Его просто не было с нами. Меня практически ошарашила эта мысль. Костлявый просто исчез, хотя, казалось, несколько мгновений назад он стоял рядом с нами.
«Неужели это он привел нас в ловушку?»
Навязчивая мысль упорно пробиралась в голову. И хотя я понимал, что скорее всего ошибаюсь, мерзкое подозрение все же появилось.
Но винить тех, кого рядом нет, довольно сложно. Нужно было решать насущные проблемы.
Кера прожигала меня растерянным взглядом. Нужно было отвечать, а отрицание, вероятно, она восприняла бы как утверждение. Во всяком случае, кардинал Карл помог бы ей в этом.
— Они так считают, – нашелся я. – Оттого и все проблемы.
— Неправда! – воскликнула моя защитница. – Он не демон! Я точно знаю это!
— Я не могу поверить, что бог позволил такому случиться! – взмолился Гюнтер. – Моя любимая племянница, самая преданная ученица, посвятившая себя служению! Тебе пророчили высокий пост в ордене и невероятную честь. Как ты могла обмануться речами и последовать за этим демоническим отродьем?
— Он не отродье! – кричала Лилия. Голос паладина наверняка усиливался магией, а девушке приходилось стараться, чтобы ее услышали. – Я не обманывалась его речами! Я продолжаю служить богу и нести людям свет. Если кто здесь и обманывается, так это вы! Вы допускаете ошибку, принимая Максима за демона…
— Тогда кто же он, если не демон? – Кардинал Карл был несносен. – Неужто ты, рыцарь–командор, действительно считаешь, что это чудовище – человек?
Инферрио не желал вмешиваться в разговор. Он лишь смотрел на меня и молчал.
— Он не человек… – смутилась Лилия, но лишь для того, чтобы с пылом заявить, и ее заявление повергло в шок даже меня. – …Он ангел, ниспосланный нам небесами, чтобы не позволить пробудиться злу! И пусть крылья его черны, но душа преисполнена чистоты, мудрости и сострадания!
— Лилия! – взревел Гюнтер. – Ты с ума сошла? Как ты смеешь заявлять подобное! Это же богохульство!
— Ты ничего не понимаешь, дядя! – упорствовала племянница. – И не желаешь понимать. Не хочешь видеть, слышать, чувствовать!
— Не смей мне перечить!
— Если он ангел, – решил прекратить препирания родственников кардинал Карл, – то почему не летает в облаках, почему не прославляет господа нашего? Почему считает последователей веры безумными фанатиками? Почему за его крылатою спиною только кровь и разрушения? Достаточно вспомнить то, что произошло в Гинне!
— Трагедия в Гинне – результат вашей неописуемой глупости! – не выдержал я. – Именно вы призвали с неба огонь и вызвали пожар, погубивший боМЃльшую часть города! Я лишь пытался спасти жизнь, которую вы собирались несправедливо отнять, но вам нужны были кровь и разрушения!
— Довольно! – Паладин Гюнтер покраснел от ярости. – Не демону попрекать нас, а только богу! Разговоры ни к чему не приведут, мы лишь убеждаемся в твоей демонической натуре! Мы должны закончить то, что планировали, и не отступим! Клянусь перед лицом господа!
Рыцари поддержали его дружными криками. Кажется, никто из них вообще не слышал произнесенных мною здесь слов.
— Надеюсь, вы сможете меня за это простить, – неожиданно произнес Лайрон.
Я обернулся, но маг уже взял за плечо Лилию и быстро прошептал заклинание. Воздух вокруг них завибрировал. Виски сдавило от повысившихся колебаний магического поля. Лилию, Берту и магистра Лайрона окружило голубоватое свечение, а в следующее мгновение они пропали.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Кардинал и паладин, кажется, еще что‑то говорили, но я просто не слышал их слов, не обращал внимания. Меня шокировала дерзость, на которую пошла церковь. Подослали предателя мага и отобрали у меня Лилию и Берту с помощью заклинания телепортации. И я даже представить не мог, куда их могли переместить.
— Что вы с ними сделали? – взревел я, теряя над собой контроль, и непроизвольно усилив голос. Да так, что некоторые рыцари подпрыгнули от испуга. – Куда вы отправили их?
— Туда, где доМЃлжно находиться предателям бога! – высокомерно бросил кардинал Карл.
— Да как вы осмелились… – Я вдруг начал задыхаться. Чувствовал направленную ненависть, и едва сдерживал готовую выплеснуться разрушительную волну гнева. Сердце разрывалось от негодования. Казалось, я пытаюсь удержать обезумевшее от боли и ярости животное, бездумно раздраженное неразумными глупцами…
…И вот–вот оно сорвется с цепей.
— Лайрон переместился в Керенор, – неожиданно сказал Инферрио, удивив своим откровением всех церковников. – В главный собор. Отступников, скорее всего, не простят и по обвинению в ереси предадут огню…
Но его слова лишь на несколько секунд отвлекли меня от погружения в безумие.
— Если вы нанесете им вред… – предупредил я. – Если кто‑то посмеет причинить им боль… Я убью вас! Всех! Каждого! Любого, кто окажется причастен. Найду, уничтожу. Всех! Даже вашего ненаглядного бога!
— Демон! – закричал кто‑то. Мне уже было безразлично, кому принадлежал этот голос. – Глядите! Он раскрывает свое истинное обличье!
