— Привет из прошлого, — внес ясность старший Оскол. — Примерно такое развитие событий я и подозревал. Может когда-то, и побываем в тех местах. А сейчас уходим.
Но не успела вся группа собраться, для того, чтобы Гартош мог заключить всех в кокон, как одновременно с двух сторон объявились те, кто так спешил познакомиться с пришельцами. Сухо щелкнули два арбалета, и гости еле успели уклониться от коротких болтов. Носитель с удивлением обнаружил, что магия на стрелков не подействовала. Вполне был вероятен вариант, что магия не действовала и на зверей, которые размерами немного превосходили Аруша.
— Быстро ко мне! — скомандовал носитель.
Не такая уж и безобидная оказалась ситуация. Пришельцам повезло в том, что противник (в человеческом и зверином обличии), спешно поднимался в гору, и порядком выдохся, на финальный рывок оказалось недостаточно сил. Магический вихрь захватил путешественников, как раз в тот момент, когда снова разрядились арбалеты. И они уже не видели, как человеческий отряд, и два зверя, потеряв ту добычу, к которой так стремились, бросились друг на друга. Они сошлись возле самой пещеры. Но не успели копья или мечи людей вонзится в мохнатые шкуры, а клыки и когти зверей в податливую человеческую плоть, как из пещеры вырвалось огромное щупальце, усеянное крючковидными когтями разного калибра, одним махом захватило всех, и втащило в пещеру.
Не успел маленький отряд вернуться в развалины крепости, как Мартан и Зоктер бросились к сестре, и заключили её в объятья. Не менее эмоционально Пегас приветствовал Аруша, что чуть не выдавило из каррлака слезу. Зирий топтался в сторонке, но Гартош легонько подтолкнул его к импровизированному столу, который братья соорудили из обломков, после ухода отца.
— Рассказывай, — скомандовал носитель.
Бывший гвардеец начал докладывать по армейскому сухо, но затем не выдержал, и добавил эмоций:
— После того, как вы собрали нас для магического перехода, видимо произошел какой-то сбой. Мы начали входить в… — Зирий замялся.
— В подпространство, — подсказал Гартош.
— Вот-вот, — не стал повторять пограничник. — Мы начали входить плотной группой. Я держал за руку Милену, рядом находился Аруш. Затем произошел удар. Я ухватился за Аруша, и крепче с жал руку вашей дочери. Боги, как нас бросало!
— Да, такого перехода не было давно, — подтвердил слышавший все оборотень. — Та скотина со щупальцами изрядно подпортила нам путешествие.
— Место для высадки выбирал ты, и я плохо представляла, куда мы направляемся, — продолжила Милена. — Поэтому, когда нас оторвало от основной группы, мы потеряли направление. Я чуть было не запаниковала, так как раньше со мной такого не было. Но потом собралась, и, заметив ближайший магический маяк, направилась к нему. Так мы оказались возле пещеры.
— Я сразу понял, в чем дело, — снова взял слово Аруш. — И у нас не имелось сомнений, что ты сразу же начнешь нас искать. Поэтому нам стоило продержаться до твоего прихода, и никуда не уходить. Я сбегал в разведку. Сначала поблизости никого не обнаружил. Но вскоре, видимо почуяв наше появление с помощью магии, к нам направились гости. Ты прибыл вовремя. Иначе драки было бы не избежать. А учитывая то, что магии тамошние обитатели не боятся, исход был неизвестен. И перед тем как начнутся новые расспросы и разговоры, вытащи стрелу из моего зада. Не столько больно, как обидно, и эта копытная скотина пытается зубами дернуть.
Гартошу стало стыдно, что сразу не поинтересовался состоянием дочери и друзей, и принялся исправлять упущение.
Пока вытаскивал стрелу из зада друга, и заживлял рану, Зирий добавил:
— Плюс к тем опасностям, которые мы видели, были и невидимые.
— Ты про пещеру? — переспросила Милена.
— Да. Даже я, не искушенный в магии человек, чувствовал присутствие чего-то мощного и недружелюбного.
— Он нас изучал, — подтвердила младшая Оскол. — Потому и не напал сразу. Уж больно необычным образом мы там появились.
— Я рад, что он такой нерешительный, — вертя задом, сказал Аруш. — Нет ни малейшего желания знакомиться с хозяином пещеры ближе. В нем чувствовалось что-то схожее с той, болотной тварью. Наверное родственник какой-то.
— Да, Черные земли опасны даже для нас, — задумчиво сказал Гартош. — Так и тянет туда отправиться. Возможно, выберем время. Алаза, как там наше прикрытие? Приближается?
— «Думаю, с минуты на минуту появятся здесь, — сообщила змея. — Можешь связаться с ними, и сообщить, что у нас все спокойно, пусть переходят».
Носитель так и сделал. Но увидев с помощью магии, изнеможденные лица друзей, он понял, вампиресса и дракон также нуждаются в поддержке.
— Ждите здесь, никуда не суйтесь! — крикнул он своей команде, и отправился на помощь.
Алеандра и Квирт для отдыха выбрали непростое место. На полпути от болота до Алузы имелось свое место Силы. Именно его выбрали дракон и вампиресса, чтобы набраться сил, и прикрыться местом при магическом переходе.
— Не стоило, мы и сами бы справились, — улыбнулась прибывшему на помощь носителю герцогиня. — Просто нужно было немного отдохнуть. Особенно Квирту.
