться с той смуглолицей девицей, что строит мне глазки на протяжении всей нашей беседы. Она может немного рассказать об этом городе. Прежде чем лезть на рожон, было бы неплохо узнать обстановку.
Герман одобряюще кивнул. Ему эта затея пришлась по душе.
Девушку звали Ирис. Она была молода, очень миловидна, а ее фигура отличалась поразительной статностью. Герман, казалось, влюбился в нее без оглядки. Когда она заговорила и маг услышал ее голос, он остолбенел, лицо его вмиг покрылось румянцем, а губы растянулись в самой нелепой улыбке. Не понимая ни единого слова, он слушал ее с таким вниманием, что я невольно поражался. Мне даже стало его немного жаль: Ирис не обращала на Германа практически никакого внимания. А вот мне внимания она уделяла слишком много.
— Согласись, такое бывает не чаще раза в сто лет! Быть спасенной таинственным чужестранцем — это же мечта любой молодой девушки.
— Ну, понимаешь… — Я все никак не мог перейти к интересующей меня теме беседы. Мне удалось узнать только название города — Критон, а затем мы с головой погрузились в девичьи мечтания. — Есть у меня такая черта характера — не могу пройти мимо, когда кто-то кого-то обижает.
— Вот об этом я и говорю! Когда я последовала за тобой и увидела, что Сэйфон с отрядом стражников пытается отомстить, то поначалу испугалась…
— Ты последовала за мной? — воскликнул я.
Герман насторожился. Он чувствовал изменение тона голоса, хотя не мог понять слов, и то, что я повысил голос, ему явно не понравилось. Хотя некоторые реплики нашей беседы я дублировал ему телепатией, так что держался он сравнительно спокойно.
— Ответь честно, ты могущественный маг? — Она полностью проигнорировала мой вопрос. — Я никогда не видела, чтобы человек так сражался!
— Маг — это скорее он, — я показал пальцем на Германа и мысленно передал ему суть и содержание фразы и смысл жеста. — А я просто знаю, как надавать тумаков. Кому угодно.
— Но что вы делаете в нашем городе? Как попали сюда? С севера путь неблизкий, караваны всего несколько раз в год приходят, а вы налетели внезапно, как песчаная буря. И безо всякого каравана.
— Мы хотим предотвратить одно преступление. Но для этого нужно сначала найти злодеев. Я видел роскошный дворец в восточной части города. Кто там живет?
— Наш правитель, султан Тутон Третий, Великий.
— Он фактический правитель города или просто фигура, занимающая трон, в тени которой скрывается истинный повелитель?
Ирис задумалась. Но ненадолго.
— Визирь Иров имеет большую власть, но он полностью предан султану и верно служит ему даже сейчас, когда правитель болен. Ой! Я не должна была об этом говорить.
— Но правильно сделала, что сказала. — У меня появились кое-какие мысли. — Его болезнь могла быть вызвана происками неизвестных злодеев. Мне нужно срочно попасть во дворец.
— Сейчас туда никого не пускают. Я прислуживаю во дворце, сама слышала. Пока султан не поправится — никаких аудиенций.
— Меня пустят, — улыбнулся я.
Герман поежился. Ирис заговорщицки осмотрелась. Нас и так никто не слышал, но она решила перестраховаться. Придвинулась ко мне поближе. Прошептала:
— Если ты так уверен, что правитель в опасности, я попробую провести вас туда. Ночью.
— Незачем, — так же тихо ответил я. — Мы пойдем прямо сейчас. Через парадный вход. Нас не посмеют не пустить.
— Вы же не собираетесь причинить вред султану?
— Нет, конечно. Главное, чтобы это всем стало ясно до того, как стража станет слишком настойчива.