Наконечник стрелы, случайно выпущенной каким‑то сильно перенервничавшим лучником, остановился в нескольких сантиметрах от моей шеи. Я неосознанно схватил ее за древко, уберег себя от серьезного ранения.
Вернее, не я, а демон. Мою правую руку по локоть окутала клубящаяся тьма. Она начала растекаться, поднялась по плечу, перекинулась на тело, покрывая с одинаковой быстротой и кожу, и одежду. И я не мог контролировать ее распространение. Мысленной команды было недостаточно, чтобы задержать ее. Движение замедлилось, только когда густая и клубящаяся, как дым, тьма охватила всю правую половину моего тела, даже лицо.
Но вместе с тьмой пришло и спокойствие. Я неожиданно осознал, что безумство и гнев не помогут мне вернуть людей, унесенных за многие сотни километров отсюда. У меня оставалась вторая проблема, требующая немедленного решения, – огромное войско церковников, жаждущих моей крови.
«Спрячьтесь за меня, – я передал телепатическую команду обоим наемникам, метавшимся между ощетинившимся пиками строем пехотинцев и человеком, наполовину покрытым густой, клубящей темнотой. – Я защищу вас».
И это было не моим решением. Взять на себя защиту Керы и Ривера решил сам Эфир. Удивительное и странное стремление перенял откуда‑то мой мистический паразит – желание защищать других людей.
Но помощь мою отвергли.
— Нет! Демон, изыди! – закричал Ривер и бросился к солдатам.
— Мы не с ним, защитите нас! – последовала за ним Кера.
— Смерть еретикам! – с пригорка отдал приказ кардинал Карл.
Рыцарь послушно выбросил вперед пику. Я увидел, как вдруг резко остановился Ривер, как одежда у него на спине окрасилась красным и натянулась под наконечником.
— Нет! – рядом замерла его напарница. Но в ту же секунду из‑за щитов вылетела короткая арбалетная стрела и вонзилась ей в шею. Разбрызгивая кровь из разорванной артерии, наемница рухнула на землю.
— Они даже не знали, кто я такой! – зашипел я.
— Таково божественное правосудие! – отвечал Карл с нескрываемым восторгом. – Все прислужники Вельзевула заслуживают смерти.
— Правосудие? – Из груди моей вырвалось зловещее рычание. Левая половина тела почти мгновенно окуталась тьмой, а в руках вспыхнули пламенные клинки. – Сейчас я покажу вам, что такое… правосудие.
— Демон разъярен! – закричал кто‑то из магов за спинами руководящей троицы. – Магистр, заклинание готово, нужен только ваш приказ!
Инферрио смотрел на меня. Его видоизмененные глаза, казалось, должны были скрывать эмоции, но я улавливал сомнение его взгляде. Моргнув, он отвернулся.
— Применяйте. Я направлю его.
Неизвестное и угрожающее заклинание, которое враги приготовили специально для меня. Мысли о нем щекотали мой разум. Они должны были придумать нечто очень и очень оригинальное, мощное и разрушительное, чтобы сразить меня. Что же это должно быть? Пламя с небес они уже призывали, что тогда? Могли ли они попытаться поразить меня молнией, заковать в лед, а может, задавить гравитацией, или же просто обрушить на голову каменную глыбу, что в избытке имелись в этих «кровавых» горах.
Но все мои предположения оказались ошибочны.
Я двинулся вперед. Нарочито медленно, все еще ожидая от врагов первого шага.
Они сделали его. Мощный выплеск энергии, казалось, заставил магический слой вывернуться наизнанку. В воздух взвились потоки пыли, а камни вокруг нас напряженно затряслись.
Но за всплеском не последовало ни взрыва, ни волны. Это меня насторожило. Я попытался сделать шаг вперед и неожиданно обнаружил, что не могу пошевелиться. Ноги перестали мне подчиняться, руки отказывались двигаться, язык полностью онемел, и даже легкие прекратили обрабатывать воздух. Как будто все тело обратилось в камень.
— Демон обездвижен! – доложили маги. – Мы удерживаем его.
— Вот она! Божественная воля! – воскликнул кардинал Карл. – Ни один демон не устоит против силы его!
Я попытался двинуться. Не удалось. Заклинание прочно спеленало меня. Думаю, я не мог двигать и зрачками, но серьезно измененное, панорамное зрение позволяло мне видеть все вокруг. Для врагов я стал безопасной неподвижной мишенью, с которой можно было вытворять все что угодно.
«Неужели я уже проиграл?»
Внутри меня стал подниматься гнев. Он был намного сильнее и насыщеннее, чем самое дикое бешенство, на которое только способен человек. Демоническая ярость. Эфир, такой собранный и всегда спокойный, рассвирепел. Дерзкое парализующее заклинание, примененное магами, вывело его из себя. И он решил познакомить их со своей настоящей силой. А я даже не знал, что он способен на такое однозначно «человечное» поведение.
«И это все, на что вы только способны?» – Голос демона телепатическим ударом пролетел по рядам неприятеля. Настолько мощным ударом, что некоторые священники, лучники, даже маги, упали на колени, схватившись за головы, а рыцари уронили щиты и пики.
— Не бойтесь, братья и сестры! – попытался успокоить всех Карл. – Демон больше не способен двигаться, он может только угрожать нам. Он побежден!