— Да, мне дополнительный отдых не помешает, — устало подтвердил все еще пребывающий в виде дракона, Квирт. — Давно я столько не летал, да еще с нагрузкой.
— У нас там тоже не все вышло гладко, — сказал Гартош, и рассказал о том, что произошло после расставания.
— Я подозревала, что такое может произойти, — Алеандра не была удивлена. — Демон оказался на редкость силен, для сидящего в заключении на болоте. Мне кажется, что у него имеется особая миссия. Не просто так он там сидит. И это может иметь для нас неприятные последствия.
— Снова нежелательное внимание высших сил?
— Да, — вампиресса подтвердила предположение носителя. — И это может иметь худшие последствия, чем противостояние с каги.
— Значит, время нашего здесь пребывания сокращается, причем значительно, — пришел к выводу Гартош. — А теперь давайте я вас немного поддержу, морально и магически, и отправляемся к остальным. Пока еще чего-то не произошло.
Историю с лошадьми пришлось повторить и здесь, в Ригилии. Оскол с тревогой взвесил похудевший мешочек с золотом и драгоценностями — с таким расточительным отношением к лошадям, его намного не хватит.
Постоялый двор искали долго. Подбирали баланс, между грязью окраин, и роскошью центра. Чем ближе к дворцам императора, и его ближайшего окружения, тем больше постоялые дворы превращались в роскошные комплексы, способные принять, самых высокопоставленных гостей. Окраины же были рассчитаны для приюта бедноты, приехавшей искать счастья в столицу.
Компания Гартоша вполне могла бы претендовать на роль почетных гостей (герцогиня и князь, не последние люди), но по понятным причинам они решили не афишировать свое присутствие в столице. Приют нашли в большом постоялом дворе, неподалеку от рынка. Соответственно большую часть клиентов в нем составляли купцы, остальные это: охрана купцов, средней руки вельможи, и конечно, жулики. Несмотря на свой размер, в этой гостинице вполне можно было уединиться. Имелось много номеров с отдельными выходами, и несколько обеденных залов, где столики были отгорожены ширмами, либо вообще находились в отдельных кабинетах. Все здесь подчинялось тому, чтобы торговый люд мог спокойно без помех заключать сделки. А так же при необходимости, уединенно, либо в шумной компании отметить удачный день, либо наоборот, напиться с горя — самому, или с коллективом. В общем, этот постоялый двор являлся идеальным местом, чтобы затеряться. Хотя наверняка тайные службы имели здесь свои глаза и уши.
Носитель снял три небольших номера на втором этаже, с отдельными входами. Знакомство с городом решили отложить на следующий день. А в этот вечер следовало отдохнуть, поесть местных вкусностей, выпить местных хмельных напитков, послушать местных бардов и музыкантов, а так же подслушать разговоры, может что-то и подскажет, как попасть во дворец, не пользуясь грубой силой.
После того, как освоились в номерах, вся компания спустилась вниз, благо большой стол заказали сразу по прибытии. Один из распорядителей в зале, увидев Аруша, тут же побежал навстречу:
— С собаками в общий обеденный зал нельзя! Тем более, с такой огромной!
— А это не собака, — буркнул Гартош. — Это оборотень. А если будешь так орать, я еще лошадь свою приведу, он у меня людоед.
Служитель не оценил тонкого юмора Оскола, и продолжил возмущаться. Пришлось сунуть ему серебряную монету, и пообещать, что пес никого не тронет. А если тронет, то все возмещения за счет хозяина пса. «Пес», возмущенный таким отношением к себе, хотел было тут предоставить возможность «хозяину» приступить к возмещению, но Гартош, с помощью магии, призвал каррлака к скромности, и тому, скрипя сердце, пришлось согласиться с такой линией поведения.
Одной компанией сесть все-таки не получилось, свободного стола такого размера не оказалось. Младшие Осколы, вместе с Зирием уселись за один столик, Гартош с друзьями за другой. Только Арушу пришлось лезть под стол, дабы не привлекать к себе лишнего внимания. Но не привлекать внимания не получалось. И сам Гартош, его друзья, и дети, ловили на себе изучающие взгляды завсегдатаев. Во всех мужчинах их компании чувствовалась военная выправка — это привлекало внимание тех, кому требовалась охрана, либо тех, кто старался избежать контакта с таковой. Красивые женщины также пользовались повышенной популярностью в таких заведениях, и только наличие рядом мужчин с мечами, останавливало сластолюбцев.
Носитель что есть мочи обострял слух, стараясь услышать что-нибудь интересное, но безрезультатно, общий гвалт служил плохим фоном.
Через полчаса бесполезного сидения за столом, Алеандра поднялась:
— Я пройдусь, — сообщила она.
Оскол не стал её останавливать, прекрасно понимая, что постоять за себя вампиресса сумеет. А так, попав в нужное место, она сможет узнать много полезного. И действительно, не успела она пройти мимо трех столиков, как её пригласили за один из них. Не выпуская из поля зрения герцогиню, Гартош в который раз внимательно осматривал зал, и вдруг наткнулся на внимательный взгляд. Пожилой мужчина, с виду вельможа, слишком пристально рассматривал носителя, чтобы это можно было списать на праздное любопытство. Оскол удивленно поднял бровь. Порядком поседевший господин, поспешно уткнулся в свой бокал с вином. Но как только Оскол отвел взгляд, то тут же снова почувствовал на себе, все тот же взгляд.